Грешки
Шрифт:
Здание клуба, спроектированное с применением сложных технологических решений, походило на космическую станцию. Литые из белой пластмассы полы соединялись на разных уровнях эскалаторами и автоматически открывающимися дверями. Благодаря освещению, придуманному Джуно, здание словно парило над землей. Строго ориентированные лучи света пересекали помещение, а разноцветные перемещающиеся светящиеся шары вызывали восхищение. Каждая секция освещалась по-особому, что создавало определенное настроение. Пол тоже периодически подсвечивался. Сквозь окна, напоминающие иллюминаторы,
Вместе с Джуно и Шепом приехали Джон и Урсула Флетчер, а также Клэр Рид в сопровождении американского актера Перри Беннета, с которым снималась в своем первом фильме.
Телевизионные камеры фиксировали каждый их шаг, пока они не исчезли внутри здания.
Молли Спенсер подбежала к ним и расцеловала Джуно:
— Все идет великолепно, дорогая. Гости потрясены и говорят только о волшебном освещении. Шеп, ты прекрасно выглядишь… Клэр, какое у тебя роскошное платье!..
Проводив их за столик, Молли умчалась встречать принца Эндрю. Потягивая шампанское, Джуно принимала поздравления друзей. Наконец, улучив момент, Джуно повела мужа танцевать.
— Ты проделала грандиозную работу, дорогая, — сказал Шеп.
— Теперь убедился, что у меня не было любовника?
Все вечера я действительно работала.
— Убедился. И понимаю, почему эта работа так захватила тебя.
Шеп, отличный танцор, сегодня был особенно возбужден и радовался за Джуно, она это видела, но ей казалось, будто что-то его беспокоит.
Возвращаясь к столику, Джуно коснулась руки мужа:
— С тобой все в порядке, дорогой? О чем задумался?
— Да так… Просто немного устал. Однако сегодня твоя ночь, ты заслужила ее, и я не стану тащить тебя домой, пока сама не захочешь.
— Шеп, дорогой, ты не возражаешь, если я на минутку похищу Джуно? — спросила Молли.
— Конечно, нет.
— С тобой мечтают познакомиться итальянцы, Джуно. Ну-ка посмотрим, где они? А, вот! Джанни Корелли и Марио Трапани, а это Джуно Джонсон-Уайз.
Дорогая, я уверена, что у тебя горели уши. Эти джентльмены в восторге от твоего освещения. Они открывают клуб в Коста-Смеральде и буквально одержимы идеей…
Корелли, рассмеявшись, прервал ее:
— Молли, не выкладывай все сразу. Я заготовил небольшую речь.
— Ты прав, дорогой, извини. Я оставлю вас. — И она, взмахнув ручками, умчалась.
Джанни Корелли улыбнулся:
— Мы хотели бы пригласить в Сардинию вас и вашего супруга. Надеемся, приехав туда, вы не откажетесь взглянуть на место, где мы предполагаем строить клуб?
— То, что мы увидели здесь, — добавил сеньор Трапани, — не вызывает сомнения, что для оформления клуба «Эввива!» нужны только вы.
— Весьма польщена. Очень заманчивое предложение. Но, боюсь, весь следующий год я буду занята.
Корелли улыбнулся:
— От нас не так легко отделаться. Впрочем, здесь не стоит обсуждать столь серьезный вопрос. Вот моя визитная карточка. Я буду в Дорчестере до середины следующей недели.
— Спасибо, однако сомневаюсь, что есть шанс…
— Ничего. Вы знаете, где нас найти. А вдруг?
Проснувшись около полудня
— Привет, дорогой! Я думала, ты сегодня играешь в теннис.
— Нет, я отменил встречу. В газетах пишут, что все в восторге от клуба «У Молли». Тебя превозносят до небес.
— Неужели? Покажи! — Джуно просмотрела статью. — Даже не верится! Можно подумать, что я спроектировала статую Свободы. Однако не скрою, это приятно будоражит нервы. — Она налила себе чашечку кофе. — Ты уже позавтракал? Не голоден?
— Не позавтракал, но не голоден. Выпью только кофе.
Не хочешь ли потом прогуляться со мной?
— С удовольствием. Погода прекрасная. — Взглянув на Шепа, она умолкла. Под глазами у него были темные круги: он не спал или спал очень мало. На щеке едва заметно дергался мускул, как случалось в моменты сильного напряжения. — Дорогой, в чем дело?
— Критики правы, твоя работа действительно великолепна. Ты очень талантлива, и творить такие чудеса — твое призвание.
Джуно села рядом ;с ним и украдкой доглядела на него:
— Это не единственное мое призвание. Теперь я готова выполнить свое обещание и выбрасываю пилюли.
Отныне ты можешь беспрепятственно сеять свое семя…
— Помолчи, Джуно. — Он побледнел и взял жену за руку. — О Джуно, прости меня!
— Шеп, дорогой… в чем дело?
— Господи, даже не знаю, с чего начать — Он перевел дыхание. — Я чувствую себя омерзительно. — Он поднялся, подошел к стойке, облокотился на нее, стал спиной к Джуно. — В последние месяцы мы редко виделись. Нет, я не виню тебя. Что случилось, то случилось. — Он повернулся к ней. — Однажды весной я зашел после работы в «Харродз» купить себе галстук. В тот вечер ты собиралась вернуться поздно.
И тут я увидел Клэр. Она тоже была свободна, и мы вместе поужинали. Поверь, дорогая, мы говорили только о тебе и о том, какая ты замечательная. В тот вечер я просто отвез ее на такси домой — тем дело и кончилось.
Джуно настороженно взглянула на него:
— В тот вечер… значит, были и другие вечера?
— Бог свидетель, возможностей было предостаточно, — обиженно пробормотал Шеп. — Ты часто задерживалась. Примерно через неделю Джош из нашей редакции предложил мне два билета на балет Я еще тебе звонил, помнишь? Но ты не смогла пойти. Тогда я пригласил Клэр. В тот вечер все и началось. Мы не думали заводить интрижку, ведь много лет знаем друг друга! Она тебя обожает…
— Да уж… вижу. Что бы мы делали без друзей?
— Прошу тебя, не обвиняй во всем Клэр. Ее мучают угрызения совести не меньше, чем меня.
— Понятно… у тебя интрижка, а я слишком занята и ничего не замечаю. Что же дальше?
— О, Джуно, мне тяжело говорить. Я хотел бы забыть об этом… но не могу. Видно, так предначертано судьбой. — В его глазах стояли слезы. — Джуно… Клэр ждет ребенка. От меня. Я так привязан, к тебе, Джуно… И это навсегда. Но я люблю Клэр и хочу этого ребенка. Она тоже его хочет…