Глория
Шрифт:
Ложусь на курс, перевожу на автопилот — теперь компьютер главный. Теперь можно пойти поесть и поспать. Через десять-восемнадцать часов все повторится снова...
Теперь я опять — паук. Паутина моих трасс растянута между звездами и я быстро, перебирая ножками, бегу по ней. Паутина дрожит, нити сигналы мне посылают: «Беги туда, беги туда». И я бегу. Я — почтовый паук. Паутина соткана не мной, но я должен поддерживать ее, я обязан бежать по ней...
Перед тем, как идти спать, я смотрю на звезды, такие красивые, далекие и близкие одновременно. Так много звезд, как же мне среди них отыскать свою?...
Кто-то скажет: «Почему же ты, идиот, не
Наивные вопросы. Чтобы самому лететь к звездам, надо, как минимум, купить собственный корабль. У меня таких денег не было. Искать в известных системах? Вряд ли. Моей планеты среди известных планет не было. Единственное, что я мог сделать и сделал — я отправлял запросы в эмиграционные службы обитаемых планет. «Прошу сообщить, не было ли в числе эмигрантов за последние сто пятьдесят календарных лет личностей, утверждавших, что они прибыли с планеты, не внесенной в галактический планетный каталог, с которой были похищены инопланетной формой жизни, предположительно Формикой. Ключевые слова для поиска: Артур, Марта, Рива, Арчер, Фритаун, Алекс, Аль. Стоимость проведения запроса по информационной сети прошу отнести на банковский счет номер такой-то».
Я тратил много денег, но все запросы возвращались в стандартном виде: «Интересующих вас лиц в информационных базах данных не обнаружено»...
Я не сошел с ума, не ушел в запой, я ушел в работу. Я работал и работа позволяла мне не думать о плохом. Монотонный ритм полетов был для меня тем же, чем были изнуряющие занятия с Арчером — голова занята настоящим днем, некогда строить планы на будущее. Я почти потерял надежду найти дом, мне казалось, что я буду скользить по Периферии вечно. Но что-то, определяющее мою судьбу, решило предоставить мне шанс...
Глава 12. Авантюра
«Сонора», Депо системы Бальтус — орбитальный комплекс на орбите второй планеты системы. Отличная станция техобслуживания, внимательный персонал, хорошее место, чтобы отдохнуть. Я с трудом добрался туда — у меня забарахлил основной двигатель. Вместо суток пути, я добирался до «Соноры» три дня — жалел двигатель, который отказывался работать в нормальном режиме и работал удовлетворительно только в экономичном режиме. Сразу по прибытию я попросил техников осмотреть двигатели. Поковырявшись в моем машинном отделении, техники «обрадовали» меня тем что и у основного и у вспомогательного двигателей полностью выработан ресурс хода. Их придется заменять, на ремонт уйдет не меньше двух месяцев и произвести ремонт в условиях «Соноры» техники не могли. Мой корабль надо было отбуксировать на ремонтный завод — так что я оставался без работы. Техники сказали мне интересную вещь:
— Хорошо, что ты вообще смог добраться сюда целиком, Арчер.
Я помчался к начальнику экспедиции и начал ругаться, но очень вежливо, в таком тоне:
— Мистер Полянски, вы знаете, что могли потерять весь груз, который я собирал неделю?
— Нет, — на широком лице начальника — недоумение.
— Где-то там у вас на столе лежит моя просьба провести полную техническую профилактику моего корабля, датированная прошлым месяцем, — вкрадчиво сказал я.
— Да-а-а, — протянул начальник, — припоминаю.
— Я уже месяц назад докладывал вам о необходимости ремонта моего корабля, так?
— Допустим.
— Что значит «допустим», мистер Полянски? Что значит «допустим»? — не сдержался я. — Вы знали о том, что двигатели моего корабля дышат на ладан и что вы сказали
— Что? — его недоумение переходило в тупость.
— «Арчер, надо сделать еще пару рейсов» — цитирую вас дословно.
— Ах, да! — просветление.
— Техники сделали сегодня мне комплимент, мистер Полянски. Знаете, какой?
— Не-е-т, — снова протянул начальник.
— Они сказали мне что я счастливчик, наверное, родился под счастливой звездой.
— Да-а-а? — он начинал доводить меня до кипения, и я пообещал себе, что не взорвусь.
— Мой корабль не взорвался, господин начальник, потому, что мне повезло. Наверное, бог услышал ваши слова о том, что мне нужно срочно сделать пару рейсов на благо почтовой службы и сделал так, что я сейчас имею счастливую возможность разговаривать с вами, господин Полянски.
Он не сказал « Да-а-а», но недоуменная тупость на его лице транспарантом кричала о том, что он, даже отдаленно, не понимает ничего из того, что я ему говорю. И я решил пустить в ход тяжелую артиллерию.
— Знаете, что я сделаю мистер Полянски? Я отправлю донесение директору почтовой службы господину Абрамовичу, в котором напишу, что я, пилот первого класса Алекс Арчер, неоднократно и заблаговременно извещал своего непосредственного начальника, господина Полянски, о катастрофическом состоянии двигателей моего корабля. Что мистер Полянски проигнорировал мои просьбы о ремонте и профилактике моего корабля, что мистер Полянски проявил преступную халатность, отправив меня в продолжительный рейс с двигателями, в любой момент готовыми к разрушению. Что я, пилот первого класса Алекс Арчер, лишь по счастливой случайности смог добраться до места назначения с неисправными двигателями. Что лишь благодаря влиянию свыше, божественной карме, счастливому року, благосклонной судьбе я смог доставить груз моего корабля до места назначения не в виде ударной волны и световой вспышки. К моему донесению я приложу копию технического заключения, в котором будет указано, что двигательные установки моего корабля полностью выработали свой ресурс. И все это из-за того, что мой непосредственный начальник, мистер Полянски, не имеет обыкновения должным образом исполнять свои прямые служебные обязанности.
— Постойте, постойте, Арчер, — просветление на лице моего начальника, — мы же нормальные люди, мы же сможем договориться!
Я молчал, улыбаясь, глядя на него.
— Простите меня, Арчер.
Я молча кивнул, продолжая улыбаться.
— Чего вы хотите?
— Во-первых, все проблемы с ремонтом вы берете на себя. Я не желаю терять свое время на составление отчетов. Вы наверняка сможете выпутаться из этой ситуации. Во-вторых, я ухожу в двухмесячный оплачиваемый отпуск и оформлять его будете вы. В заявлении на предоставление отпуска, вы напишете, что я нуждаюсь в отпуске по причине стресса, мои нервы не в порядке, что я смертельно устал и вы, мой непосредственный начальник, серьезно озабочены моим состоянием и что продолжительный отпуск мне необходим.
Я немного помолчал и добавил:
— Не мешало бы еще выписать мне премию в размере месячного оклада.
Последнюю мою наглость Полянски проглотил, не жуя. Он раздраженно почесал в затылке и буркнул:
— Хорошо, договорились. Только не надо на меня стучать!
— Конечно, мистер Полянски, — улыбнувшись, сказал я и вышел...
И вот я в отпуске — ем, сплю и выпиваю. Каждый вечер провожу в баре, пью столько, что сплю после этого без снов. Делать мне нечего и это в некотором смысле приятно.