Город Света
Шрифт:
Бабки на скамейке, утирая рты, бессмысленно смотрят, как она идет, ступая на каблучках своих ботфорт, как поднимается к подъезду...
На их лицах написано: "К кому такая?"
И явно добавлено знаменитое русское слово.
(- Смотри, это все наши из подъезда!
– восклицает бабушка.)
Блондинка оборачивается к скамейке, улыбается и произносит:
– Валь, привет. Здравствуй, Нина. Как Анюта? Меня не узнаете? Гуля, это я, тетя Лена из пятнадцатой квартиры. Митягина я.
(- Митягина - это же
– удивленно говорит бабушка Кузе.)
Окаменелые лица старушек на скамейке.
– Меня омолодили на программе "Чудо"!
Улыбка, тут же куколка забирается по ступенькам и, набрав верный код, заходит в подъезд.
Бабки на скамейке на всякий случай ехидно смеются. Это их самое испытанное и последнее (перед матом) оружие.
Блондинка выходит из лифта и звонит в дверь. Нет ответа. Хотя кто-то стоит по ту сторону и явно смотрит в глазок.
– Тань, открывай, это я вернулась!
– мелодичным голосом объявляет блондинка.
– Мама твоя.
(- Мама?
– шепчет бабушка Кузе.)
Замок щелкает, дверь приоткрыта на цепочку.
– Пусти меня, доча, - ласково говорит куколка.
– Кто-о?
– зловеще поет, глядя в щель, полная молодая женщина в халате.
– Вам кого, девушка?
Волосы у женщины в беспорядке, живот мокрый: видимо, что-то мыла. Или кого-то.
– Тань, это я, твоя мама!
– задорно восклицает девушка.
В дверях борьба. Видимо, Таню отпихивает кто-то сзади. Дверь прикрывается. Опять возня, затем, видимо, цепочку снимают, и в проеме возникают сразу двое: толстуха Таня в сыром на животе халате и некто бритоголовый, полный, в трусах и майке.
– Вам кого?
– отталкивая мужика плечом, сурово говорит Таня.
– Я твоя мать, и я тут живу, пропусти, тебе говорят, - нежно произносит куколка и хочет шагнуть в квартиру.
Таня перегораживает путь, зато мужчина (это муж Валера) внезапно хватает жену поперек и утаскивает из поля зрения. Борьба. Оплеуха.
Куколка хочет ступить в дом. Но тут в коридорчике появляется маленький Кузя. Он в трусиках и маечке, и это его, видимо, мыла мать.
– Кузька!
– поет блондинка.
– Я, твоя баба, приехала! Киська моя!
Кузя пугается, таращит глаза и отскакивает.
– Иди ко мне, кутенок!
Кузя вообще убегает. Борьба в прихожей, Татьяна выталкивает красавицу, дверь захлопнута.
Блондинка, обозленная, посмотрев на потолок и покрутив головой, садится на ступеньку.
Снизу поднимается мужчина в кепке и с усами. Видимо, он увидел красотку еще во дворе. И погнался следом, причем не на лифте.
(- Гляди, Ахмед! С первого этажа! На дворнике весной женился! Со своей женой развелся и женился! Заплатил дворнику! А она пьющая!
– комментирует бабушка.)
Ахмед спешит. Задыхается. Жирный такой.
– Любимая, э!
– восклицает он, протягивая свои черноволосые руки.
Куколка с гневом встает.
– На щечке родинка, в глазах любовь, пойдем, э?
– продолжает кепка.
– Отвали, Ахмед, а то по харе схлопочешь!
– говорит блондинка.
Но кепку эти слова не смутили.
– Поедем со мной, ой погуляем!
– сладко говорит кепка.
– На дачу ко мне! Я тебе машину подарю, честное слово. "Ока" стоит во дворе, тебя ждет!
(- "Ока" его битая, - зашептала бабушка Кузе.)
– "Ока" твоя! Убитая два раза, ржавая!
– тут же повторила блондинка ядовито.
– Я заплачу за капремонт сколько скажешь, любимая!
– Валера!
– зовет блондинка истошным голосом и бьет ногой в запертую дверь.
Кепка таращится.
Дверь не без труда открывается. На пороге возникает Валера (зять) уже в спортивных штанах и с молотком в могучем кулаке. За ним маячит хмурая Танька с Кузей на руках.
– Ты че выступаешь тут?
– говорит Валера кепке.
– Дядя Ахмед, ты че вообще? Офигел совсем?
Ахмед спустился немного по лестнице, посылая блондинке сладкие взгляды.
– Слушай, Валера, что ты, честное слово... Она же такая... Мы договорились уже... Я отблагодарю...
– Иди, иди, - суровыми словами провожает его Валера.
Дальше кухня. Блондинка заканчивает свой рассказ:
– А потом они делают рекламный фильм про возвращение омолодившихся...
Таня говорит мужу:
– Надо же, а я, тупая, их послала, телевидение, программа "Удача"... Они мне первой звонили... Я им сказала: вы меня не обманете, спасибо, не надо.
– Программа "Чудо", - поправляет ее куколка.
– Ну и дура, - говорит муж. Он не смотрит ни на кого.
– Тань, - говорит блондинка, - ну что делать, дочка? Куда мне, мне податься некуда. Вообще это моя квартира, это мне от предприятия дали. Вон у тебя Валерина жилплощадь есть, туда и идите жить. А то ее сдаете, а мне ничего не платите. Я как бобик вкалываю на вас... Бесплатная домработница... С Кузей сижу, варю, глажу, стираю, убираю... По магазинам... Ни ночи, ни дня...
– Вы же, мама, сами без работы остались и предложили... оправдывается дочь.
– Чтобы не на шее сидеть. Вы же сами...
На "вы" называет куколку. А та возражает:
– Но нельзя же не помогать-то матери... Вся я поседела, зубы потеряла, вставить некогда... Вены на ногах... Оборвалася вся... Стыдно выйти на люди... Ни пальто, ни сапог... Сарафанчик себе сама шила ночью... А ты все пируешь на работе. То дни рождения, то праздники!
– Да!
– веско говорит зять.
– Даже он подтверждает, - качает головкой блондинка.
Она уже сгорбилась и пригорюнилась, как Аленушка на знаменитой конфетной коробке.