Грешники
Шрифт:
– Очевидно, ты здорово в этом преуспел, коль он решил поделиться с тобой не только секретами, но и своей любовницей, – едко вставила Файер.
– Я не спал с графиней.
– Конечно нет. Ей хватило и твоего ненасытного поцелуя.
– Я не отрицаю, что леди Хипгрейв мечтала о том, чтобы переспать со мной, – честно признался Маккус и вздохнул. Он устал от непрекращающихся нападок Файер. – У графини непомерный аппетит на мужчин. Будь на моем месте другой человек, он ухватился бы за предложение графини.
Он
– Каким образом дружба с моими врагами могла помочь мне? – Файер смотрела на него, презрительно улыбаясь.
– Возможно, я не всегда действовал осмотрительно, и в твоих глазах мне нет прощения, но я сделал то, что считал необходимым для твоего спасения.
– Ах, ну как же я могла забыть о сделке?
– Нет, я поступил так не из деловых интересов, а ради тебя, Файер. – Увидев скептический взгляд, брошенный в его сторону, Маккус добавил: – Да, в самом начале я действовал из-за того, что несчастье, приключившееся с тобой, могло принести мне выгоду. Я решил сыграть на твоих чувствах, так как знал, что ты жаждешь мести. Наш договор сулил мне место в свете, о котором я мечтал. Но когда я увидел, что под маской холодной и высокомерной леди скрывается уязвимая и нежная женщина, я не мог устоять перед ее чарами и влюбился. Я жаждал мести Стэндишу и графине не меньше, чем ты.
Выслушав его признание, Файер осталась безучастной.
– Простите, сэр, но поверить в вашу искреннюю привязанность ко мне очень трудно.
Тем временем из коридора донеслись встревоженные голоса. Кто-то попытался войти в гостиную и настойчиво постучал в закрытую дверь.
– Сейчас же откройте!
– Папа!
Маккус схватил ее за руку до того, как она успела сделать шаг в сторону двери.
– Что ты делаешь? Там мой отец, – сказала Файер, пытаясь высвободить руку. – В отличие от Сеймуса, герцог не станет размахивать пистолетом. Отдай мне ключ. Я хочу пустить его в комнату.
Она протянула руку и выжидающе посмотрела на него.
– Нет.
Файер капризно топнула ногой. Скрестив руки на груди, она спросила:
– Кстати, о твоем отце... Что ты с ним сделал? Избил его так, что он потерял сознание? Или бросил в Темзу?
– Ни то, ни другое. Я послушал твоего совета и отпустил его.
Он давно отметил про себя, что Файер была наделена удивительной способностью – за одну секунду ей удавалось переходить из одного состояния в другое. Сейчас ее ярость испарилась и она спокойно смотрела на него.
– Файер, девочка моя, как ты себя чувствуешь?
Файер направилась к двери, однако Маккус не позволил ей подойти слишком близко.
– Со мной все в порядке, папа. У мистера Броули очень странное чувство юмора. Он не хотел никого напугать.
– Керди сказал, что этот человек вышиб входную дверь, а потом перекинул тебя через плечо, как дикарь, и закрылся с тобой в гостиной. Ты находишь это забавным?
– Так ухаживали в старину! – крикнул Маккус.
– Что? – Герцог заколотил в дверь с новой силой. – Эй, Броули, отпусти мою дочь немедленно, иначе ты окажешься в тюрьме еще до восхода солнца.
Файер толкнула Маккуса в плечо, чтобы привлечь его внимание.
– Ты с ума сошел? Ты думаешь, что можешь шутить с моим отцом? Используя свои связи, он добьется того, что тебя, закованного в наручники, вышлют из страны. И это, поверь, можно будет считать везением.
– Файер, – умоляюще произнес Маккус, желая быть услышанным. – У нас так мало времени. Прошу тебя, забудь хотя бы на миг о своей неприязни и ревности...
Ее глаза сверкнули от гнева.
– Я не испытываю никакой ревности. Меня охватывает отвращение при мысли, что...
– Стэндиш погублен, – сказал Маккус, прервав ее. – Я позаботился о том, чтобы его долги в одном игорном клубе выросли многократно. Я вошел к нему в доверие, притворился его другом и даже предложил виконту покрыть кое-какие суммы.
Герцог не намерен был оставлять свою единственную дочь в лапах непредсказуемого мистера Броули. Маккус и Файер услышали, как он приказал немедленно разыскать ключ от двери в гостиную.
– Как только Стэндиш признал меня своим другом, я сообщил ему о возможностях игры на бирже, но намеренно ввел виконта в заблуждение, и его снова постигли ощутимые потери, – торопливо продолжал Маккус, с тревогой поглядывая на дверь. – Об этом еще неизвестно в свете, но Стэндиш занял огромные суммы у ростовщиков. Если маркиз Пенневезер не возьмет на себя общение с кредиторами – Стэндиш признался мне, что его отец отказался выплачивать долги, – то я могу с уверенностью сказать, что этот джентльмен вскоре отправится в длительное путешествие за пределы страны.
– Но откуда мне знать, что ты говоришь правду?
– Кое-кто успел шепнуть кредиторам Стэндиша о его затруднительном финансовом положении.
Накануне днем Маккус лично посетил те магазины, где имел обыкновение являться Стэндиш, и вскользь намекнул их владельцам, что виконт очень скоро может быть признан банкротом.
– Не думаю, что он станет ждать, пока над ним разразится гром. – Файер вздрогнула, когда герцог в отчаянии стукнул кулаком по двери. Она слышала громкий спор о том, куда мог подеваться ключ.