Гром
Шрифт:
Женщина собрала свои копии и вышла в боковую дверь.
Джон остался в одиночестве.
Из-за перегородки доносились голоса.
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА …всего лишь вытащить из затруднительного положения!
ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Мне уже надоело «вытаскивать их из затруднительного положения»! – Он помолчал. – Ты мог бы подобрать метафору получше.
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Копы не сделали заявления для прессы. Поэтому комитету по этике нет причины…
ЖЕНЩИНА. Комитету по этике? Какая им разница? Что с того, что он нарушил эти их надуманные
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Что ты хочешь? Чарли получил рекордное число голосов избирателей, мы все страшно гордимся, и тут…
ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Необходимо придумать какую-нибудь дымовую завесу для прессы. Убытки…
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Зачем? Это лишь…
ЖЕНЩИНА. Ты думаешь, никто не знает, что это не в первый раз?
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА …неудачный частный инцидент между…
ЖЕНЩИНА. Они были в государственной машине во время аварии! Какое после этого вы имеете право утверждать, что это было частное дело? И вы не сможете держать его взаперти в офисе Капитолия. Телевизионщики устроят ему засаду по пути на голосование, возьмут в осаду его дом. И как быть с ней?
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. С Дорис?
ЖЕНЩИНА. И с Дорис тоже, но все, что мы можем для нее сделать, – это выпустить пар и надеяться, что она найдет хорошего адвоката по бракоразводным процессам.
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Да уж!
ВТОРОЙ МУЖЧИНА. А девчонка, как быть с девчонкой?
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Она не будет болтать.
ЖЕНЩИНА. Не будет болтать? Она проститутка! Да она согласна делать все, что угодно, для кого угодно за не очень большие деньги, и ты думаешь, она не будет болтать, когда вокруг нее начнут виться эти газетные пройдохи, делая предложения одно заманчивей другого?
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Она была освобождена условно, с испытательным сроком – нарушение и невыполнение правил повлекут…
ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Хороший адвокат получит от телевидения достаточно денег вперед, так что это не будет представлять…
ЖЕНЩИНА. Короче, он труп и заслужил это!
ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Интересно, где он подцепил ее?
ЖЕНЩИНА. Интересно, где ты был в это время? Вы уехали вместе и…
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Ты же знаешь Чарли. После работы – виски у Лайона. Он сказал мне, что она заговорила с ним в баре, они пропустили по паре стаканчиков…
ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Мы должны беспокоиться еще и об обвинении в управлении машиной в нетрезвом виде?
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Нет, за рулем была она, и полицейский утверждает, что это была очевидная вина того, другого парня. Он с треском поцеловал их в…
ВТОРОЙ МУЖЧИНА. Лучше бы было поручить кому-нибудь отвезти его, как мы собирались сделать.
После паузы он сказал:
– Чарли что-нибудь говорил об уходе в отставку?
Дверь в приемную открылась. Вошла секретарша с каштановыми волосами, увидела Джона, улыбнулась. Увидела пустой стол, нахмурилась.
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Я заставил Чарли пообещать не делать вообще никаких заявлений.
ЖЕНЩИНА.
Она ругнулась:
– Старый козел.
Секретарша зашла за перегородку и сказала:
– Стив, здесь человек из комитета, хочет видеть тебя. Он ждет у твоего стола.
ПЕРВЫЙ МУЖЧИНА. Ты позволила ему войти…
Шепот. Замолкшие голоса.
Секретарша прошмыгнула мимо Джона с опущенными глазами. Лысый, моложе Джона, мужчина вышел из-за перегородки, сощурившись, посмотрел на него:
– Я вас не знаю.
Джон поинтересовался, Стив ли он, и представился сам.
– Я из комитета по разведке, – уточнил Джон.
– Вы не наш парень.
– Я представитель ЦРУ, – сказал Джон.
– И каким ветром вас занесло к нам? – Стив развернул свой вращающийся стул, сел.
Он сбросил стопку «Стенограмм заседаний конгресса» со стула для посетителей, жестом предложив Джону сесть.
– Тут у нас… все немножко посходили с ума, – объяснил Стив.
Джон сказал, что он все понимает.
– Я постараюсь не злоупотреблять вашим временем, – заметил он. – Пару недель назад вы переслали анонимное письмо, которое получил ваш босс. О…
– Каком-то парне в… Париже?
– Оно самое. Мой коллега, тот, что погиб в… автокатастрофе…
– Да, ужасно! Так этот парень работал в ЦРУ? Я помню статью в «Пост», там говорилось, что он работал на комитет, но…
– Репортеры. Любые ваши слова они готовы истолковать неправильно, – произнес Джон несколько оживленней, чем следовало.
– К тому же любят вынюхивать…
– Бывает, про некоторые вещи узнаешь случайно. – Джон постарался придать своему голосу прежнюю бесстрастность. – Например, подслушаешь что-то на работе.
Лысый мужчина пристально посмотрел на него:
– Да, вы из ЦРУ. Что вы хотите?
– В связи с произошедшим несчастным случаем я вынужден закончить несколько дел моего коллеги. Что вы можете рассказать мне про это письмо?
– Если честно, в эти дни мы даже не вспоминали про эту чушь. Даже если его и прислал не какой-нибудь псих, на которого, судя по тексту письма, он сильно смахивает…
Он пожал плечами.
– Вы получали какие-нибудь другие письма, подобные этому или на эту же тему?
– Нет, но этот парень звонил.
– Что?
– Да. Незадолго… Незадолго до того, как у нас начались все эти хлопоты. Он хотел выяснить, получили ли мы его письмо. Я сказал, что получили, сказал, что мы переслали его представителю ЦРУ при комитете. Катился бы он со своим письмом. Когда я спросил его, какого рожна он хочет от меня еще, он захотел узнать ваш номер телефона. Представляете себе, какая чертовщина, мы готовим к слушаниям два законопроекта, а он тут со своим письмом. Так что ваши парни могут заняться этим. Я дал ему ваш номер телефона, и он сказал мне «до свидания». И никакого имени. Вот такие дела, – закончил помощник сенатора. – И в чем проблема?