Гори все синим пламенем
Шрифт:
— Лучше переборщить мне, чем дать возможность сделать это тем, кто так о вас позаботился ночью, — ответила я и приступила к обеду.
Беккер брезгливо поморщился, глядя на тарелки, к которым прикасалась рука постороннего, но все же не отказался от приготовленного специально для него салата. Во время трапезы мы молчали и только оба настораживались, когда за дверью неожиданно раздавались громкие звуки.
Закончив обед, мы встали из-за стола и поспешили удалиться, чем, впрочем, невероятно обрадовали некоторых. Суфлер, например, прощался, не в силах скрыть своей радости по
Глава 6
— У меня идея, — сказал Беккер, когда мы немного отъехали от ресторана.
— Ну? — вопросительно откликнулась я.
— Вспомнил об одном приятеле. Он в бухгалтерии разбирается здорово. На него среди предпринимателей большой спрос.
Работает.., как там сейчас это называется… аудитором.
— Дальше что?
— Если его привлечь к нашей проверке на заводе, она пойдет быстрее и будет более качественной.
Я внутренне согласилась с Валерием Павловичем и протянула ему свой сотовый, который до этого времени лежал в бардачке.
К счастью, Беккер помнил номер телефона того человека наизусть и буквально через несколько секунд уже имел возможность беседовать с ним.
Беккер говорил кратко и четко, не допуская никаких хождений вокруг да около, и довольно быстро получил от спеца-бухгалтера согласие помочь. Валерий Павлович не стал, конечно, распространяться насчет того, какие события толкнули его на столь детальную проверку документации, но по его тону каждый сделал бы правильный вывод — речь идет о деле особой важности.
Аудитор наверняка его сделал. Кроме того, его, как я поняла, привлекали именно в таких или в подобных ситуациях. Вероятно, он к этому привык, поэтому и не стал задавать никаких лишних вопросов.
Беккер назвал мне адрес, и через десять минут мы въехали в небольшой двор, с четырех сторон окруженный новыми девятиэтажками. Валерий Павлович указал на один из подъездов, и я свернула к нему. Буквально через минуту на его пороге возник высокий довольно молодой мужчина с чемоданчиком в руках.
— Посигналь, — сказал мне Беккер, — он же твою машину не знает.
Я решила не привлекать к нам ненужного внимания, а просто вышла из машины и, подойдя к незнакомцу, указала ему на автомобиль. Тот кивнул и уселся на заднее сиденье. Только теперь я разглядела, что у него в руках был вовсе не чемоданчик, а ноутбук.
«Зачем он ему? — подумала я. — Ведь у Беккеров там, наверное, свои компьютеры есть».
Не имея особых познаний в той работе, которую предстояло проделать молодому человеку, я не стала особо раздумывать над этим вопросом и прибавила ходу.
Незнакомец оказался довольно любезным. Представившись, он сделал мне несколько комплиментов, поинтересовался здоровьем семейства Валерия Павловича, стал говорить о светских новостях, чем немного отвлек нас от тягостных мыслей и раз веял наше с Беккером чересчур мрачное настроение.
За легкой беседой путь до административного здания завода не показался слишком долгим. Мы подъехали вплотную к крыльцу и только затем вышли из машины.
— Ой! — воскликнула дама, появившаяся в дверях. — Валерий Павлович, а ваш сын только что отъехал отсюда. Вы разминулись.
Беккер
Через некоторое время мы очутились перед дверью, на которой висела металлическая табличка, извещавшая о том, что данное помещение представляет собой не что иное, как кабинет Валерия Павловича. Беккер достал из кармана ключи, сделал одним из них несколько поворотов в замочной скважине, и дверь открылась.
— А здесь кто-то побывал… — протянул Валерий Павлович, обведя взглядом комнату.
Затем он подошел к настольному перекидному календарю, пристально посмотрел в него и, с облегчением вздохнув, сказал:
— Слава богу, это был Виталий.
Я подошла к Беккеру и увидела мелкую запись на одном из листков календаря — несколько пометок сделаны Виталькиной рукой.
— Ну-с, располагайтесь, — скомандовал нам Валерий Павлович.
Владелец ноутбука, которого, как оказалось, звали Жорой, тут же уселся за один из свободных столов, стоящих перпендикулярно к главному, директорскому. Беккер включил компьютер, стоящий на его столе, затем открыл сейф и достал оттуда кипу каких-то бумаг, которые тут же передал для изучения Жоре. Сам же он взялся за телефон, набрал какой-то номер и отдал несколько приказаний относительно каких-то документов.
Спустя несколько минут молоденькая женщина принесла стопку папок и с улыбкой протянула их Беккеру. Он тут же сел за стол и стал копаться в них. Мне же ничего иного не оставалось, кроме как сидеть и ждать. Через час такого времяпрепровождения я заскучала и решила тоже покопаться в бумажках, предложив свою помощь Валерию Павловичу. Он снисходительно улыбнулся и кивнул на нетронутые папки. Я с предвкушением сенсационных открытий приступила к их изучению.
Многое, конечно, мне оставалось непонятным. Зато я смогла установить, что предприятие Беккера имело интересы в сфере ГСМ и системе торговли зерном. А это кое-что значило. Хотя бы то, что наличие недоброжелателей у Беккера вполне объяснимо. Даже многие из тех, кто внешне не проявлял никакой антипатиии к нему и даже, наоборот, был весьма приветлив, на деле являлись потенциальными врагами и в критический момент могли показать «зубки».
Я пару раз заикнулась об этом, но Валерий Павлович отмахнулся, говоря, что целиком и полностью своим людям, компаньонам и клиентам доверяет и что мне лучше не дискутировать о том, в чем я ничего не смыслю. Таким образом он попытался вежливо поставить меня на место, но я не унималась. — Проведя еще минут двадцать за изучением бумаг, я задалась вопросом о том, почему на многих документах в месте директорской подписи стоят какие-то неразборчивые закорючки, мало похожие на размашистую беккеровскую подпись. О заместителе вроде речи не шло… Насколько я понимала, его функцию легко мог выполнить в случае чего Виталька, и у него тоже совсем не такая подпись.