Гром

Грейди Джеймс

– В каком состоянии он был?

– Что ты имеешь в виду? – спросила она.

– У него все было в порядке? Он был счастлив?

– Ты встречался с ним каждый день, – напомнила она. – Кому это лучше знать, как не тебе?

– Я знал его в основном по работе, – сказал Джон. – Он выглядел уставшим.

– Он сказал, что много работает. Вечерами. В выходные.

– Над чем?

– Тебя интересует, не забыл ли он о бдительности? Не стал ли делиться со мной секретами компании по открытой линии? Если ты…

– Нет.

– …что-то пытаешься

выловить, то, черт возьми, здесь ты ничего не найдешь. Уверена, черт меня подери, что мой отец всегда был верен и делал все для того, чтобы каждый чертов Мэтьюс независимо от того, что за кровь течет в его жилах, был верен и…

Повышенные тона, на которые она перешла, стали привлекать взгляды присутствовавших. Она заметила это и сразу стихла. Принялась рассматривать белую скатерть.

– Извини, – сказала она. – Я…

– Ты поступила самым лучшим из всех возможных способов.

– Надеюсь, – прошептала она. – Это то, чего он всегда требовал.

Какое-то время они молча выпивали.

– Он звонил мне из автомата, – заметила она. – Почему?

– Могло быть множество причин.

– Что случилось с фотографиями? – задала она следующий вопрос. – Дом выглядит так, как будто его не раз перетряхнули.

– Где ты нахваталась такой терминологии?

– Мои родители не могли скрыть все свои секреты, – ответила она. – Почему он снял все мои фотографии? Округ Колумбия – это ведь не иностранный форпост, где «плохой Джо» может перетрясти твои веши в поисках компромата. Черт, ведь «плохой Джо» умер вместе с Берлинской стеной!

– «Плохие Джо» всегда найдутся, – философски заметил Джон.

– Кто они, эти «плохие Джо», в случае с моим отцом?

– Я не знаю, – сказал Джон. – Он когда-нибудь говорил об этом?

– Он говорил, что не видел меня с Рождества. – Она покачала головой и улыбнулась во второй раз: – Думаю, папа все-таки врал мне.

– Нет.

– А ты лжешь мне?

– И не собирался.

– Говоришь, как настоящий шпион. Ходишь вокруг да около не хуже любого адвоката. Где они тебя готовили?

«Вот она, – подумал Джон, – черта. Возможно, я уже переступил ее».

– Им пришла в голову великолепная идея, – сказал он. – Позволить армии сделать это за них. Или попытаться выбраковать меня или сделать из меня человека. Управление «руководило» моим выбором. Как резервист, я пошел в воздушно-десантные войска, получил направление в спецподразделение «зеленые береты». Специальные приемы ведения разведки, обучение особым способам ведения боевых действий. Армейские разведывательные школы в Аризоне, Кентукки. Несколько недель обучения оперативной работе с инструкторами ЦРУ на надежной явке в… Новой Англии. Мне понравилось там: снег, березы. Что это? – сказал он, положив на стол похожую на журнал брошюру, которую он принес из дома Фрэнка.

– О, – сказала Фонг, – это…

На обложке было написано: «Новое чикагское речное обозрение».

– Так, ничего особенного, – закончила она.

– Не

пытайся провести опытного обманщика.

– И опытного убийцу? – Она не улыбалась.

Джон тоже. Он пролистал страницы – черно-белые фотографии, рисунки, строчки прозы и…

– Страница сорок семь, – подсказала она.

Он прочитал одно из семи стихотворений на этой странице:

ВеснаЛистья падают в ручей.Вода несет их, кружась в водовороте над скалами.Журавль вернется, поднимаясь вверх по течению.Фонг

– Мне нравится, – сказал он.

– Мне тоже.

– Почему не «Фонг Мэтьюс»?

– Это старое стихотворение, – сказала она. – Тогда мне не хотелось, чтобы… под ним стояла моя фамилия. К тому же хайку, под которым стоит звучащее по-японски имя, скорее примут, чем если под ним будет стоять смешанное.

– Которое на самом деле вьетнамское.

– Которое на самом деле американское. Которое выглядит, как всякое…

– Для меня ты выглядишь так, как есть.

Она закатила глаза.

– Папа не одобрил бы моего желания добиться успеха хитростью.

– Если ты уберешь из последней строчки журавля, поставив вместо него «Я», ты получишь правильный подсчет слогов.

– В наше время допускается отступление от правил.

– Но если ты меняешь форму…

– Кроме того, «журавль» мне нравится в моем стихотворении гораздо больше, чем «я». Это важнее, чем форма.

– Кроме того?

Она пожала плечами.

– Без «Мэтьюс» за моим именем папа мог не беспокоиться о том, что это найдут при обыске.

– Не думай об этом, – сказал Джон. – Это моя работа.

– Где ты делал свою работу? Я имею в виду настоящую работу, а не игры в здании конгресса.

– Твой отец когда-нибудь рассказывал тебе про меня?

– Папа никогда бы не стал много рассказывать мне про тебя.

– Почему?

– Он никогда не хотел, чтобы я общалась с людьми, подобными ему.

– Наверное, он был прав, – сказал Джон.

– Ты сказал это как простой человек? Или как шпион?

Спроси:

– Могу я почитать другие твои стихи?

– Нет, – отрезала она. – Вам случалось вместе выполнять задания?

– Никогда. Я всегда работал соло. Глубокая конспирация.

Расскажи ей: регионы, в которые тебя забрасывали, недолго будут оставаться секретными, и кроме того, эта война закончилась.

– Во времена «холодной войны» моим первым заданием был Пакистан. ЦРУ организовало канал между Китаем и Афганистаном через территорию Пакистана. У нас были секретные соглашения с коммунистическим Китаем: помогать им продавать оружие повстанцам, сражавшимся с марионеточным правительством Афганистана, которое поддерживали Советы.