Горец
Шрифт:
– Товарищ капитан! Подъем, товарищ капитан!
Дементьев открыл глаза:
– Ты кто?
– Здравия желаю, я посыльный по отряду.
– Да? И с чем пришел?
– Вас срочно вызывает подполковник Вербин.
Андрей никак не мог прийти в себя.
– Зачем?
– Ну уж этого я, товарищ капитан, не знаю! Мне приказали вызвать в штаб вас, капитана Алешина и прапорщика Григорьева, я и пришел.
Андрей сказал:
– Посмотри, на тумбочке сигареты остались?
Посыльный ответил:
– Так точно! Но мало, всего две штуки.
– А
– Есть блок, он за столом, на полу валяется.
– Не валяется, солдат, а лежит.
Дементьев приподнялся, осмотрел пустую тару, укоризненно покачал головой, прикурил сигарету. Он прекрасно помнил все, что вчера вечером произошло в ресторане «Джербет». Спросил посыльного:
– Куда вызывает командир?
– В кабинет!
– А чего так рано, не знаешь?
– Нет, но он прибыл в часть вместе с командиром полка, с ним какой-то милицейский подполковник. Толстый такой, нахальный с виду. Потом командир полка ушел, мент остался, а отрядный приказал вызвать вас, Алешина и Григорьева. Приказал, чтобы вы срочно прибыли в штаб.
– Ясно! Начинается вторая серия вчерашнего кино.
– Не понял, товарищ капитан!
– А тебе и не надо. Меньше знаешь, спокойней спишь. Ты Алешина и Григорьева уже поднял?
– Никак нет. Сначала зашел к вам!
– Тогда иди, поднимай капитана и прапорщика. Передай: как приведут себя в порядок, сбор у меня, здесь.
– А что мне в штабе дежурному сказать?
– То, что приказ командира отряда передал по назначению. Мы будем минут через двадцать. Раньше, увы, не получится! Тебе все понятно?
– Так точно!
– Ступай!
Рядовой, развернувшись, вышел из номера. Андрей выкурил полсигареты, больше не смог, тошнота подкатила к горлу. Он затушил окурок, произнес:
– Нет! Так пить нельзя. Перебор вышел. А впереди разговор с Вербиным и этим ослом, Мирзой Гарановым.
В том, что в гарнизон приехал начальник РОВД Джербетского района, Дементьев не сомневался. Видно, плохо вчера понял. Что ж, только себе хуже сделает. Но пора собираться. Капитан провел рукой по подбородку. Надо бриться. И принимать душ. Сейчас только холодная вода может взбодрить, облегчить состояние. Нет, конечно, граммов пятьдесят спирта тоже помогли бы, однако пить нельзя. Да и нет в номере спирта. Вздохнув, командир разведывательно-штурмовой группы разделся, бросив одежду в кресло. В стирку. Забрал туалетные принадлежности, полотенце и направился в душевую комнату. Приняв душ и побрившись, вернулся в комнату, где его уже дожидались Алешин с Григорьевым.
– Шустро вы подорвались, мужики, а я вот только из душевой.
Григорьев проговорил:
– Подорвешься, когда Вербин вызывает. И наверняка по поводу вчерашнего.
Алешин сказал:
– Надо договориться. Мы поехали в кабак помянуть ребят. Сидели тихо. Сделали заказ, выпили в меру. А пацаны за соседним столом слишком уж шумели. Матом ругались…
Дементьев рассмеялся:
– Кто это о мате говорит? Тоже нашелся борец за чистоту
– Разговор не обо мне. Короче, бузила молодежь. Да и хрен бы с ней, если бы один из них, этот, как его, ну, в белом костюме…
Прапорщик подсказал:
– Алан!
– Вот, Алан и крикнул нам типа того, кого мы поминаем? Получили, что ли, по морде в горах? Так не хера там делать. Ну, и дальше понес что-то в этом роде. Естественно, осквернение памяти погибших ребят мы допустить не могли. И сделали замечание. Запоминайте, сначала мы просто попросили Алана заткнуться. А тот проигнорировал просьбу. Более того, назвал нас карателями, оккупантами свободного Кавказа. И вот только тогда мы решили проучить наглецов. Аккуратно, в щадящем режиме. Что и сделали. А Алан со страху сам выпрыгнул в окно. Под дурью и с крыш прыгают.
Дементьев спросил:
– Ты сам-то веришь, что эта версия прокатит?
– Да плевать, прокатит она или нет. Мы свое слово скажем, а что будут говорить отморозки, нас не касается. Ментов в кабак не вызывали, протокол не составляли, а показания пострадавших – полнейшая туфта.
– Плевать-то плевать, но ты забыл, Вадим, что я с папашей этого Алана по мобильному разговаривал. И весьма грубо. Распечатать разговор для начальника милиции не составит никакого труда. И тогда твоя версия летит ко всем чертям!
– Да мало ли что ты, униженный и оскорбленный, в горячке да еще подшофе мог наговорить менту? Скажешь, не помнишь суть разговора.
Пока друзья разговаривали, Дементьев оделся в форму:
– Ладно! Пошли. Как вести себя, определимся в кабинете у Вербина, там, кстати, и господин подполковник милиции Мирза Гаранов нас дожидается.
– Да говорил посыльный.
– И еще! На все вопросы отвечаю я. Вы в стороне.
Алешин возмутился:
– Как это в стороне? Вместе гасили отморозков, вместе и отвечать будем. Главное, в одну дуду дудеть. Скандал первыми начали местные придурки.
– Все, идем! Определимся!
Офицеры вышли из общежития и прошли к штабу полка. Дежурный проводил их до кабинета командира отряда специального назначения, на котором висела табличка «Помощник начальника штаба». Маскировка. Все трое вошли в служебное помещение. За всех доложил Дементьев:
– Товарищ подполковник, капитаны Дементьев, Алешин и прапорщик Григорьев по вашему приказанию прибыли.
За приставкой рабочего стола командира отряда сидел тучный мужчина в форме подполковника милиции.
Вербин посмотрел на часы:
– Я приказывал срочно прибыть! А это значит в течение максимум пятнадцати минут, вы же явились через полчаса. Приводили себя в порядок после вчерашней пьянки?
Алешин ответил:
– Как вызвали, так и прибыли!
– Ну, ты поговори мне еще!
– А что, у нас табу на разговоры введено?
– Алешин?!
– Я!
– Помолчи пока, хорошо?
– Но вы сами задали вопрос.
– Все, капитан!
Командир отряда указал на тучного мужчину: