Гулы
Шрифт:
— Ты говоришь, что разговаривал сегодня утром со своим братом и он сказал тебе, что я жду тебя в монастыре ровно в десять,— медленно протянул Борзо.— Я же утверждаю, что встречу назначил ты через своего помощника. По-моему, здесь существует маленькая неувязка. Не так ли?
Пандора открыл рот, намереваясь ответить, но заговорить не успел — в этот момент сверху раздался свист рассекаемого воздуха.
Четыре человека машинально подняли головы вверх и увидели, как из-под свода зала стремительно вылетела громоздкая человеческая фигура. Пандора и Борзо инстинктивно отпрянули в стороны, их телохранители схватились за пистолеты… Вылетевший из-под крыши
Внезапное падение незнакомца не заняло и пары секунд. За это время Франческо не успел почувствовать ничего, кроме легкого удивления… Когда незнакомец подпрыгнул в воздухе и начал раскачиваться из стороны в сторону подобно огромному маятнику, он машинально перевел глаза вверх — с ног неизвестного на его голову — и заметил то, чего не разглядел вначале,— веревку, за которую тот был подвешен. Толстая веревка, уходящая в темноту — под самый свод зала,— плотно обхватывала его шею, руки свисали вдоль тела, голова с посиневшим лицом и вывалившимся языком покоилась на груди, отчего в первое мгновение он не разглядел лица человека. Однако то, что он понял сразу,— неизвестный был мертв.
Медленно покачиваясь, покойник обернулся на сто восемьдесят градусов вокруг оси и на какой-то миг замер лицом к Франческо. В следующую секунду тот четко разглядел лицо мертвеца и тут же почувствовал, как из его легких вылетает воздух,— словно в солнечное сплетение ему заехали кулаком! — он вдруг узнал этого человека: на веревке висел Франко Пандора!
Медленно переведя взгляд на стоящего перед ним Амелико, Франческо увидел вспыхнувшую в его глазах ненависть — тот тоже узнал покойного, и во взгляде Пандоры Франческо прочитал все, что тот о нем думал.
— Сука! — медленно, но отчетливо процедил Пандора.— Ты мне заплатишь за эту шутку!
Прежде чем Франческо успел открыть рот, Пандора выкрикнул что-то своему телохранителю и отпрыгнул в сторону, стоящий за Пандорой человек выхватил из-за пояса пистолет и направил его в голову капо. Однако еще раньше сзади Франческо раздался хлопок, и во лбу у телохранителя Пандоры образовалось отверстие…
Парень со светлыми волосами пересек пьяцца дель Пополо и уселся под тент за одним из столов кафе лицом к библиотеке… Паола де Тарцини чувствовала, как колотится ее сердце, и хотя до кафе было больше пятидесяти метров, ее не покидало странное ощущение, что светловолосый смотрит прямо в окно — на нее. Она немного отодвинулась от окна, не сводя при этом глаз с лица парня. Тот, так и не сделав заказ, сидел неподвижно, словно гипсовое изваяние, и смотрел через площадь.
Паола не знала, что это был за человек, почему он вызвал у нее такой панический испуг, но была уверена в одном: она не хотела бы встретиться с ним опять. Перед глазами ее стояло неживое лицо парня и его безумные, гипнотизирующие глаза. Речь его, состоявшая из обычных вроде бы слов, несла в себе скрытую угрозу. Паола поняла это в самом начала, но еще страшнее ей стало в конце. Не будем спешить, сестренка… Давай подождем полчасика, а потом поговорим как положено… Паола не знала, что он имел в виду, но понимала, что ничего хорошего. Однако больше всего ее беспокоило то, зачем светловолосый приходил в библиотеку. Ею владела странная уверенность, что
Отойдя от окна, Паола вернулась за стол и вытащила из него рукопись в коричневом переплете. Пару секунд смотрела на нее в полной растерянности не зная, что делать. Затем подошла к дежурному стеллажу, собрала с него несколько сданных ранее книг, спрятала между ними рукопись и направилась к напарнице, до сих пор разговаривавшей по телефону.
— Лучия, отнеси книги в хранилище,— попросила она, останавливаясь рядом с напарницей.
— Ты же видишь, что я разговариваю,— ответила та.
— Лучия,— с нажимом повторила Паола и взяла напарницу за плечо.
Черноволосая девушка бросила на Паолу удивленный взгляд и, оторвавшись от трубки, спросила:
— Да что с тобой?
— Отнеси книги,— повторила Паола.— Положи их рядом с «историческим» стеллажом, но не разбирай. Я сама разложу их перед уходом.
Секунду Лучия с удивлением смотрела на напарницу, но потом кивнула: — Ладно… Я договорю и отнесу их. Идет?
Она еще раз смерила Паолу удивленным взглядом и возобновила прерванный разговор.
Тем временем Паола вернулась к окну и посмотрела в сторону кафе. Светловолосый парень все так же сидел за столиком, глаза его были прикованы к окнам Палаццо ди Алья.
Паола покосилась на листающего журналы синьора Картези и на мгновение подумала, что лучше бы на его месте сидел Андрей,— тогда бы она чувствовала себя в тысячу раз спокойней. Не будем спешить, сестренка… Давай подождем полчасика, а потом поговорим как положено… Что бы это могло значить?.:
Через минуту Лучия закончила разговаривать по телефону, взяла оставленные Паолой книги и пошла в сторону хранилища. Паола проследила за тем, как напарница скрылась среди стеллажей, и подумала: «Так что же все это значит?» Потом она посмотрела на часы — было уже тринадцать минут одиннадцатого. До приезда Андрея оставалось еще целых три часа…
Глава двадцать первая
Шагнув к выходу из комнаты, Тони Ризо выхватил пистолет и направил его в голову священника. Однако прежде чем он успел выстрелить, один из хлыстов, в которые превратились руки отца Федерико, метнулся вперед. Тони почувствовал, как жесткое щупальце, обхватив его за запястье, сжалось с такой силой, что треснули кости, пистолет выпал из руки инспектора. В следующую секунду второе щупальце метнулось к голове Ризо и закрутилось вокруг шеи.
Тони захрипел…
Ухватившись правой рукой за сдавливающее его горло щупальце, он попытался отодрать его от своего тела, в то же время левой рукой принялся лихорадочно шарить по небольшому столу, крышка которого вдавливалась ему в поясницу. Пальцы инспектора начали сбивать лежащие на столе предметы: чашки, ложки, заварник посыпались на пол комнаты с оглушительными хлопками — словно изрывались петарды. Неожиданно Тони почувствовал под рукой что-то острое.
Судорожно обхватив невидимый предмет пальцами, он понял, что это нож.