Гамильтон
Шрифт:
– Джейсон, - сказала я.
– Все хорошо.
Он покачал головой у моего плеча, потом поднял ко мне заплаканное лицо. В голосе его тоже слышалось рыдание, когда он произнес:
– Лгунья.
– Он попытался улыбнуться, но получилось неважно.
Я коснулась свободной рукой его лица.
– Джейсон, я… - И не смогла придумать, что сказать. Его поведение выходила за рамки просто дружеского. Хотя, если подумать, он беспокоился не только обо мне. Его Ульфрик и его хозяин были при смерти. Если они умрут, то мир никогда уже не станет прежним. А следующий Мастер города вполне может не принять его в качестве pomme de sang.
Я
– Кто-нибудь, снимите это с меня, наконец! Я не смогу кормить ardeur с этими трубками.
Лиллиан просочилась сквозь окружившую кровать толпу и вынула из вены иглу. В ответственный момент я предусмотрительно отвернулась. Я уже не такая трусиха, но мне до сих пор не нравится смотреть, как в мое тело втыкают иголки или вынимают их. И это меня тревожит слегка.
Джейсон отодвинулся, чтобы позволить Лиллиан сделать свою работу, но продолжал цепляться за мою руку, как за спасательный круг. Джейсон всегда был таким «своим в доску», что я иногда забывала, что ему только двадцать два. Фактически, он был ровесником некоторых из тех львов, студентов колледжа, что присылал мне на выбор Джозеф. Оправдывался он при этом тем, что у старших львов есть работы и семьи. На тот момент я была склонна вдаваться в детали, но обстоятельства изменились. Возможно, теперь нам придется пересмотреть все действия львов.
– Я твой волк на случай, если вдруг поднимется зверь, - сообщил Джейсон.
– А я думала, Сильви…
Сильви подала голос из-за спин столпившихся позади оборотней.
– Пока в комнате будет ardeur, я сюда не зайду. Ничего личного, Анита. Ты, конечно, симпатичная девушка, но я не по этой части. Тем более, когда ты так слаба, а Жан-Клод не может присмотреть за процессом, не хочу допустить, чтобы эта штука вырвалась за пределы помещения.
– Она подошла к моей кровати и неловко потрепала меня по плечу. В смысле дружеского ободрения она действовала ничуть не лучше, чем я.
– Волки сделают все возможное, чтобы помочь вам пережить это.
– Это больше, чем предложили львы, - заметила я.
– В соседней палате лежит наш Ульфрик, а не их Рекс, - ответила она, и я почувствовала шевеление ее зверя, словно горячее дыхание чудовища во мраке. Я поежилась, и Сильви поспешно отозвала свою силу.
– Извини, я ухожу.
И она действительно вышла из палаты, едва не столкнувшись на пороге со входящим.
– Мика!
– воскликнула я.
Он не то, чтобы подбежал ко мне, но было очень похоже. На нем до сих пор была рубашка от костюма и брюки, в которых я видела его в последний раз, но теперь они были покрыты засохшими пятнами. Кровь высохла, став черной и темно-красной. Наверное, я уставилась на кровавые пятна, потому что Мика тут же расстегнул рубашку и сбросил ее на пол. И, пожалуй, впервые вид его обнаженной груди и плеч не заставил меня думать о сексе. Все, что меня беспокоило, - это кому принадлежала та кровь - Ричарду или Жан-Клоду. Мика сказал:
– Не пытайся дотянуться до них своей силой, Анита.
– Откуда ты узнал, о чем я подумала?
– спросила я.
Он улыбнулся, но в глазах царила усталость и облегчение от того, что я пришла в себя. Но усталость явно превозмогала.
– Я твой Нимир-Радж.
– Он очень часто приводил этот довод, когда я задавала ему подобные вопросы. Он был Нимир-Раджем
Я посмотрела в шартрезовые глаза Мики.
– Эта энергия должна спасти не только младших вампиров, правильно я понимаю?
Хватка Джейсона стала сильнее. Мика обнял меня крепче, и я коснулась его гладкой, теплой, от природы смуглой кожи. Вдохнула его аромат, такой дорогой и любимый для меня.
– Скажи мне, - шепотом попросила я.
Он отодвинулся, чтобы заглянуть мне в лицо.
– Если Жан-Клод умрет на рассвете, он может забрать с собой и вас с Ричардом.
Я пристально изучила его печальное лицо, но увидела лишь правду. Правду и страх, прячущиеся за его глазами; хорошо прячущиеся, но все же заметные.
– Лиллиан!
– позвала я. Она была тут как тут.
– Да, Анита.
– Какова вероятность того, что Жан-Клод утащит нас за собой?
– Откровенно говоря, мы не знаем, но такая вероятность существует, и лучше до этого не доводить.
– Она прикоснулась к моему лбу так, как мать проверяет температуру у своего ребенка.
– Кормись от Донована, Анита. Возьми предлагаемую им энергию, чтобы нам не пришлось беспокоиться об этом.
– Но вы же не уверены, что это сработает?
– Конечно, уверены.
– Мне не нужно быть вампиром или оборотнем, чтобы догадаться, что это ложь, - заметила я.
Она отступила назад, становясь деловой и профессиональной.
– Ладно, мы действительно не можем знать наверняка, но энергии хватит, чтобы сохранить жизнь хоть кому-то из вас. Выживете ли вы все, мы не знаем. Для нас эта наука в новинку, Анита. Метафизика никогда не была точной наукой.
– Спасибо, что сказала правду, - кивнула я.
– Только попроси, - ответила она.
Из толпы вышел Эдуард.
– Мне сказали, что это сработает.
– Мы говорили, что это лучшая из наших идей, - возразила Лиллиан.
– Это не то же самое.
Эдуард кивнул, соглашаясь.
– Ладно, я слышал достаточно.
– И он очень серьезно на меня посмотрел.
– Не смей умирать. Другие телохранители никогда мне этого не простят.
– Сделаю все, что в моих силах, чтобы не подмочить тебе репутацию, - улыбнулась я. В голову пришла мысль.
– А теперь выйди и подожди снаружи.
– Что?
– переспросил он.
– Не думаю, что смогу заниматься сексом в твоем присутствии. Уж извини.
Он ухмыльнулся.
– Я бы, пожалуй, чувствовал то же самое.
И тут он сделал нечто такое, чего я не ожидала. Он отодвинул Джейсона в сторону и забрал у него мою руку, крепко сжав. Он держал меня за руку, и мы некоторое время просто молча смотрели друг на друга. Потом он открыл рот, закрыл и покачал головой.
– Обещаю, что если ты умрешь, Арлекин дорого за это заплатит.
Очевидно, тайна давно перестала быть таковой, и мы теперь просто называли вещи своими именами. Я кивнула.