Герцог
Шрифт:
Леди Аделла громко рассмеялась.
— Заткнитесь все. Придержите языки и перестаньте пялиться. Так, дитя мое, теперь ты не похожа на крестьянку. Подойди, я рассмотрю тебя поближе. Господи, ты совсем как я в твои годы.
— Нет, — возразил герцог, — ей никогда до вас не дотянуть.
Бертран под впечатлением того, что он впервые поцеловал девушку, попытался сказать свое слово.
— Ты отлично выглядишь, Брэнди. Платье просто великолепно.
— Это какое-то превращение, — сказал Клод, — вчера еще была маленькой девочкой,
Девушка благодарно кивнула собранию и села, нет, не в ноги леди Аделлы, а рядом с ней. По правде говоря, она испугалась до чертиков. Ей надо было всего лишь войти в гостиную и увидеть там Яна. Она была великолепна, особенно грудь, именно из-за нее у дяди Клода забилось сердце. Брэнди улыбнулась Яну, а тот ответил ей таким любящим взглядом, что девушка забыла все свои страхи.
— Если бы ты еще бросила кусать ногти, мисс, — сказала леди Аделла. — Нет, все-таки в твоем возрасте я была более красивой, потому что не грызла ногти.
Только Краббс не выказал никаких эмоций.
— Пожалуйте ужинать, ваша светлость.
Герцог направился к Брэнди.
— Будьте так благосклонны, мисс Брэнди, разрешите проводить вас за обеденный стол.
— Вы сказали это с таким почтением и уважением, ваша светлость, что было бы нечестно с моей стороны отказать вам.
— Говори по-английски, если тебе не трудно, — шепнул он ей на ухо.
Мудрый, очень мудрый мужчина. Она снова почувствовала, что любит его.
— Неужели я был так плох прошлой ночью, что ты решила наказать меня? От твоего наряда у меня мороз по коже, — сказал герцог задумчиво, пока они шли в столовую. — Могу я надеяться на то, что сегодня ночью увижу вас?
— То же самое можно сказать и про тебя, Ян. Когда я впервые вошла в твою спальню и ты стоял там голый, красивый, я так хотела тебя, но могла лишь смотреть. А затем увидела тебя в вечернем костюме, ты был не менее великолепен. Так что, ваша светлость, могу я надеяться на то, что сегодня ночью увижу вас?
— Вы лишаете меня головы, мисс.
Она хитро улыбнулась ему.
Ян проводил Брэнди на ее место, а затем пошел, чтобы сесть во главе стола. Проходя мимо Краббс, он негромко приказал:
— Если в погребе осталось шампанское, принеси пару бутылок.
Бертран понял, что сможет сосредоточиться только после того, как Краббс и Мораг выйдут из комнаты. Он откашлялся и улыбнулся Констанции.
— Спешу сообщить вам, папа, леди Аделла, что Констанция, несмотря на ваши увещевания и интриги, доказала мне наконец, что я просто обязан жениться на ней. Короче говоря, в августе, сразу же после того как ей исполнится семнадцать, она станет моей женой. Да, я был хорошим сыном, но теперь, я думаю, пришло время и мне потешиться.
— Берти, — сказала Констанция, —
— Пусть говорит, Конни, — заявила Брэнди, — мужчинам надо иногда похвастаться и похвалить себя. Они от этого обретают уверенность в себе. Я так рада за тебя.
— Я же говорила тебе, Клод, — широко улыбнулась леди Аделла, — что скорее Конни соблазнит Берти, чем наоборот. Забавно, ведь это не должно было случиться. Что ты, Бертран, сделал с моей внучкой?
— Что хотел, то и сделал, — сказал Клод и рассмеялся, — судя по его взгляду, Конни еще несколько дней будет трудно переставлять ноги. Надеюсь, Конни сможет отвадить тебя от той шлюхи из деревни.
Бертран застонал и в который раз проклял чертов язык отца. Он посмотрел на Констанцию. К его удивлению, она улыбалась смущенно, теребя свои красивые локоны и, казалось, была довольна замечанием Клода.
— Он никогда даже не посмотрит на другую женщину, дядя Клод, — заявила Констанция, еле шевеля языком от волнения. Господи, им придется ждать августа.
— Итак, вы хотите пожениться в августе, — сказала леди Аделла и вздохнула. — Мне кажется, Клод, Конни еще слишком молода для замужества. Может быть, Бертрану пока стоит поразвлекаться в деревне и подождать с женитьбой еще года два-три.
— Бабушка, ведь мне уже исполнится семнадцать.
— Леди Аделла, — сказал Бертран, удивляясь своей решительности, — матери Констанции было шестнадцать лет, когда она вышла замуж за вашего сына, не так ли?
— Подорвалась на собственной мине, мадам, — съязвил герцог.
Клод смутился. Он выглядел так, будто только что вошел в комнату и не понимает, о чем люди говорят.
— Значит, леди, вы хотите намазать бутерброд с двух сторон?
— Да, и в середине тоже, — поддакнула Брэнди.
— Заткните пасть, моя маленькая леди. В конце концов, Констанция нашла себе мужа, а ты, глупая девчонка, так и будешь возле моей юбки до самых седин.
К ее удивлению, Брэнди лишь бесстыдно улыбнулась ей, и леди Аделла повернулась к Бертрану.
— Ну, мой мальчик, ты уже все решил? Можно мне задать нескромный вопрос: а спросил ли ты разрешение у своего отца, прежде чем приблизиться к моей младшенькой внучке? Она так молода и ничего не знает о мужчинах. По-моему, мой мальчик, ты поторопился.
Герцог, радовавшийся больше остальных, сказал:
— Конечно же, леди Аделла, вы не догадывались, что Бертран способен решить что-то сам? Если вам интересно, то он просил моего разрешения.
— Твоего разрешения, — зарычала леди Аделла, — кому нужно твое разрешения и что в нем толку?
— Я ведь ее опекун, не так ли, мэм?
— Слушай, герцог ты или не герцог, могу я знать, что ты будешь делать дальше? Я не хочу, чтобы моя внучка осталась бесприданницей.
— Нет, — сказал герцог спокойным, как Северное утреннее море, голосом, — я не поступлю с ней так.