H2o
Шрифт:
Сегодня получилось приехать значительно раньше начала, так что устроившись в ложе я с интересом наблюдал за массой людей, находящихся внизу, в зале. ВИП ложи возвышались над зрительским залом, идя полукругом вдоль всего помещения. Решив все заранее подготовить, я отошел к столику и раскрыл дипломат, включая лежащие внутри приборы.
– Что там? – заметив мерцание лазера и несколько дисплеев, Альбина вернула голову, чтобы лучше видеть.
– Так, пользуюсь моментом, хочу проверить кое-что, - не думая, что это может быть проблемой, честно сказал я.
– Ах вот как?! – тут же нацепив
Подойдя к Альбине со спины, я постоял некоторое время в раздумье. С ее капризами надо было что-то делать, но и совсем игнорировать девушку казалось не правильным. Как ни крути, а я действительно пришел на концерт ради того, чтобы составить ей компанию. О том, что задуманное, как параллельное дело и касающееся только меня, может вызвать проблемы, я как то не подумал.
«-Надо сделать так, что ей тоже стало интересно», - решил я.
Вернувшись к столу, расположенного у боковой стенки ложи, я взял раскрытый дипломат в руки.
– Давай я тебе все объясню, - сев в соседнее кресло, я положил дипломат на колени и довернул раскрытый корпус к Альбине.
– Здесь считыватель сигналов, а здесь реализован фильтр, - пользуясь простыми словами и продолжая показывать, я рассказал девушке о своей задумке.
– Но как можно померить человеческие эмоции? – удивилась Аль, сразу же уловив суть эксперимента и уже забывшая, что минуту назад, она на меня обиделась: - ведь это не возможно!
– Вот и проверим, - не став спорить, временно согласился я: - на футболе было бы эффективнее «засечь» эмоциональные всплески болельщиков, но и концерт популярной группы я думаю тоже подойдет.
– А это что? Почему оно увеличивается? – ткнув аккуратно подпиленным ногтем в экран, - она почти угадала: - уже что-то ловит?
– Думаю нет, помехи, сейчас уберем, - с самым честным видом сказал я.
На самом деле, сигнал биополя уже четко фиксировался работающим лазером. Расположенный в дипломате, он улавливал изменения спектра колебаний. Чем больше становилось людей в концертном зале, тем сильнее становилась гармоника биополя.
«-Это что же получается?
– вводя фильтр, чтобы Альбина не беспокоилась по поводу идущих по экрану сигнатур, размышлял я: - в теле каждого человека, пришедшего на концерт, оказывается уже присутствует элемент, имеющий схожую частоту колебаний. Собравшись вместе, биополя людей накладываются друг на друга, схожие частоты входят в резонанс и усиливают эффект»
– Ну вот, все пропало, - немного расстроилась Альбина и, посмотрев на меня, предположила: - не работает?
– Не знаю пока, сейчас мы выставили «ноль», выровняли эмоциональный фон другими словами, вот появятся музыканты на сцене, и мы сразу поймем, есть сигнал или нет, - поправив очки на носу, улыбнулся я.
– Да где они там ходят то? Почему не начинают? – взяв бинокль, который лежал здесь же, в ВИП ложе, девушка принялась рассматривать суету за сценой.
С верхнего яруса ВИП лож было хорошо видно, как идут последние приготовления перед началом выступления. У зрителей в зале такой возможности не было, но и они, нет-нет да посматривали на сцену с ожиданием. Пользуясь
– О! Началось! – воскликнула Альбина и, вместо того, чтобы смотреть вперед, туда, где организаторы спродюсировали эффективное появление музыкантов на сцене, она уставилась на экран прибора.
– А мы вот так! – для большей интриги я потыкал в пару кнопок, придав изображению на экране трехмерную величину.
– О!О! – увидев, как пошли волнами сигналы в разных спектрах частот, Альбина еще ближе склонилась к дипломату: - а это что?
– Это маркеры, я их ставлю на график, а потом сравню замеры в разные моменты времени, - пояснил я, отбивая по клавиатуре символы: - вот нулевой, а вот первый, так его и подпишем, первая песня.
Хиты сменялись песнями, песни хитами, а потом снова песнями. Если во время хитов колебания биополей имели пиковые значения, то во время обычных композиций, графики принимали более сглаженные величины.
– Ну, похоже, что новая песня народу вообще не понравилась, - глянув на экран, оценила Альбина силу сигнала от только-что прозвучавшей впервые в исполнении музыкантов композиции.
– Не распробовали, - я не стал врать и ответил завуалированно.
Концерт длился полтора часа и я уже успел выделить частоты биополей, испытываемые зрителями. Оказалась, что существует разница между частотами биополя, что уже были в телах людей еще до прихода на концерт, и теми, что возникли в результате выступления артистов.
Видимо слушая по радио или смотря телевизор, люди подвергались программированию на ту или иную песню, сохраняя частотные биоритмы в своем теле какое-то время. Стоило им собраться вместе, как вошедшие в усиление друг с другом, частоты начинали взаимодействовать в геометрической прогрессии, захватывая даже тех, кто ни разу не слышал исполнения музыкантов.
Но, в отличие от тех, что входили в резонанс под воздействием «толпы», существовали и другие биоритмы, появляющиеся у слушателя концерта непосредственно во время выступления. Со временем они подстраивались под испытываемые большинством частоты, но, в начальный момент времени, они находились в другом диапазоне. Используя собственное тело, как эталонное значение для поиска таких областей, я смог вычислить остальных зрителей, находящихся в зале и, так же как и я, впервые слышавших те или иные композиции.
– А зачем тебе все это? – уже сидя в салоне автомобиля, Альбина кивнула на брошенный на заднее сиденье дипломат.
– Поехали ко мне, покажу, - уверенный, что она откажется, смело предложил я.
– А поехали, - согласилась она и улыбнулась, оценив мое удивление от ее слов.
– Ну поехали, - я не стал отказываться и, притянув девушку к себе, в первый раз с момента нашего знакомства, поцеловал.
Следующий за нашей машиной эскорт с охранной никак не отреагировал на изменение маршрута. Переставший сопровождать Альбину, Валентин пропадал неизвестно где. Толи избавившаяся от его присутствия, толи еще по каким причинам, суровая и надменная, дочь Рубен Идальговича сегодня была в игривом настроении.