Гроб из Гонконга
Шрифт:
Она быстро заговорила с официантом на кантонском диалекте. Когда тот, приняв заказ, ушел, Лейла перегнулась через стол и похлопала меня по руке.
– Я люблю американских джентльменов. Они так энергичны и к тому же очень интересны в постели… и у них много денег.
– Не очень-то полагайся на это, – сказал я. – Иначе тебя ждет разочарование. Ты давно в Гонконге?
– Три года. Мне удалось бежать из Китая только потому, что у моего двоюродного брата была джонка. Он переправил меня в Макао, а оттуда я уже попала сюда.
Официант
– Может, ты знаешь Джоян Чунг? Она тоже беженка.
Лейла удивилась:
– Конечно, я ее хорошо знаю. А откуда ты слышал о ней?
– Мы не знакомы, – ответил я. Пришлось сделать паузу, так как официант принес чашки с большими креветками, запеченными в золотистом тесте.
– Но откуда вам известно ее имя? – спросила Лейла, подхватывая креветку палочками и ловко обмакивая в соевый соус.
– Она вышла замуж за моего знакомого, когда-то мы жили в одном городе, – сказал я и уронил креветку на стол. Но тут же подхватил ее и на этот раз умудрился отправить в рот. Креветка оказалась не только съедобной, но и вкусной. – Может, ты встречалась с ним? Его звали Герман Джефферсон.
– О, конечно, – Лейла ела с изумительной скоростью. Половина ее креветок уже исчезла. Я же едва одолел треть. – Мы вместе с Джоян из Кантона. Ей повезло, она вышла замуж за американца.
Официант принес блюдо риса, зажаренного вместе с мелко нарезанной ветчиной, креветками и яйцами. Лейла наполнила свою чашку, и палочки снова замелькали с невероятной быстротой. Я безнадежно отстал – не хватало опыта и сноровки в обращении с таким экзотическим инструментом.
– Они жили в гостинице? – спросил я, роняя рис на скатерть и тщетно пытаясь угнаться за Лейлой.
Она утвердительно кивнула, продолжая виртуозно орудовать палочками.
– В течение трех месяцев мы были соседями. Но потом он исчез.
Нам подали большую чашку с супом из акульих плавников. Лейла тут же отлила часть себе в пиалу.
– Как это – исчез?
Она пожала плечами.
Поскольку суп можно было есть ложкой, мне удалось практически не отстать от китаянки.
– Не нуждался в ней больше?
– Почему не нуждался?
Лейла бросила на меня циничный взгляд, продолжая поглощать суп.
– Он женился на ней только для того, чтобы она его содержала. Когда он стал делать деньги сам, она ему стала не нужна.
– Как же это она ухитрялась содержать его? – спросил я, заранее зная ответ.
– Она развлекала джентльменов, как и я, – ответила Лейла и безмятежно посмотрела на меня. – У нас нет другого способа зарабатывать деньги.
Вновь появился официант. Он принес небольшую циновку и церемонно расстелил на полу. Лейла возбужденно заерзала на стуле.
– Это для печеного цыпленка.
Затем китайчонок принес в корзине
– Сначала цыпленка натирают разными пряностями, а потом заворачивают в листья лотоса, – пояснила Лейла. – Затем обмазывают глиной и кладут в жаровню на пять часов. Видите, глина затвердела.
Мальчик достал молоток и сильно ударил по образовавшейся «скорлупе». Яйцо треснуло. В воздухе разлился восхитительный аромат. Официант и мальчик сели на корточки друг против друга. Мальчик начал разворачивать листья, а официант выкладывать цыпленка на блюдо. Птица была так великолепно приготовлена, что мясо полностью отставало от костей.
Искусным движением официант разложил цыпленка по тарелкам, и палочки Лейлы снова пришли в движение. Я попытался не отставать, но потом бросил это занятие и взялся за птицу основательно. Руками. Всю прелесть этого восхитительного блюда нельзя передать словами.
– Ну как, нравится?
Я усмехнулся:
– Еще бы!..
Я счел, что сейчас неподходящее время задавать девушке вопросы, и мы доели цыпленка в молчании. Затем Лейла заказала грибы, побеги бамбука и соленый имбирь. А в заключение – миндальный пирог. На этот раз я сдался. Я сидел, покуривая сигарету, и поражался: как может такая миниатюрная девочка проглотить столько продуктов.
Через двадцать минут она отложила палочки и удовлетворенно вздохнула.
– Вы получили удовольствие?
Я смотрел на нее с восторгом. Человек, который может столько съесть и при этом сохранить стройную фигуру, заслуживает уважения.
– Да, огромное, – ответил я.
Она улыбнулась.
– Можно взять у вас сигарету?
Я подал ей сигарету и щелкнул зажигалкой.
– Может быть, вернемся в отель? Самое время заняться любовью. После такого обеда это было бы совсем неплохо.
– Еще рано… – сказал я. – У нас впереди целая ночь. Расскажи мне о Германе Джефферсоне. Ты сказала, что у него появились деньги через три месяца после женитьбы. Откуда?
Она нахмурилась. Я видел, что предмет беседы – Джефферсон – ей наскучил.
– Не знаю. Джоян не говорила мне. Она только сообщила, что Герман ее бросил. Перестал в ней нуждаться, так как сам начал делать деньги.
– Она не сказала тебе, каким образом?
– Нет, это не мое дело.
– Он не вернулся назад?
– О, время от времени он возвращался к ней. – Лейла состроила гримасу. – Мужчинам нужно разнообразие. Но приходил только переночевать.
– Что сделала Джоян, когда он оставил ее?
– Что сделала? – Лейла удивленно посмотрела на меня. – Что же ей оставалось делать? Она продолжала работать, как и раньше.
– Развлекала джентльменов?
– А как же иначе она могла жить?
– Но если у Джефферсона появились деньги, а Джоян была его жена, то он должен был давать ей что-то.