Гурман

Варго Александр

Катя покачала головой. Ее начинало мутить только от одного вида этого страшного старика, и пересилить себя она не могла.

— Я так и думал, — тоскливо сказал Артур. — Ты все еще боишься меня.

«Бежать из этого ада!» — стучало в мозгу Кати.

Но она была настолько слаба, что не могла сделать шага, просто стояла и покачивалась как соломинка на ветру.

Из лабиринтов подземелья донеслись два выстрела и протяжный крик.

— Игра началась. — Артур вскинул брови. — Вы запомнили, как найти камеру? На этом

наши пути разойдутся. Моя сестра снимет с вас ремни, дядя Витя. Пока она будет это делать, я постараюсь уйти отсюда. Может, мы еще увидимся. Или нет. Не пытайтесь меня преследовать. — Зажав в худых пальцах скальпель, он заковылял к выходу.

— Ты все равно скоро умрешь, — угрюмо бросил Виктор. — У тебя нет будущего.

Старик обернулся.

— Да. Я знаю это. А теперь, дядя Витя, послушайте моего совета. Не надо вам ходить в ту камеру. Для вас это будет ударом. Возможно, вы сойдете с ума. Поэтому бегите отсюда без оглядки.

Он растворился в сумерках. Вскоре монотонное звяканье цепей стихло.

— Быстрее! — прорычал Виктор, злясь на Катю за то, что она так долго возится с ремнями.

Когда все было готово, Боков попытался встать, но тут же рухнул. Несколько секунд он сидел с закрытыми глазами, не пытаясь подняться.

— Идемте, — позвала Катя.

Она сама едва держалась на ногах, ее шатало, но девушка понимала, что сейчас ей придется совершить невозможное. Иначе она останется в этом подземелье навечно.

Виктор, издав стон, слез со стула.

— Вы можете идти? — спросила Катя.

Он двинулся к стене, снял с крючка фонарь, потом выбрал нож с кривым лезвием, посмотрел на девушку и заявил:

— Я не уйду отсюда без сына.

— Не ждала от вас другого ответа, — со вздохом проговорила она, убирая с лица свалявшиеся волосы.

— Ты можешь спрятаться здесь. Направо до упора, вниз по ступенькам, — пробормотал Виктор, вспоминая слова Малышева. — А я заберу тебя, когда найду Сережу.

— Вы сошли с ума? Нет, я ни за что здесь не останусь, — Катя испуганно замотала головой.

Только при одной мысли остаться в пыточной камере, где еще не остыло растерзанное тело Павла, ее конечности вновь свело судорогой.

— Я пойду с вами.

Виктор равнодушно пожал плечами и, хромая, пошел к выходу.

Они дошли до поворота, и Катя положила руку ему на плечо.

— Что? — глухо спросил Виктор.

— Это всего лишь мое мнение. Как я поняла, сейчас вашему сыну ничто не угрожает. Но Мила здесь. Мы не знаем, кто тут еще. Может, эти люди тоже плохие?

— Что ты хочешь?

— Нужно найти Милу. Только обезвредив ее, мы сможем чувствовать себя в безопасности.

Виктор выругался.

— Девочка! — сквозь зубы выдавил он. — Из меня льет, как из недорезанного хряка. Я не собираюсь бегать по подземелью в поисках этой ведьмы. Если я увижу ее, то убью. А нет — так нет. Сейчас у меня другая цель.

Катя

умолкла. Она не могла не согласиться с тем, что Виктор был прав. Но еще неизвестно, кто окажется сильнее, случись эта встреча — Мила или он, замученный и истекающий кровью.

Они дошли до стены и повернули налево. Неожиданно Виктор замер, посветил вперед, и Катя вскрикнула. Какой-то человек полз к ним, тяжело отталкиваясь ногами. Длинные черные волосы закрывали его лицо.

— Эй! — Виктор осторожно приблизился.

Бледно-желтый луч упал на тоненькую темную дорожку на бетонном полу. Кровь!..

Человек поднял голову. Катя присела рядом и узнала этого парня. Один из близких друзей Гоши. Кажется, Гаучо. Что он тут делает?

— Ты знаешь его? — спросил Виктор, немного успокоившись.

Катя кивнула.

— Парень из клуба Георгия. Он ранен.

— Дантист… — прошептал байкер.

— Посветите сюда, — попросила девушка.

Виктор сделал это. Стало видно, что из живота молодого человека торчит тонкий стержень.

— Это стрела от подводного ружья, — сказал Боков.

— Помогите Дантисту. Катя, ты?.. — хрипло спросил Гаучо.

Невдалеке раздался громкий женский крик. Вслед за ним грохнул третий выстрел.

— Судя по всему, твой друг жив, — сказал Виктор и тронул девушку за руку. — Мне нужно идти.

— Да. Я все понимаю.

Виктор шагнул вперед, и его взор уткнулся в дверь камеры. Из скважины торчал ключ.

— Иди сюда. Видишь? Закройтесь изнутри. Ждите, я за вами приду. — Заскрежетал замок, и тяжелая дверь нехотя отворилась. — Не вытаскивай стрелу. Иначе он умрет.

— Помогите Дантисту, — снова зашептал Гаучо.

Виктор уже скрылся в туннеле. Катя, кряхтя от натуги, стала втаскивать байкера в темное помещение. Краем уха она услышала какое-то странное шипение. Вероятно, этот звук доносился откуда-то сверху, из вытяжки. Еще ее смутил какой-то запах.

— Возьми в кармане зажигалку, — выплевывая слова, проговорил раненый байкер.

Катя так и сделала. Щелкнуло колесико, и в угольной черноте засиял каплеобразный огонек. Катя поднесла зажигалку к стене. Справа от входа висел распределительный щиток. Катя повернула выключатель, и камера озарилась тусклым светом.

— Слава богу, — выдохнула девушка и трясущимися руками закрыла дверь.

Лишь когда ключ повернулся на два оборота, из груди Кати вырвался глубокий вздох облегчения.

Густой, насыщенный запах горячего супа становился все сильнее. У девушки потекли слюнки. Голод рыболовными крючьями вцепился в ее желудок.

Катя оглянулась. Прямо перед ней стоял невысокий столик, на котором валялась разделочная доска с темными чешуйками то ли укропа, то ли петрушки. Мусорное ведро доверху заполнено шелухой от лука и картофельными очистками. Рядом с ним пустые смятые пачки от соли и лаврового листа.