Гарем

Смолл Бертрис

— В самом деле бедный Руди! — усмехнулся Селим. — Это же надо, почти имел в своих руках такое сокровище, как ты, а в результате женился па толстухе!

Сайра вновь опустила глаза на карту:

— Как ты в ней разбираешься?

— Страны помечены разными цветами и подписаны каждая своим именем. На карте также помечены столицы.

— А вот Турция и Константинополь! — вдруг радостно воскликнула Сайра. — А где мы?

Его палец переместился в точку, расположенную чуть северо-восточнее.

— И все это зеленое пятно… Османская империя? Принц утвердительно

кивнул.

— Боже, какая огромная!

— Нет, — покачал головой Селим. — С тех пор как мой дед захватил Константинополь, мы не присоединили к себе больше ни одной новой территории. Напротив, пришлось даже понести кое-какие потери. Скажем, египетские мамелюки теперь контролируют Киликию, а Венеция захватила Кипр. Но придет день, когда я верну все утраченные земли и присоединю к империи много новых!

— А твой отец позволит тебе отправиться воевать, мой господин?

— Моего отца больше пленяет красота, чем власть. Будь у него желание, он мог бы стать великим завоевателем, но он предпочитает оставаться в Константинополе, делая пристройки ко дворцу и разводя новые сады вокруг Иени-сераля. И вот я часто теперь думаю: да поможет нам Аллах, если христиане в скором времени вдруг затеют свой очередной Крестовый поход.

Сайра рассмеялась:

— Твои страхи не имеют под собой оснований, мой господин. Французский монарх Карл VIII занят сейчас вторжением в Италию. Генрих VII, король английский, вновь пытается подчинить себе ирландцев. В Испании у Изабеллы и Фердинанда свои хлопоты: инквизиция, мореплаватель Колумб, преследования мавров. Что же до его святейшества папы Александра VI, то, по слухам, он обеспечил себе свой высокий пост при помощи взяток и в настоящее время озабочен в большей степени приращением собственных доходов и материальным благополучием своих многочисленных незаконнорожденных детей, чем защитой интересов веры.

На Селима произвел большое впечатление этот монолог.

— А ты неплохо информирована для жены мелкого восточного принца, любовь моя. Я далеко не уверен, что даже главные сплетники в Западной Европе знают столько, сколько известно тебе. Откуда ты черпаешь эти сведения? Опять секреты?

— Никаких секретов, мой господин. Просто я интересуюсь политикой, и, зная это, Хаджи-бей исправно снабжает меня международными новостями. Твоя жена, мой господин, это твои уши. У тебя и без того много забот, и для меня большая честь помочь тебе, взяв хотя бы малую их толику на себя.

Одной рукой принц нежно обнял ее, а другой еще раз провел по карте Европы.

— Дай тебе волю, так ты еще и латы наденешь и сядешь рядом со мной на коня, когда я поеду воевать» а? О Аллах, чем я заслужил такую умную и смелую жену?

— Мы были созданы друг для друга, мой Селим.

— Клянусь Аллахом, я люблю тебя! Другой такой женщины больше нет во всем свете!

Притянув Сайру к себе, он страстно поцеловал ее в губы.

— Наш сын уже вовсю мешает мне, — пробормотал он нежно, зарывшись лицом в ее ароматные волосы.

— Мой господин, — решила немного поддразнить его Сайра, — разве Фирузи не может угодить

тебе? Она тебя сильно любит.

— Фирузи — вкусная конфетка, и он» мне очень дорога. Но сейчас мне нужна настоящая еда, а не сладости. И потом, похоже, скоро миниатюрная блондинка уже не сможет делить со мной ложе. Мне кажется, она беременна.

Сайра игриво взглянула на пего:

— Кто на очереди, мой господин?

— Какая ты бесцеремонная! — поморщился он.

— Я просто реально смотрю на вещи, — парировала Сайра. Вдруг он» отшатнулась и охнула, приложив руки к животу. — О Боже, твой сын так сильно лягнул меня!..

— Напомнил тебе твое место, женщина, — рассмеялся принц. Сайра сложила руки на своем круглом животе.

— Слушай меня внимательно, малыш. Что бы ни случилось, я всегда останусь для тебя твоей матерью, а ты всего лишь моим сыном.

Она подняла глаза и наткнулась на взгляд Селима, исполненный нежности и восторга.

— Из тебя вышел бы великий султан, дорогая.

— Великим султаном станешь ты, мой Селим!

Глава 19

В том году в Турции наступила поистине благодатная весна. Никогда еще дожди не были такими мягкими, а луга не наливались такой сочной зеленью. Правоверные славили в мечетях Аллаха за его дерзость, за то, что он послал им богатый урожай и доброго султана. Мир и торговля процветали, а османская культура под просвещенным руководством Баязета распустилась пышным цветом.

К середине июня, к великой радости Фирузи и Селима, стало окончательно ясно, что миниатюрная блондинка забеременела. Госпожа Рефст разделяла эту радость, но вместе с тем и не на шутку обеспокоилась. Она тайно и срочно послала за Хаджи-беем. Тот прибыл ночью при свете полной луны и был немедленно препровожден в личный сад Сайры, где у мозаичного фонтана его ожидали Селим, его красавица шотландка и озабоченная тетушка Рефст. Все трое любовались впервые расцветшими золотистыми офирскими розами.

— Приветствую тебя, дочь моя, — сказал ага, оглядывая располневшую Сайру. — У тебя все идет хорошо, как я погляжу.

— Остается только надеяться, что я смогу еще какое-то время потерпеть оскорбления, наносимые мне этим маленьким варваром, — пожаловалась она, погладив свой округлившийся живот.

— Оскорбления?

— Да, Хаджи-бей, оскорбления! Он лягается во мне! Не мягко перебирает своими ножками, а колотит ими! У меня там уже одни синяки, наверное.

— Так ты все-таки уверена, что будет сын?

— О да! Разве станет приличная турецкая девушка из благородной семьи вести себя подобным образом? Нет, так хулиганить могут только мужчины! — с улыбкой ответила она.

— Она расцвела как роза, правда, Хаджи-бей? — спросил Селим. — Сайра и без того состоит из одних достоинств, кажется, дальше совершенствоваться уже некуда, и тем не менее с каждым днем все хорошеет и хорошеет.

Ага улыбнулся:

— Твоя радость, мой Селим, это моя радость. Но полагаю, ты спешно послал за мной не только для того, чтобы поделиться ею?