Глубинка
Шрифт:
– Не поваляешь — не… Тьфу, черт!
Неужели эти народные мудрости действительно так сильно вплетены в нашу жизнь?
– Насчет бутерброда, это я согласен. Но зачем все остальное? Зачем нож, не режущий масло? Зачем георгины на морковных грядках?
– Неизбежные побочные эффекты. Суть в том, что никто не в силах отменить
– Тогда ради чего?
– Но есть и другие предопределенности. Назовем их Высшими предопределенностями. Одна из них в привычном для тебя варианте заканчивается словами «… а одной — не миновать». И уже устранения одной этой предопределенности достаточно, чтобы стерпеть все возникающие при этом побочные эффекты.
– Так здесь можно жить вечно? — спрашиваю я.
– Конечно.
Я задумался. Хотел бы я жить вечно в ТАКОМ мире? Не знаю. Скорее всего — нет. Или я просто еще слишком молод, и перспектива собственной смерти кажется мне слишком далекой?
– Ну че? — вывел меня из раздумья дед Игнат. — Побалакали — и будя! Да и тебе уже пора в город вертаться.
Видимо, этим он хотел продемонстрировать, что тема исчерпана. Я побрел вниз по склону горы.
– Кстати! — окликнул он меня сзади. Я с надеждой обернулся.
– Неплохой скафандер! — похвалил он. — Хорошо сидит!
Что называется, проводил!
Небольшой уж парил в прозрачной синеве высоко над вершиной горы. Как только мы удалились, он резко спикировал вниз и распластался в тени большого серого
Когда по пути на катер мне пришлось проходить мимо колодца типа «журавль», я не смог удержаться и плюнул в него.
Что-то подсказывало мне, что напиться из него мне уже не придется…
Поедание бутербродов в условиях космического корабля — непростительное пижонство!
Но иногда можно позволить себе некоторые изыски.
Я извлекаю из вакуумной упаковки крохотную буханочку хлеба. Размер ее подобран так, чтобы среднестатистический космонавт мог без напряжения целиком поместить ее во рту. Такую буханку не нужно ни откусывать, ни отрезать. Соответственно, снижается вероятность того, что хлебные крошки попадут в дыхательные пути человека. Из небольшого тюбика с надписью «Масло сливочное» выдавливаю на хлеб небольшой слой масла.
Подношу этот импровизированный бутерброд ко рту и замираю, задумавшись. Потом улыбаюсь какой-то своей мысли и выпускаю бутерброд из руки. Бутерброд летает вокруг меня, его движения плавны и грациозны. А главное — не падает! Ни маслом вниз, ни маслом вверх, ни даже на ребро…
Не прав ты был, старик, не прав! Невесомость разрушает стереотипы…
P . S . А теперь: внимание — вопрос!
Сколько всего пословиц и поговорок… словом — народных мудростей было опровергнуто автором в рамках данного рассказа?
А сколько еще не опровергнуто…