Гоблин
Шрифт:
В. Завтрак туриста — 1 банка. (Абаканский продукт немногим уступает тушенке, но имеет несколько иной вкус и консистенцию, пригоден для холодного употребления.)
2.
А. Мясо тунца в железной банке — 1 шт. (Такую рыбину с берега не взять, а ценного белка в ее мясе очень много.)
Б. Сардины в собственном соку с добавлением масла — 1 банка.
В. Икра красная — 1 банка. (О ценности говорить не буду.)
3.
А.
Б. Каша перловая с говядиной — 1 шт. (Просто я ее люблю.)
4.
А. Ассорти из помидоров и огурцов — 1 банка.
Б. Икра баклажанная — 1 банка. (Чего-нибудь пряного хочется… Да и с маслицем она, для калорийности.)
5.
А. Сливы консервированные — 1 банка.
Б. Абрикосы консервированные — 1 банка.
6. Молоко сгущенное — 1 банка. (Чего тут долго думать.)
7. Масло оливковое нефильтрованное, первого отжима. (Оно более густое, насыщенное, нежели подсолнечное, так мне кажется. Хотя запах семечек приятен с детства.)
8. Доширак острый — 2 шт. (Без сомнений, проверено полями. Да и лапшу вполне можно пустить в супец.)
9.
А. Мука пшеничная первого сорта.
Б. Сублимированная картошка. (Как же без нее…)
10. Рожки! (И только рожки. Знаете, чем именно этот продукт хорош? О… Рожки придумал настоящий гений! За счет своей формы они набирают внутрь мясной подлив, а не оставляют его на дне кастрюли или тарелки, как это получается со спагетти.)
11. Галеты с солью.
12. Чай черный в пачках. (Им можно снимать раздражения, промывать глаза и мелкие раны.)
13. Апельсиновый сок. (Освежает и бодрит.)
14. Сахар-песок. (Белый. Обыкновенный свекловичный сахар, самый сладкий, и никакого коричневого заморского, там сам черт не разберет, где натуральный, а где подкрашенный. Хотелось бы, конечно, взять конфеты или шоколад, но без сахара жить тяжко.)
15. Горчица. (Если будет оставаться, то использую для маринования мяса. Уж что-нибудь добуду.)
16.
А. Соль поваренная среднего помола.
Б. Перец красный. (Я его не очень жалую, но он важен для профилактики отравлений.)
Дважды подчеркнув написанное, я машинально поставил подпись. Вот и славно, работа выполнена на отлично. Старшина Сотников стрельбу закончил! Где мой красный диплом выживальщика?
В десять, значит… Ну, экзамен в финале — час, сама церемония займет от силы еще один. Дольше я задерживаться не намерен, категорически. Просто сбегу в санаторий, иначе и завтра хана настанет бадминтону и ловле на лужайке бабочек сачками.
Я уже собирался вставать было, как тут меня что-то словно бы кольнуло. Подожди-ка… По-моему, я понял, чему возмутилась Юлия Павловна.
Среди экзаменуемых непременно будут те, кто составил заявку так же грамотно, как и я. Так? Но будут и те, кто ошибся. Получается, что в данной игре действительно моделируется некая ситуация, в которой хитрый и умный юнец-куркуль сидит себе возле своей ниши, сыт, напоен и в ус не дует. А где-то по соседству на острове голодает девчонка, набравшая чупа-чупсов и жвачки, которой не хватило знаний или понимания суровых реалий, чтобы скомплектовать пищевое рацио. Меж детьми всегда существует такая вот, первобытная, что ли, конкуренция, порой безжалостная, ведь настоящее сострадание и умение прощать чужие ошибки приходит с более зрелым возрастом.
Стоит ли искусственно расширять трещинки там, где вопрос касается выживания? Где дело идет о жизни и смерти? Не правильней ли было просто вручить каждому наиболее грамотный список?
Но тогда не было бы и самой игры. Интересной! Которая, несомненно, развивает сообразительность, чувство ответственности, хотя бы за самого себя, и умение видеть дальше собственного носа. Рыба ты пелядка, Гоблин, что ты надумал? Что держал в голове сталкер высшей категории, прошедший огонь, воду и медные трубы, задавая подросткам эту задачу? Я не верю, что он хотел просто потыкать их носом в ошибки.
Правильно я сделал, что сам поучаствовал.
Завтрашнее мероприятие стало для меня важным.
Утром сделалось еще хуже, сон повторился. С трудом сдерживаясь, чтобы не наговорить резкостей родным, я вызвал машину и смылся из санатория как можно быстрей. Встретивший меня Бероев сразу заметил, что начальство не духе.
— Что случилось, Командор?
— Да сон хреновый приснился, представляешь? — неожиданно для себя раскрылся я, вовсе не планируя этого делать. — Мало того, приснился два раза.
— Бывает, — понимающе кивнул он. — Тяжелый?
— Да как тебе сказать… Короткий, как ролик. Про Сомова. Стоит на фоне какого-то ржавого железа, скорее всего, старого судна.
— И что дальше?
— Растерянный он, замученный. И почему-то виноватый. Говорит мне: «Влипли мы, Командор, серьезно влипли… Приходит время, и что-то случается, никакое везение или осторожность не помогут. Это знает каждый сталкер, знает, но продолжает нарываться. Вот и мы нарвались… Буду пробовать выкрутиться».