Горец
Шрифт:
– Да, Андрюх? Не спится?
– Выспался.
– А я что тебе говорил?
Андрей спросил:
– Твое предложение поехать в Джербет остается в силе?
– Ты насчет кабака?
– Да!
– Можно съездить!
– Поехали! Вот только на чем? Дежурную машину у пехоты возьмем? Маршрутки уже не ходят в поселок. Но тогда назад нам двенадцать верст топать пехом.
– Так у Димана же тачка есть. Он и подбросит, и посидит с нами, и назад привезет!
– Уверен, что Григорьев с восторгом воспримет твою просьбу?
– Ему, Андрюха, сейчас
– А если он уже нажрался и спит?
– Григорьев в порядке. Полчаса назад видел его.
– Ну, тогда другое дело.
– Ты одевайся и выходи к магазину, а я свяжусь с Диманом, и мы подъедем к Военторгу.
– Добро! Во сколько выезд?
– Через двадцать минут. Плюс-минус минут пять.
– Понял!
Отключив телефон, Дементьев сменил спортивные брюки на джинсы, майку заменил рубашкой с короткими рукавами, надел светлые носки, летние туфли.
В 19.50 он курил возле закрытого магазина Военторга. Светлая «девятка» остановилась возле него спустя три минуты. Через открытое окошко дверцы водителя прапорщик Григорьев сказал Дементьеву:
– Карета подана, капитан! Загружайся на заднее сиденье.
В 20.00 «девятка», миновав внешний контрольно-пропускной пункт гарнизона, помчалась, набирая скорость, в сторону поселка Джербет, небольшого районного центра. Двенадцать километров машина пробежала за пятнадцать минут, благо дорогу недавно отремонтировали и она была совершенно пуста. Еще десять минут ушло на движение по поселку. В 20.25 прапорщик Григорьев остановил машину прямо у входа в небольшой местный ресторан с одноименным названием «Джербет». Офицеры прошли в зал. Там находилась группа местных молодых парней. Шесть человек что-то оживленно обсуждали между собой. Они были изрядно пьяны. Спецназовцы присели за стол возле окна. К ним тут же подошла официантка Гуля, то ли жена, то ли любовница хозяина ресторана Раджана. Спросила:
– Что будете заказывать?
Ответил Дементьев:
– Водки!
Женщина поинтересовалась:
– Сколько? По сто граммов?
– Какие, Гуля, к черту, сто граммов? Неси пару пузырей открытых и еще тройку запечатанных, с собой заберем, да блок сигарет «Бонд»!
– «Бонда» нет. Есть «Винстон».
– Крепкий?
– Да, в красной пачке.
– Тогда блок «Винстона»!
– Что из закуски?
– А что можешь предложить?
– Плов, бифштекс, шашлык из баранины, люля-кебаб.
– Давай люля-кебаб!
Капитан посмотрел на друзей:
– Вы не против?
Ответил Алешин:
– Без разницы, только не баранину.
Дементьев оформил заказ:
– Три по три люля, зелени, лаваш, ну и водка с сигаретами. Еще вода минеральная, с газом, пара бутылок.
В это время компания парней громко рассмеялась.
Андрей указал официантке на соседний столик:
– И еще, Гуля, попроси молодняк, чтобы тон убавили, у нас траур и настроение очень плохое.
Официантка вздохнула:
– Я передам, конечно, но вряд ли это подействует на них. Мальчики кроме вина плотно зарядились дурью. И наглые они, вот тот,
Григорьев улыбнулся:
– Ты попроси их, Гуля, а если не послушают, то это уже не твои проблемы.
Официантка вздохнула:
– Видно, вечер станет веселым.
И предложила офицерам:
– А может быть, вы возьмете спиртное, заказ, я все как следует упакую, и уедете в гарнизон? Так не хочется скандала. А потом еще наездов этих придурков.
– Нет уж! Если кому уходить, то это пацанам! А скандала не бойся, не будет никакого скандала. И разборок потом не будет. А где, кстати, Раджан?
– Во дворе. К нему брат заехал. Скоро придет!
– Ну, так мы ждем, Гуля!
Женщина подошла к столику, за которым сидели парни. Что-то сказала им. Они посмотрели в сторону офицеров. Молодой человек в белоснежном костюме рассмеялся, ответил официантке, затем небрежным жестом руки показал, чтобы она ушла. Гуля прошла на кухню. У стойки бара появился Раджан. Кивком головы он поприветствовал спецназовцев. Раньше подходил к столу, здоровался уважительно с каждым за руку. Сегодня ограничился кивком. Было ясно, он опасается группы парней и особенно сынка начальника местного РОВД. Молодежь же не обратила никакого внимания на просьбу офицеров, продолжив развлекаться, неестественно громко ржать над любым словом товарища. Так на них действовал наркотик.
Григорьев проговорил:
– А детишки вроде как положили на нас?!
Дементьев, сжав зубы, процедил:
– Я их, пидоров, успокою.
Алешин взял товарища за руку:
– Да не обращай ты на них внимания, Андрюх. Пацанва под кайфом, ни хрена не соображает. Ослабеет действие дури, свалят. Водкой им не догнаться. Нужна наркота.
Выдержав паузу, к офицерам все же подошел хозяин ресторана:
– Здравствуйте, уважаемые! Рад видеть вас у себя. Давно не заходили, случилось что?
Ответил Дементьев:
– Времени не было, все учения да учения.
– Да, служба, она такая, сам служил, знаю!
Прапорщик взглянул на хозяина ресторана:
– Что ты можешь знать, Раджан? Служил-то, наверное, где-нибудь на складах?
– Э, зачем так говоришь? Хлеборезом был. Ответственная должность. И тяжелая. Это сколько надо буханок нарезать на весь батальон? И на учениях был.
– А ты, оказывается, еще тот вояка.
– Ну, вояка не вояка, а тоже кое-что видел.
К хозяину ресторана обратился Дементьев:
– Скажи, Раджан, ты ребятишек, что, обдолбившись дури, ржут как лошади за соседним столом, успокоить можешь?
– Ай, как их успокоишь, если главный у них Алан, сын самого Мирзы Гаранова, начальника милиции. Подполковника, который дверь районной администрации ударом ноги открывает? Да он и будет этой главой, осенью выборы. И ведь пройдет, хоть весь район против будет, сделают так, что он победит. И начнется ханство. А Алан у него единственный сын. Ему, этому Алану, что в белом костюме, у нас в Джербете позволено все.