Гадес
Шрифт:
— Уверен?
— Вполне. Одно из двух: либо он поймет, что дело уплывает у него прямо из-под носа, либо он попрет напролом и сам выроет себе яму.
— В смысле, сделает поглубже ту, что уже вырыл?
— Именно.
— Только если ему все доложат, никакой гарантии, что связь между убийствами Хармона, Ла Салля и Ванды не станет достоянием общественности.
Джастин снова кивнул.
— Это ничего. Наверное, теперь уже время. Мы пытались ее скрыть, и это пока ни к чему не привело. Как знать, вдруг нам откроется то, что до сих пор держалось в тени.
Она тоже дернула головой в знак согласия.
— Пойду почитаю в мотеле.
Джастин знал, что она ждет приглашения остаться и поработать у него. Он промолчал. Тогда Реджина ушла, пообещав звонить. Он глянул на часы. Одиннадцать утра. Снял трубку телефона.
— Папа, здравствуй, — сказал он, когда его соединили с отцом. — Нельзя у тебя похитить ненадолго Роджера Мэллоуна?
— Собираешься к нам? — спросил Джонатан Уэствуд.
— Вообще-то я хотел, чтобы он сюда.
— Когда?
— Попытаюсь нанять ему самолет, чтобы побыстрее.
— Сегодня?
— Сейчас.
— За работу ты ему платишь? — уточнил Уэствуд-старший.
— А ты разве нет? — моментально среагировал Джастин. Ему почти удалось вызвать смех. Почти.
— Когда он должен быть у тебя? — спросил напоследок Джонатан.
29
Роджер Мэллоун был моложе Джастина лет на пять. По юношескому румянцу, по взгляду человека, не знакомого с горем или тяжкими раздумьями, ему можно было дать еще меньше. А вот телом он успел не по-юношески обрюзгнуть. Растолстел, руки одрябли. Не то чтобы совсем форму потерял, но видно было, что к тому идет. Последний раз Джастин видел его около года назад — такое впечатление, что с тех пор Роджер успел сменить теннис на гольф. Тридцать пять, а выглядит на все сорок. Такими темпами в сорок он будет выглядеть на все пятьдесят. А когда стукнет пятьдесят, ему будут давать шестьдесят пять. Неужели это и есть цена успеха? Джастин втянул живот и пообещал себе не тянуть с возвращением к тренировкам в спортзале. А там, как знать, может, и до йоги дойдет…
Роджер служил в фирме Джонатана Уэствуда финансовым директором. Он быстро взлетел по карьерной лестнице и теперь был правой рукой Уэствуда-старшего в его банковской системе. Мэллоун обладал профессиональной въедливостью, при этом трудолюбия и честности ему было не занимать. Работал он круглые сутки и, видимо, никогда не спал, поскольку мог дать исчерпывающую справку о любой компании, любым ценным бумагам по состоянию дел на последнюю секунду.
В то же время, если Роджер и не мог чем-то похвастаться, это храбростью. Джастин прибегал к его услугам, когда вел два предыдущих дела, и хотя финансист оказался поистине неоценимым помощником, рисковать жизнью ему не понравилось. В первый раз Роджер был вынужден принять участие против воли — под дулом пистолета, если точнее. Пистолет держал не кто иной, как Джастин. Во второй раз Роджер по большому счету предложил свои услуги сам, но умудрился перейти дорогу Бруно и, встретившись с ним лицом к лицу, разве что в штаны не наделал. Джастин готов был поспорить, что мочевой пузырь у Роджера до сих пор слабоват.
В этот раз, третий по счету, он готов был сделать все от него зависящее. Возможно, потому что Джастину удалось развеять его страхи
Он стоял на пороге, когда Джастин открыл дверь, чтобы впустить Роджера. Сын с отцом обменялись рукопожатием, даже приобнялись, а потом Джастин пригласил обоих в гостиную.
— Не ожидал тебя увидеть! — сказал он отцу.
— Я решил, все равно за твой счет, почему бы и не слетать?
— Всегда пожалуйста!
— Я так полагаю, в деле Рональда появились подвижки? — высказал догадку Уэствуд-старший.
Джастин кивнул.
— Не только.
И он вкратце пересказал гостям последние события. Без подробностей, но так, чтобы финансисты получили представление о том, с чем придется разбираться. К тому, что отец тоже собирается принимать участие, Джастин отнесся не без радости. Джонатан Уэствуд обладал даром распутывать самые сложные узлы. Он уже не раз помогал Джастину найти ключ к разгадке. Отсеивая все ненужное, он четко видел, на чем сосредоточить внимание.
Рассказывая, Джастин постепенно добрался до беседы с высшим звеном «Восхождения», потом объяснил, что удалось выудить из взломанных Беном файлов. Отец слушал спокойно, а вот у Роджера, углядевшего возможность порыться в отчетности другой финансовой компании, тут же загорелись глаза.
Когда Джастин закончил, Роджер сказал только:
— Давай все, что есть, я посмотрю.
— Там много, — предупредил Джастин.
— Догадываюсь. Вот и дай мне покопаться.
— Мы тебе вообще не нужны?
— А чем вы мне поможете? — Увидев, что Джастин пожимает плечами, он добавил: — Куча данных, через которые надо будет продираться, термины и цифры — скучища. Для тебя то есть, не для меня. Так что пойдите-ка подышите воздухом. Часик-другой.
Джонатан посмотрел на сына, вскинув брови, мол, раз он просит, значит так надо. Оба Уэствуда пожелали Роджеру Мэллоуну удачи, пообещали вернуться через пару часов и направились к выходу.
— Постой! — крикнул Роджер, когда дверь уже закрывалась. — Можно за твой компьютер?
— Конечно.
— Он беспроводной?
— Все, что нужно для души.
Роджер, изображая баскетбольного комментатора Марва Альберта, сжал кулак и прошептал восторженное «йес-с-с!»
— Ни в чем себе не отказывай! — напутствовал Джастин.
И на сей раз они с отцом действительно удалились.
Джастин предложил отцу прогуляться. Хорошо, что Роджер пожелал остаться один. Уэствуду-младшему позарез нужно было потеребить старшего на профессиональные темы. Джонатан совсем не возражал пройтись, а сыну он разрешил теребить сколько угодно.
— Странное у меня возникло чувство в этом «Восхождении», — начал Джастин, когда они двинулись в глубь старинной деревни китобоев.
— И в чем странность? — уточнил отец.
— Я не наивен, — попытался объяснить Джастин. — Далеко не наивен. И, разумеется, вижу в людях… ну… не только хорошее. Но в «Восхождении» они вообще не такие.
— Какие «не такие»?
— Не такие, как ты. Не такие, как все остальные финансисты, которых мне доводилось встречать.
— Хеджевики? Ну да, они и вправду другие. У них свой мир. Не похожий, например, на мой.