Гримниры

Уолтерс Эдна

— Расскажи нам, что ты знаешь, — сказал Торин.

— Гримниры пришли не за мной. Я лишь наживка. Их настоящая цель — Эрик. Если они поймают меня, то смогут использовать, чтобы выманить Эрика из его укрытия.

— Эхо тоже пришел за Эриком? — спросила Рейн.

— Да, но только сначала. Он решил рассказать мне все, чтобы я рассказала вам, и вы предупредили Эрика, — солгала я, не чувствуя ни капли стыда. — Если он появится здесь, они его схватят. Поэтому вам надо решить, что делать с вашими пленниками, потому что сейчас они там, где и хотели быть: близко ко мне и в доме у Эрика.

Эндрис

и Торин переглянулись.

— Рейн, прикрой ее, — взгляд Торина задержался на мне, а потом на Рейн. — Оставайтесь здесь, — они с Эндрисом вышли из комнаты.

— Куда они? — спросила я.

— Позаботиться о двух Гримнирах. Пошли, — Рейн поднялась и направилась к выходу.

Я нахмурилась.

— Но Торин сказал…

— Да, он много чего говорит. Но это не значит, что я слушаю. К тому же, что ты расскажешь Эхо о том, что здесь произошло, когда сама не видела? — она выглянула за дверь. — Сюда.

Торин с Эндрисом пошли к бассейну с левой стороны. Мы выбрали правую.

— С чего ты взяла, что они будут делать что-то?

— Гримнирам нужна информация, — объяснила Рейн, пока мы поднимались наверх. — Торин сказал, что они твердили о том, чтобы встретиться с Эхо, и таким хитрым образом узнать, заодно ли он с нами. Не думаю, что Хель будет рада, когда узнает, что ее любимый жнец предал ее.

Мы вошли в кабинет. Стеклянная стена открывала отличный вид на бассейн. Как Эндрис и говорил, они осушили его и нанесли руны. Мы нашли идеальное место для наблюдения, не рискуя быть замеченными. Двое высоких мужчин, одетые, как и Эхо, в кожу, сидели обездвиженные на дне бассейна. Если на них и были плащи, Торин и Эндрис избавились от них.

— Где парни? — спросила я.

— Наверное, обсуждают план действий, — пробормотала Рейн.

Мы сидели на полу за скамейкой, когда они вошли в помещение. Мы пригнулись и начали следить. Торин посмотрел в нашу сторону, словно знал, что мы следили. Может, он чувствовал присутствие Рейн? Мы пригнулись, посмотрели друг на друга и заулыбались.

Я снова опустила взгляд, когда Торин наклонился и подлетел к Гримниру, собираясь ударить его в грудь. Тот откатился в сторону, упав на синюю плитку. Кулак Торина врезался в стенку бассейна, и весь дом затрясло. Плитка на стене потрескалась, словно фарфор, а осколки взлетели в воздух и дождем осыпались на пол.

Мы с Рейн запаниковали, переглянулись и снова вернулись к событиям внизу. У меня перехватило дыхание, когда Гримнир ураганом понесся ему навстречу, ускорившись с нуля до десяти за долю секунды. Он врезался в него, словно шар для боулинга, и двое отлетели назад, врезаясь в другую стенку бассейна. Она покрылась трещинами, напоминая паутину.

Две другие тени — Эндрис и второй нападающий — повалили друг друга на пол посередине бассейна, оставляя за собой такие глубокие пробоины, в которые они практически уходили ногами. Таким образом они разрушат весь дом, а нас погребет под обломками.

— Они поубивают друг друга, — прошептала Рейн.

Я почувствовала порыв холодного воздуха в комнате и с облегчением обернулась. За нами, словно ангел смерти, стоял Эхо.

— Вы в порядке? — спросил он.

Я кивнула, крепко сжав челюсть. Речь надолго покинула меня.

— Помоги

им, — сказала Рейн.

Казалось, одну секунду он был с нами, и вот он уже в эпицентре этого хаоса. Дом содрогался от каждого удара. Когда одного из Гримниров бросило на стену кабинета, по стеклу поползли крошечные трещинки. Мы отпрыгнули и спрятались за диваном как раз, когда стекло вдребезги разбилось. Теперь до нас доносилось каждое слово, каждый удар и стон, которые раздавались снизу.

— Теперь ты мой, — прорычал Эхо.

— Не в этой жизни, ты предательский кусок д… — раздались звуки, словно кого-то душили.

Я закрыла глаза в надежде, что не Эхо издает этот звук. После такого не живут. Мое сердце колотилось о грудь, легкие горели. Дом задрожал от громкого рева. Затем последовала тишина.

Я втянула воздух, в легких уже был пожар, и подняла голову. Рейн уже стояла там, где раньше была стена. Я поднялась на ноги, обошла осколки стекла, разбросанные книги и обломки полок и присоединилась к ней. От вида внизу по спине прошлись холодные мурашки.

Я вздохнула с облегчением. Эхо был в порядке. В другой день меня бы оттолкнул весь его вид и то, что он сделал, но не сегодня.

В руке он держал сердце, кровь каплями опадала на пол. У его ног лежал один из Гримниров, в его груди зияла дыра, а тело еще содрогалось от конвульсий. В нескольких метрах от него, наполовину уйдя в пол, лежало обезглавленное тело другого Гримнира. Рядом стоял Торин, кровь стекала с острия его артавуса.

— Я избавлюсь от тел, — сказал Эхо и открыл портал. Он отбросил сердце, поднял оба тела, словно те были тряпичными куклами, и швырнул их в портал. На миг он взглянул на меня и тут же исчез.

Эндрис нагнулся и вытащил что-то из рытвины в полу. Это была голова. Он бросил ее в портал, который сразу за этим захлопнулся. Словно до этого мои чувства были отключены, сейчас они, будто через шлюз, обрушились на меня. Я затряслась. Живот скрутило от тошноты. Я зашаталась и едва сдержала содержимое своего желудка. Глубоко дыша, я оглянулась в поисках Рейн.

Ее нигде не было. Судя по всему, она находилась внизу. Так как у нее были руны, она, видимо, перешла на суперскорость. Я начала медленно спускаться, пытаясь уместить у себя в голове все, что только что увидела. Одно дело слушать, как Эхо и Торин угрожают другу другу вырвать сердца и оторвать голову, и совсем другое видеть это в реальности. Меня так сильно трясло, что пришлось ухватиться за перила и останавливаться на каждом шагу.

— Мы можем отремонтировать все сегодня, — услышала я Торина, когда на шатающихся ногах подошла к бассейну. Стены больше не было, повсюду валялись осколки стекла.

— До того как вернется Лавания, — сказал Эндрис, осматривая размах повреждений.

— Я помогу, — сказала Рейн. Она обнимала Торина за талию. Валькирии выглядели потрепанными, их одежда была разорвана и выпачкана кровью вперемешку с пылью.

Они не убивают, говорил Торин. Оно и видно.

Я нервно выдохнула. Нравилось мне или нет, я была частью их мира. Мира Бессмертных, Валькирий, Гримниров, богов, Норн, провидиц или вёль-не-помню-как-дальше обычно говорит Рейн. Но это не значило, что я была в восторге от всего этого.