Город улыбок
Шрифт:
– И это все, что ты можешь мне сказать?
– Расстроился я.
– Несколько красивых слов о пламени хаоса? Я ожидал большего за эти чудесные ягоды.
– Ну уж прости, что не в курсе всех последних новостей, - ответил Джим, - если ты не заметил, я тут в клетке сижу, изолированный твоими стараниями от всего мира, так что, как-то немного не в курсе событий. Я лишь могу сказать, что то, что происходит, не моих рук дело. И могу добавить из своих ощущений и чутья моих безумных соседей, что действительно что-то начинается, что-то глобальное, что затронет каждого.
– Ясно, - ответил я, и уже собирался уйти.
– Марк! Кто он? Тот, кто заварил эту
– Клоун!
– Признался я. Джим был искренен со мной, я это знал. И поэтому, я решил тоже не утаивать правды.
– Клоун?
– Улыбнулся Джим.
– Как интересно! Но я думал, что город привык к клоунам, что они, несмотря на все, вписались в антураж.
– Это не простой клоун, можно сказать дефективный. Он плачет!
– Плачет?!
– Удивился Джим.
– Я даже подозреваю, что "улыбчивые" охотятся за ним, но он как-то ускользает от них.
– Плачущий клоун!
– Задумчиво произнес Джим.
– И его главная задача сеять хаос. Разрушать то, что ты так усердно пытаешься защитить. А он мне определенно нравится! Марк, если этому типу нужен хаос, то он придет за мной, ему понадобится такой специалист, как я. И когда он вытащит меня отсюда, я приду за тобой Марк!
– Я знаю, Джим, - сказал я, после чего снял перчатку и прислонил ладонь к стеклу, - и я буду ждать тебя, мой лучший друг!
Джим улыбнулся и тоже прикоснулся ладонью к стеклу, прямо напротив моей руки. Если бы не холодное бронированное стекло, наши пальцы соприкоснулись бы.
– И тогда ты увидишь мое истинное безумие, - засмеялся Джим.
– Горячее, дикое, полное пламени и страсти, - тихо прошептал я, - а ты увидишь мое...
– Холодное, безжалостное, расчетливое и стерильное, - сказал Джим, - и тогда...
– Мы сыграем в игру...
– Кто кого...
– Убьет первым, - улыбнулся я.
– Я приду за тобой, Марк!
– И я буду готов, Джим! А сейчас прощай, мне нужно спасать наше с тобой творение!
– Прощай Марк! Спасибо за отличные вишни! Скажи, ты все еще любишь гранатовый сок?
– Да, оставлю тебе стаканчик!
– Нет!
– Замотал головой Джим.
– Я люблю багровый оттенок, не гранатовый, и при следующей нашей встрече багрянца будет много.
Я кивнул и направился в сторону выхода, дав понять доктору, что мой визит окончен. Тот быстро закрыл Джима и догнал меня. Он что-то говорил, но я его не слушал.
– Подайте запрос в полицейское управление от моего имени, нужна дополнительная охрана, чем больше, тем лучше! Скажите, что есть информация, одному из самых опасных и буйных безумцев, террористу города номер один, Джиму Чеосборну помогут сбежать!
– Сказал я доктору возле выхода, попрощался и вышел на улицу. Была солнечная погода, очередной весенний погожий денек. С неба падали лишь лепестки цветений.
Я закатил рукав своего плаща и на наручном компьютере набрал специальный код. Экстренное собрание Архитекторов. Оно не проводилось уже несколько лет, но сейчас нам всем нужно действовать сообща. Чувствую, что это вопрос выживания человечества.
Я открыл дверцу своего аэромобиля и увидел на сидении какую-то карточку. Это была карта Таро, она лежала тыльной стороной кверху. Я уже знал, какой это будет аркан. Это Маг, он же Мастер. Первый аркан. Я поднял карту, перевернул и улыбнулся. Конечно, я был прав. Вот она моя роль в его игре. А сам Плачущий клоун наверняка нулевой аркан, Клоун, Шут.
– Эй, Джокер, - тихо сказал я в пустоту, - сыграем, раз ты так уж хочешь. Ставкой будет Город Улыбок, и поверь, я свое детище
Аркан XX . Страшный суд. Запоздалое возмездие.
Я стоял у окна, спиной к городу, и даже не смотрел на ухоженные красивые улицы, освещенные лунным сиянием, еще более искусственным, чем сияние неоновых огней. Хотя то, что они были ненастоящими, не делало их мене красивыми. Но самая большая красота сейчас находилась в моей комнате, по эту сторону окна. Мое счастье, моя любовь, и, мог бы я раньше такое представить, мой смысл жизни! Я подошел к кровати и сел возле нее на колени. Пальцы сами потянулись к мягким шелковистым локонам, я прикоснулся к ним нежно и аккуратно, как и всегда, словно боясь повредить эту деликатную хрупкость. Но девушка все равно почувствовала, и ее глаза открылись. Рита улыбнулась. А я в очередной раз понял, что для меня на целом свете нет ничего важнее, чем эта улыбка, нет ничего большего за нее. Все остальное можно было купить за деньги, которые у меня теперь всегда водились. За них я мог купить все, все кроме этой улыбки, она была даром судьбы, щедрым жестом этой очень светлой и доброй души, и это делало ее бесценной.
– Спи, мой котенок! Я не хотел тебя разбудить!
– Я не спала, милый, - Рита провела своей маленькой нежной ручкой по моей щеке, - я притворялась, - улыбнулась она.
– Ах ты, маленькая хитрюшка!
– Я начал щекотать девушку, а та засмеялась. Ее смех, такой искрений и звонкий, он разгонял всю тьму в моей душе, распугивал всех демонов. И после этого смеха я становился другим, словно очищенным и обновленным.
– Прекрати, Альфред!
– Начала она умолять меня, уже сквозь смех и слезы.
– Ты же знаешь, как я боюсь щекотки!
Я прикоснулся к лицу девушки, и вновь удивился, что ее голова могла почти полностью поместиться на моей ладони. Мне стало почему-то стыдно за то, что я такой большой.
– Я люблю, тебя!
Рита покраснела. Так смешно, я уже говорил ей это столько раз, а она все равно всегда краснела.
– И я тебя, Альфред!
– нежно улыбнулась моя возлюбленная.
– Знаю! И это удивляет меня! Ведь ты знаешь, кто я такой и чем живу!
– Прекрати говорить об этом!
– Девушка вдруг стала грустной и, как мне показалось, даже немного обиделась.
– Я уже говорила, что хочу сделать мир лучше. И начну с тебя!
– Ее нежная ручка проскользнула по моим волосам.
– Я верну тебя на правильный путь!
– Котенок, я жил так всю свою жизнь!
– Жил до того, как встретил меня, - Рита улыбнулась, и улыбка ее была столь же смелой и решительной, сколько нежной и теплой. И на миг мне показалось, что эта чистая душа, действительно может спасти даже такого грешника, как я.
– Но зачем тебе это? Зачем возиться с таким пропащим, как я?
– Аккуратно взял ее руку в свою, притянул к губам и начал нежно целовать кисти, ладони и пальчики.
– Потому, что тебе нужна моя любовь!
– Сказала девушка после того, как издала легкий стон, вызванный касанием моих губ к ее нежной коже.
– Ты несчастен, Альфред! Был таким, пока я не появилась в твоей жизни! Женщины, которых ты покупал, давали тебе секс, но не делали тебя счастливым! Ты страдал, ты так много страдал! Но больше ты не должен страдать!
– На глазах девушки появились слезы.
– Я нужна тебе!