Грани
Шрифт:
Живко легко вбежал на сцену и потянул меня за руку:
— Пойдем.
— Что значит «пойдем»? — возмутилась я. — Подожди, я переоденусь и заберешь свое платье.
— Не нужно мне платье, — отмахнулся Живко, пытаясь сдвинуть меня с места так, чтобы это не выглядело слишком грубо.
— Простите, а что же вы тогда купили? — пришел мне на помощь Вадим.
— Модель, — ответил орк. — Вы же модели продавали? Вот я и купил.
Я испуганно поискала глазами Иргу. Он быстро проталкивался к сцене, забыв свою спутницу.
— Я
Мне казалось, что это Живко знал очень хорошо. Я никак не могла понять мотивов его действий.
— Жаль, — громко вздохнул орк, обнимая меня за голую спину. — Я бы с удовольствием купил себе такую… — он с сомнением рассмотрел боевой раскрас на моем лице, — красавицу.
— Обойдешься, — заявила я, уворачиваясь от его объятий.
— Пропали мои двадцать золотых, — с грустью сказал Вадим, однако платье тут же купила очень тучная женщина, привлеченная пикантной сценой. Правда, она заплатила не двадцать золотых, а семь, но мастер был рад и этому.
Живко помог мне спуститься под сцену и, не обращая внимания на попытки вырваться, притянул к себе и предложил:
— Помочь снять платье?
— Убери от нее руки! — Голос Ирги был полон злости. — Разве ты не видишь, что ей это не нравится?
— Ах, бывший жених явился! — язвительно сказал орк, но обнимать меня перестал. — И что тебе надо?
Я быстро юркнула за шкаф и сдернула с себя платье, путаясь в ленточках. «Хоть бы они не поубивали друг друга», — думала я, торопливо натягивая свою одежду.
— Ола теперь девушка свободная, — говорил тем временем Живко. — С кем хочет, с тем и обнимается. Я, между прочим, на ней жениться хочу.
— Кажется, ей совершенно не нравится то, что ты делаешь, — возразил Ирга холодным голосом.
— Тебе-то какое дело? Возвращайся к своей новой пассии и не мешай мне строить отношения с моей любимой.
— Заткнись, Живко! — рявкнула я, выглядывая из-за шкафа. — Какая я тебе, к демонам, любимая? Что ты ко мне вообще прицепился?
— Я решил, что я тебя добьюсь, и я тебя добьюсь, — резко ответил Живко. — Я не как некоторые слабохарактерные некроманты.
Кулак Ирги с глухим стуком въехал орку в челюсть. Живко молча ответил, но Ирга успел уклониться. Из-за зеркала раздался испуганный и одновременно восторженный писк Томны. Я растерянно взирала на развернувшееся кулачное действо, совершенно не представляя, что мне делать. Я впервые видела, чтобы из-за меня дрались мужчины. Что делать? Кидаться между ними? Верещать? Дожидаться конца и отдаться победителю? Мои размышления прервал поток воды, обрушившийся на соперников.
— Остыньте, — посоветовал Отто, держа в руках большое ведро. Из-за его
— Ирга! — вскрикнула она, кидаясь к парню, вытиравшему кровь из разбитой губы.
Я подставила ей подножку, и девица шмякнулась на пол, успев только охнуть. Я почувствовала себя редкой скотиной, но допустить утешения героя нежной девицей у меня на глазах не могла. Ирга посмотрел на меня, удивленно подняв брови. Я развела руками:
— Надо под ноги смотреть.
— Пойдем, Ола, — позвал Отто.
— Ола останется здесь, — не совсем внятно произнес Живко, потирая челюсть. Правый глаз его постепенно заплывал.
— Что ты командуешь? — спокойно спросил полугном. — Не проще ли спросить у самой Олы, чего она хочет?
— Она должна сказать, чья она, — упрямо сказал орк. — Я ей предложил выйти за меня замуж.
Ирга промолчал, хотя на лице у него было написано колебание.
— Ну и что? Это ничего не значит, — заявил Отто. — Я, может, тоже хочу жениться на Оле.
— Что?! — в один голос закричали парни.
«Женихи плодятся как кролики», — ошеломленно подумала я.
В полной тишине, нарушаемой только всхлипами девицы, ободравшей ладони и колени, мы уставились на Отто. Для меня его заявление было тоже полной неожиданностью, но я постаралась как можно быстрее придать лицу нейтральное выражение. Как бы то ни было, Отто меня ни разу не подводил, и, не зная, что он затеял, я решила не портить ему задуманное.
— Мне кажется, сейчас самое время упасть в объятия избранника, — прокомментировала из-за моей спины Томна.
Я посмотрела на Иргу. Он скрестил руки на груди и, видимо, совсем не желал, чтобы в его объятия кто-то падал. Кровь с губы тонким ручейком сбегала на черную рубашку.
— Да ну вас всех! — чуть не плача сказала я и, выскочив из-за сцены, побежала куда глаза глядят.
— Ола! — закричали мне вслед, но я не останавливалась. Слезы застилали мне глаза.
Ну почему, почему он такой? Как собака на сене! Ведь я же вижу, вижу, что ему не все равно, что происходит со мной и в моей жизни, ну почему он тогда не отбросит свою дурацкую гордость и не вернется ко мне? Чего он ждет от меня?
Домой я добралась в совершенно расстроенном состоянии. Пока умывалась, пытаясь смыть ужасный макияж, во мне вызрела, как называл это мой преподаватель по фехтованию, спортивная злость. Взращивая в себе эту злость, я расчесала волосы и помчалась к дому Ирги.
Если бы некромант был дома, ему бы здорово не повезло. Я не знаю, что бы я с ним сделала, но что после этого мы на следующий день пошли бы к алтарю Богини Рода — это точно. Но его не было дома. Заходить в квартиру я побоялась — вдруг обида на меня заставила его перенастроить защитные артефакты, а валяться обугленными останками на пороге не хотелось.