Генезис

Клеванский Кирилл Сергеевич

— Как думаешь, — потревожил меня Дирг, — когда они придут в следующий раз?

Я покачал головой и поправил рыжего:

— Правильно не «когда», а «как часто».

— И как часто?

— Мне кажется, что всегда, — пожал я плечами и продолжил путь.

Лично меня это, конечно, беспокоило, но не так, чтобы возводить сию проблему на пьедестал моих заморочек. В последнее время столько всего свалилось, что разбираться с зарвавшимися студиозусами просто некогда. Буду решать проблемы по мере их поступления, как бы двусмысленно это ни звучало.

За спиной остался

поворот, скрывший очередную, пока еще безжизненную клумбу, а перед нами показался полигон. Он немногим отличался от прочих, разве что стены были чуть ниже, а сам он больше по площади.

На сторожке нас пропустили без вопросов, и, миновав три пролета, мы оказались на постепенно заполняющейся трибуне. Многие лица были знакомы, я даже знал несколько имен, но из-за того аттракциона в столовой меня непрестанно клонило в сон. В конце концов, израсходовать зараз почти весь резерв — это вам не кекс скушать. Еще бы немного — и здравствуйте, белые халаты и магическое истощение. А так хоть легким испугом отделался.

В итоге, когда трибуна уже почти заполнилась, а на песчаном плацу появился глава боевиков, я все же поддался Морфею и позволил утянуть себя в страну снов.

Проснулся я от тупой боли в левом боку. Открыв глаза, обнаружил себя на все той же трибуне. Причиной же такой побудки стала Лейла, решившая заехать мне своим острым кулачком прямо по больным ребрам.

— Поднимайся, соня, — с легкой усмешкой сказала она. — Все уже переодеваться пошли.

— Переодеваться? — переспросил я, протирая глаза и откровенно зевая. — Куда? И во что?

— В раздевалки, там будет и во что.

— А куда идти-то?

Лейла махнула в сторону уже почти пропавшего из виду Дирга и посоветовала поспешить. Я не стал долго думать и припустил с места в карьер. Уже через несколько особо удавшихся прыжков догнал друга и, все так же зевая, поплелся вместе со всеми. Нас вел какой-то седой мужик с широкими плечами и ирокезским чубчиком, что выглядело довольно комично. Вскоре, когда позади остались пролет и несколько коридоров, мы оказались в самой банальной раздевалке. Полсотни деревянных шкафчиков и скамейки из того же материала перед ними. А на последних через каждый метр лежал комплект странноватой на вид одежды.

Действуя на автопилоте, я выбрал себе схрон поближе к выходу и стал переодеваться. Рубашка сменилась вещью, больше похожей на помесь косоворотки и футболки. Штаны так и остались штанами, разве что теперь их можно было назвать «султанами» или «шароварами», уж слишком они широки. На ноги нацепил весьма мягкие и удобные сапоги. Они в принципе не предназначены для ежедневной носки, но вот для бега и тренировок подходят просто идеально. Хотя в походе я бы такие и под угрозой смертной казни не надел. Уж лучше секир-башка, чем стоптанные в кровь ноги, когда от боли не то что слезы на глаза наворачиваются, а натурально волосы выпадают!

И лишь под конец, когда сон уже почти отпустил меня, я приметил, что в раздевалке много больше народу, чем было на трибунах. Как выяснилось позже, с нами занимался еще и второй курс. Всего, если верить моим подсчетам «навскидку»,

нас тридцать пять человек. И лишь двадцать из них я хоть раз видел раньше. Применяем простую логику, и становится понятно, что отсев довольно жесткий, примерно от трех до семи человек с курса.

Но не стоило радоваться раньше времени. Как только мы вышли на плац, меня снова одолела сонливость. Видимо, сказывается опустошение резерва. На песчаной площадке уже собралась прекрасная половина нашего общества. Девушки выглядели так же непрезентабельно, как и мы, но многим шли и такие одежды в стиле унисекс. В конце концов, красивой даме все к лицу. Радовали глаз и наши девушки, а Лизбет, оказывается, очень идут подвязанные волосы. Надо будет шепнуть Диргу, чтобы он сделал ей комплимент на эту тему. Хотя, учитывая, как плотоядно рыжий поглядывает в ту сторону, он и так намерен совершить сей поступок в ближайшее время.

— Студиозусы! — взревела луженая глотка.

Вздрогнув, я принял стойку «смирно». В струнку не вытянулся — уже хлеб. Говорившим, вернее, кричавшим оказался все тот же широкоплечий мужик с седоватым чубчиком. Его прямые черты лица резко контрастировали с покатым лбом и острыми как бритва глазами.

— Меня зовут Генри Милфорд, обращаться ко мне только «лэр Милфорд»! Все понятно?

— Так точно, лэр Милфорд! — рявкнули второкурсники, полностью перекрывая наше нестройное «да». Впрочем, препод или тренер, не знаю, как его величать, удовлетворился и этим.

— С этого дня, — продолжал он, — вы будете считать этот полигон вашим вторым домом. Здесь я сделаю из вас настоящих боевых магов, что не убоятся ни огня, ни стали! Вы будете есть землю и срать золотом! Вдыхать воздух и выдыхать пламя…

— Прям драконы-златопроизводители, — со смешком шепнул мне Дирг.

— Рыжий, шаг вперед! — с такой уверенностью и силой рявкнул Милфорд, что даже я чуть было не выполнил приказ. Что до Гийома, тот чуть ли не вылетел из строя. — Как тебя зовут, рядовой?

— Дирг ним Гийом! — выпалил парень.

— Лэр!

— Что?

— «Дирг ним Гийом, лэр»!

— Да, простите. Кхм. Меня зовут Дирг ним Гийом, лэр!

— Хорошая фамилия, рядовой, — громом грохотал Милфорд, которого я уже прозвал про себя Капралом. — Знавал я твоего деда. Бравый вояка.

— Спасибо, лэр!

— За что спасибо, рядовой? — слишком «тихим» тоном произнес Капрал, отчего я сжался в ожидании особо чувственного залпа. И не ошибся. В следующее мгновение по ушам как ракетный взрыв долбанул: — Какого демона ты, сосунок, треплешься в строю?!

Кажется, скоро несколько наших девушек либо в обморок грохнутся, либо родят. Второкурсницы сносят этот ор спокойно, а вот нашим достается. Разве что Лейла, Лизбет и еще пятерка их соратниц держатся бодрячком.

— Виноват, лэр! Исправлюсь, лэр!

— А куда ты денешься. Вернуться в строй!

Дирг стукнул себя кулаком по груди и сделал шаг назад.

— Итак, господа отбросы, сегодня мы положим начало вашему будущему в качестве боевых магов. И начнем мы сей нелегкий для вас путь с десяти кругов по плацу!