Город кошмаров
Шрифт:
Внезапно снаружи вспыхивает молния. Поднявшийся ветер бросает в стёкла капли дождя. Могу поклясться, что мама с папой в восторге. В сильные бури мамины рассказы пользуются особенной популярностью. Посетители небось уже хватаются за сердце.
Я смотрю, как по мансардному окну стекают капли, возвращаясь к мысли, которая до сих пор меня тревожит.
– Женщина, которую я встретила у гавани… Она была похожа на старуху из кошмаров.
Эмми замирает.
– Почему ты сразу не сказала?
Я до боли стискиваю
– Потому что это бессмысленно. Женщина во сне ненастоящая. А эта была живая. Мне так кажется. Я не знаю.
Эмми вдруг вскакивает. Люстра мигает.
– Куда ты? – спрашиваю я.
– За веником, чтобы убрать этот кошмар. Не знаю, что с тобой сегодня случилось, но мы это выясним. Но если мать тебя убьёт, то ничего не выйдет.
– И как ты собираешься это выяснить?
– Ты хочешь сказать «мы собираемся выяснить», – говорит она, выхватывая веник из шкафа с пальто. – Есть только один способ узнать, настоящая ли та женщина, которую ты сегодня встретила. Сейчас быстренько уберём песок, а потом пойдём к гавани и посмотрим, вдруг она ещё там!
Глава 7
В сером небе вспыхивает яркая молния, раздаётся страшный раскат грома. Я прижимаюсь к Эмми – жаль, что у нас на двоих один зонтик. Летом Истпорт прекрасен – кругом бирюзовая вода и цветы. А в октябре что ни день, то Хэллоуин, такое возникает чувство.
– Не позвонить ли нам Бри? – Эмми становится в позу и передразнивает подругу, перепрыгивая большую лужу.
– Чтобы она тут сошла с ума? – смеюсь я. – Ну нет. Я люблю её и всё такое, но что-то мне подсказывает: помощи от неё не дождёшься.
Эмми хохочет.
– Ты что? – спрашиваю я.
Эмми переводит дух, вытирая слезу.
– Представляю, как Бри рассказывает в школе о твоих приключениях. Пара часов – и о тебе заговорит весь Истпорт!
Ну, да. Брианну не зовём.
Завидев гавань, я останавливаюсь. Последний раз, когда я здесь была, – то есть последний раз, когда я помню, как была здесь, – я пережила самые жуткие минуты в жизни. Понимаю, почему Эмми предложила вернуться сюда, но теперь, когда мы пришли, мне хочется домой.
– Покажи, где ты стояла, точно, – просит подруга, таща меня за собой.
Сейчас огни на крыше магазина рыболовных принадлежностей горят – летучие мыши и тыквы поблёскивают под мелким дождём.
Я показываю на конец набережной, где впервые увидела женщину, похожую на миссис Барри.
– Вон там.
Я прокручиваю в голове сцену. Я положила руку на плечо женщины, чтобы обратить на себя внимание. Она повернулась. Кожа да кости. Белые глаза. Лохмотья. Всё, что я помню, совпадает с образом женщины из моих снов. Разница лишь в том,
Эмми выходит из-под нашего маленького зонтика и шагает по пристани.
– А когда всё это произошло, были здесь другие люди? Свидетели?
Я сразу же вспоминаю.
– Да! Женщина с коляской. Она спросила, всё ли в порядке.
– Ты её узнала?
Лицо Эмми озаряется.
– Может, мы её найдём и спросим, что она видела.
Я качаю головой.
– Нет, я была не в себе, не узнала.
– Досадно, – разочарованно отвечает Эмми.
Дождь капает с её волос, скручивая завитки.
– Сейчас здесь никого нет.
Я поворачиваюсь кругом, в поисках кого-нибудь или чего-нибудь, хоть какой-то зацепки. Взгляд падает на песчаный берег рядом с пристанью. Песок перерыт, словно в нём копался ребёнок, строя замок или ров с водой. Неужели моя работа?
Проходя дальше, я спрыгиваю с пристани и ахаю. Я ошиблась. Песок перерыт не в одном месте. Их десятки!
– Ого! – выдыхает Эмми, догоняя меня. – Думаешь, это всё твоих рук дело?
– Похоже на то, больше некому.
Я оглядываю территорию, отмечая, что ямки разных размеров, формы, глубины. Если бы не знала, подумала бы на собаку. В этом есть что-то ненормальное.
Мы обе встаём на колени и изучаем ямки. Они постепенно заполняются дождём, превращаясь в миниатюрные лужицы. Я хватаю палку и по очереди тыкаю в ямки. Они глубже, чем я ожидала.
– Что же ты искала, Мэл?
Что-то, стоящее несметного количества ямок, как я догадываюсь. Что-то важное. Хотя не такое важное, чтобы запомнить…
Я растерянно сажусь на корточки. На это наверняка ушло немало времени. Почему же я ничего не помню?
– Я измучилась. Не могу отделаться от мысли, что ямки в песке и женщина из гавани как-то связаны, – озадаченно говорю я.
– Как связаны? Как я понимаю, ты подбежала к странной старухе, которая тебя напугала. Вернулась домой, заснула и во сне пришла обратно на пристань? – Она пожимает плечами. – Не вижу связи.
– А ты подумай, – начинаю я. – Старуха всё время повторяла: «Где он?» Похоже, она что-то искала. И по странному совпадению я, будто лунатик, возвращаюсь сюда и начинаю копать ямки, словно тоже что-то ищу.
Эмми тянется ко мне и прикладывает холодную мокрую ладонь к моему лбу.
– Что ты делаешь? – спрашиваю я, сбрасывая руку.
– Проверяю, нет ли у тебя температуры, потому что ты явно бредишь, – хихикает она.
Я раздражённо складываю на груди руки.
– Эммилен Гаррис!
Я называю её полным именем, и Эмми хмурится – она ненавидит его больше миндаля в шоколаде.
– Ты серьёзно, что ли?
– У меня нет выбора. Конечно, серьёзно! Мы что-то упускаем, а тебе бы только посмеяться.