Глушь
Шрифт:
«Быстро вырабатывающий сильное привыкание наркотик класса II, по определению Закона «О контролируемых веществах»», — прочла она. — Суперстимулятор, который производит длительный эйфорический эффект».
Когда она добавила слово «ингредиенты», появились другие, подозрительные страницы.
«Активные ингредиенты: псевдоэфедрин», — прочла Патриция.
«Никогда об этом не слышала», — подумала она, но уже через пару секунд узнала, что это химическое вещество получают путем сложной перегонки и фильтрации. Процесс начинается с растворения антигистаминных препаратов в некоторых
Следующим основным ингредиентом был красный фосфор — она думала, что никогда не слышала о нем раньше, но пары строк хватило, чтобы освежить память: самый простой способ для отчаянных «торчков» получить это соединение — дистиллировать его с терок для зажигания на спичечных коробках.
«Шериф Саттер упоминал об этом», — вспомнила она, и перед глазами тут же возник мешок для мусора в шкафу Хильдов, полный спичечных коробков.
«Трудно в это поверить», — подумала Патриция. Неужели Хильды и правда делали наркотики? Но факты говорили сами за себя. Джуди тоже бы не поверила, но она в принципе наивная. Поселенцы ей как дети, даже взрослые и старики. Никто не хочет верить, что его дети втайне производят тяжелые наркотики.
И теперь Хильды жестоко убиты наркодилерами из «большого мира».
Патриция продолжала читать. Мет является искусственным стимулятором; его не существует в природе. Даже небольшие дозы дают эффект, который может длиться до двенадцати часов, и это при относительно низкой уличной цене — двадцать долларов за дозу. Клиническая зависимость — около девяноста процентов, почти как у крэка. Мет можно употреблять несколькими способами, как и кокаин: вдыханием, инъекцией, курением. Курительную форму называют «айс», а порошок — «твик».
Патриция была слегка поражена, когда наткнулась на следующий термин: «крэк реднеков». Его использовал шериф Саттер.
Все закономерно. Кокаин обычно привозят в крупные городские центры и сбывают на уже существующем рынке. Его сложнее достать, потому что основой для кокаина служит тропическая кока, которая произрастает только в Африке и на севере Южной Америки. А вот мет, как синтетический наркотик, может быть произведен где угодно и не нуждается в ингредиентах из других стран. Лаборатории прячут в трейлер-парках, оттуда и пошло название «крэк реднеков». Оборудование и ингредиенты стоимостью в тысячу долларов, доступные в аптеках и хозяйственных магазинах, могут принести от пяти до десяти тысяч чистой прибыли, если человек знает, что делает. Другими словами, мет — самый подходящий наркотик для таких отдаленных районов...
«...как Аган-Пойнт», — заключила Патриция.
И, согласно правительственным веб-сайтам, потребление мета растет, охватывая все более широкие слои неимущего населения, и становится наркотической эпидемией, за которой следуют ВИЧ, гепатит и преступность.
«Господи, неужели эта гадость и сюда добралась», — содрогнулась Патриция.
Она вернулась в гостиную, опасаясь реакции сестры на ужасные события.
Джуди выглядела расстроенной, частично сбитой с толку и злой. Эрни наливал ей кофе, в то время как она размышляла вслух:
—
— Возможно, это только единичный случай, Джуди, — сказала Патриция. Она хотела выглядеть оптимистично, но не знала, честно ли это по отношению к сестре. — Возможно, это были только Хильды.
— Думаешь, что знаешь людей, — продолжала Джуди, не обращая внимания. — Они тебе нравятся, и ты помогаешь им, они ведь совершенно нормальные, приличные и трудолюбивые люди! А затем однажды узнаешь правду. Я даю им бесплатное жилье, работу. И они так поступают со мной! Собирают деньги, которые я им плачу, чтобы сделать этот наркотик. И у нас много Поселенцев в Аган-Пойнте. Я не тупица, это не могли быть одни Хильды.
— Ох, Джуди, ты этого не знаешь, — сказал Эрни. — Я думаю, что это были только Хильды. Они всегда отличались от других Поселенцев. И пусть Бог простит их, но мне кажется, что они получили то, что заслужили. И я ни за что не поверю, что кто-то еще этим промышляет. Да Бога ради, они же собирают крабов! Эверд для них почти Иисус. Поселенцы даже не пьют. Я никогда не видел, чтобы кто-то из них курил или жевал табак. Они все думают, что курить — это грех, а уж тяжелые наркотики — и подавно. Хильды — гнилые яблоки, вот и все. В каждой корзине нет-нет да попадается парочка таких.
Джуди откинулась на спинку стула и устало убрала волосы с глаз.
— В последнее время я только и слышу, что о проблемах. Поселенцы участвуют в драках, Поселенцы ленятся на работе, Поселенцы покидают Аган-Пойнт, потому что им тут недостаточно хорошо, потому что работа, которую я им даю, недостаточно хороша. Постоянно слышу, что самые красивые из девушек клана продают себя, а на все это шериф Саттер и все остальные произносят все те же проклятые слова: «О, не волнуйся, Джуди. Это всего лишь несколько плохих яблок». Черта с два! Похоже на то, что весь наш сад гниет!
«Ух ты, она действительно разошлась», — поняла Патриция. Такое случалось редко.
— Джуди, я думаю, ты преувеличиваешь. Это неизбежно: появляется кто-то плохой и отрицательно влияет на остальных.
— Она права, — согласился Эрни. — Тебе не стоит об этом беспокоиться, особенно после того, через что ты прошла.
Джуди глубоко вздохнула.
— Я полагаю, что все меняется, как бы сильно мы ни желали обратного. — Ее глаза искали глаза Патриции. — У мамы и папы никогда не было проблем с Поселенцами, но мир уже не тот, что прежде.
— Да, не тот, — сказала Патриция. — Прогресс несет с собой как хорошие, так и плохие вещи.
Судя по взгляду Джуди, она начала уходить в себя.
— Я не знаю, Патриция. Может быть, мне действительно нужно просто продать компанию и землю? Возможно, пришло время.
О Боже. Ну вот, начинается.
Образ Гордона Фелпса вспыхнул в сознании Патриции — не самый привлекательный образ.
— Тебе пока не нужно думать об этом. Полагаю, скоро все наладится.
Еще один долгий вздох.