Градиент неба
Шрифт:
Кристина как во сне перешагнула порог.
— Это правда, что ты из Дальней Разведки? — спросил ее бортинженер.
— Я? Да.
— О, почти коллеги! Значит, это нормально, что мы на ты?
— Мы… Наверное.
Рабочий пульт, переходящий в двухтумбовый стол-трансформер, сейф, диван, пара кресел, шкаф для личных вещей, пенал с аварийным снаряжением. По сравнению с люксом обстановка капитанской каюты оказалась скромнее. За стенкой располагался хозблок, который при должной фантазии можно было посчитать за кухню или даже за полноценную вторую комнату. Стены помещения были абсолютно безликими. Пульт моделирующей системы лежал на полу возле дивана. На журнальном столике, выдернутом из стены
Стаканчики капитан смахнул в мусоросборник, сигареты бросил в ящик стола.
— Садись, Кристина. О чем ты хотела со мной поговорить?
Рэд еще немного выдвинул и зафиксировал узкую столешницу и посмотрел, как гостья усаживается в кресло с таким видом, точно ей предложили сесть на электрический стул.
Слезы обиды она проглотила, глаза остались сухими. Она шлепнула на столик гостевой ключ, выдернула планшет из сумки, которая осталась лежать на коленях и подалась вперед. Сумка ей помешала. С досадой скинув ремешок, пропущенный через плечо и грудь, Кристина уронила ее на пол. На нежно-бирюзовой блузке расстегнулась лишняя пуговица, но остальные удержались на местах, иначе девчонка, наверное, провалилась бы на первый технический уровень, если б заметила. Кончики ушей у нее все еще забавно горели. Непослушная прядь волос выскользнула из-за правого уха. На бледных щеках цвели некрасивые красные пятна.
«Нет, не похожа, даже близко… — подумал Рэд. — И штурмана поздно выгонять. Он и без того сваливает».
Виктор кивнул капитану на девчонку и, не спрашивая, ушел хозяйничать на кухню. Рэд подкатил офисное кресло и сел с торца журнального столика. Кристина раскрыла карту еще более дырявую, чем та, через которую сейчас продирался Джери.
— Господин капитан, есть предположение, что энергия гравитационных волн от естественных астрономических событий, провоцирует возмущения континуума. Это очень спорная теория, ее постоянно критикуют. Но она частично подтверждается данными контрольных интерферометров Бета-радиуса.
— Замечательно.
Кристина вздохнула глубоко и безнадежно.
Виктор вернулся к журнальному столику с двумя дымящимися стаканчиками в руках, предложил один гостье и непринужденно уселся в свободное кресло.
— Не волнуйся, капитан, о тебе я тоже позаботился.
За переборкой на кухне снова запела кофемашина.
— А, ну спасибо. Да сиди, Вить, я сам схожу. Минуту, Кристина.
— Так ты специалист по гравитации? — негромко спросил Виктор, проводив взглядом капитана.
Кристина потрогала ледяными пальцами горячий стаканчик. Стало как будто немного теплее.
— Сотрудник научной группы «Гравистар-11». Я… Мы восстанавливаем работу «Цепи РАС».
— Регистраторы астрономических событий? И сюда добрались! — удивился Виктор, посмотрев на дырявый атлас, паривший над столом. — Пора внешние маяки еще дальше отодвигать, кругом цивилизация.
— На самом деле сюда давно добрались, это не новый проект. РАСы здесь еще до войны смонтировали.
Цепь регистраторов астрономический событий, сокращенно «Цепь РАС» или просто «Цепь», растянули в гамма-радиусе, еще когда маленькая Кристина жила с родителями на планетоиде, любовалась с мамой ледяными восходами, покоряла с папой снежные вершины и знать не знала о своих грядущих злоключениях. Но как раз в это время разорившаяся колония Аналога-1 напала на мирную колонию Аналога-2 (из-за которой
Журналисты пренебрежительно обозвали это выдающееся событие «Оранжерейными войнами». Жители Вселенной прочитали о нем в новостях и не вспомнили бы об инциденте на следующий день. Но Метрополии взялись выяснять отношения всерьез. Конфликт разгорелся. Вскоре заполыхал весь Бета-радиус удаленности, перепуганное население попряталось в убежищах или в панике эвакуировалось, а острословы-журналисты отправились погибать на передовую вместе с героями репортажей. О дорогостоящих научных изысканиях в дальнем космосе все временно забыли. Слишком велик оказался соблазн под шумок отобрать готовую колонию у соседа и назвать это «Восстановлением исторической справедливости».
— Комплекс почти двадцать лет проработал в автономном режиме. Им досталось, нашим РАСам, — Кристина посмотрела на вернувшегося капитана и быстро поставила стаканчик обратно на стол. — Я хотела попросить вас о частном сеансе дальней связи с руководителем моей группы Карлом Маршански, господин капитан.
Каким-то непостижимым образом Блохин ухитрился вернуть девчонке здоровый цвет лица, уверенность и нормальную человеческую речь.
— Дальняя связь — это дорогое удовольствие, Кристина, — предупредил Рэд. — Через полдня мы будем на Станции. Антенны ТЗС не сравнить с нашими по мощности. Советую просто набраться терпения.
— Мне кажется, это срочно.
— В самом деле? Тогда я хочу знать, в чем срочность.
— Понимаете, Бак… То есть наш аналитик переслал мне пакет данных в личном сообщении. Он знал, что памяти планшетника не хватит, и что я в отпуске, но почему-то все равно отправил мне фрагмент массива. Обычно мы не пересылаем данные на личные средства коммуникции. Тем более без визы начальника базы. Мне нужно выяснить, что происходит.
«Знать, что везешь — первое правило космолетчика, — подумал Рэд. — Вроде старо как мир… Мне только промышленного шпионажа не хватало. И на Сержа не свалишь — в итоге не он ее на борт взял».
— Что в файле? — жестко спросил он.
Кристине захотелось отчаянно крикнуть, что в файле сломанная роза, траурный бархат и фотография молодоженов, а все, что прислал Бак помимо этого, не имеет значения. На какие-то доли секунды ей даже показалось, что капитан «Моники» ей обязательно поверит. Но Кристину с детства научили в любой чрезвычайной ситуации говорить внятно и аргументировано. Ей прошили это в подкорку вместе с основами выживания.
— Аналитик нашей группы считает, что за последние десять лет РАСы дважды регистрировали сброс волны в подпространство. Он утверждает, что нашел соответствие этим всплескам в Бета-радиусе. Это запредельная частота для такого незначительного промежутка времени и ограниченного сектора наблюдений. Те данные, что он мне переслал, косвенно подтверждают теорию.
Рэдпокачал головой и вопросительно посмотрел на Виктора.
— Как говориться, схема интуитивно понятна, — улыбнулся бортинженер. — Они сопоставили данные РАСов за внешними маяками с данными контрольных интерферометров, которые расположены в Бета-радиусе. И нашли, куда эта гравитационная волна долбанула.
— Пренебрегая расстояниями в миллиарды световых лет?
— Смотри… Допустим, произошло некое астрономическое событие. Например, где-то в дальнем космосе слились нейтронные звезды. От них разошлись гравитационные волны. Вакуумные регистраторы за внешними маяками их записали. Но вся фишка в том, что интерферометры в Бета-радиусе удаленности тоже среагировали. И это при том, что, как ты сказал, классическая гравиволна все еще идет.