H2o
Шрифт:
– Ну что же, пока мы остались вдвоем, я бы хотел обсудить с вами еще один проект, - настраивая собеседника на деловой лад, я подбавил в голос твердости.
После того, как программист покинул мой кабинет, озадаченный новыми планами, я откинулся на спинку кресла. Добиться успеха удалось далеко не сразу. Не все гладко было с овеществлением материи в заданной точке пространства, совсем все не просто оказалось с конструированием модуля удаленного сканирования. Как бы то ни было, задуманное удалось, а я уже думал о перспективах.
В первую очередь мне не давал покоя
Решив разобраться с этим в первую очередь, я пришел к выводу, что не все зависит от тембра голоса или его громкости. Скачав записи молитв всех известных религий, а потом, немного подумав, и музыкальные хиты современности, я стал выискивать общие гармоники.
Религиозные проповеди, публичные выступления ораторов, концерты поп и рок звезд, что влияло на массы людей, заставляя совершать те или иные действия. Одни шли и на подвиг или на преступления, воодушевленные чужими словами. Другие плакали и приходили в неистовство, услышав тембры музыки.
– Валентин, ты опять заставляешь себя ждать! – на этот раз я действительно задержался, Альбина сидела в машине уже пятнадцать минут: - если ты сейчас же не выйдешь, я поеду одна!
Футбольный матч, на который мы сегодня собирались, действительно мог начаться без нашего присутствия. Накинув куртку, я покинул помещение, ставшее за последние месяцы напоминать какую-то лабораторию, а не кабинет «большого» директора.
– Арбузный сок, специально для тебя заказала, - зная, насколько я привередлив к тому, что пью, Альбина постаралась удивить.
ВИП ложа, в которой мы сидели вдвоем, была рассчитана на десять человек. Выкупив все места, девушка устроилась с комфортом, облокотившись на мое плечо. Подумав о том, как ей было раньше одиноко, сидеть вот так, одной в огромной ложе, я приобнял ее за плечи и покрепче прижал. Мне ничего не стоило составлять ей компанию на подобных мероприятиях, ну а девушке, подобное внимание, наверное было приятно.
Воспользовавшись свободной рукой, я провел по экрану лежащего на столике телефона и сделал запрос в облачное хранилище. Арбузный сок я еще не сканировал и нужно было провести спектральный эхо анализ жидкости, для того чтобы в будущем перепрограммирование сока занимало совсем мало времени.
– Гоооллл! – взревели трибуны стадиона.
Девушка даже не пошевелилась в кольце моих объятий, случайно попавший в ворота мяч ее не впечатлил. На поле не было ни азарта футболистов, ни скорости передвижения, ни проявлений техники ведением мяча. Глянув на экран телефона, я невольно поморщился. Громкий звук ликующих болельщиков, что-то нарушил в алгоритме считывания эхо сигнала и теперь всю процедуру приходилось запускать заново.
Результатом недельных экспериментов стала небольшая повязка на моей шее, под которой был смонтирован модульный генератор. Неуловимо меняя частоты моего голоса, он должен был придавать звуковым волнам дополнительный спектр частот. Несущие в себе почти
Вспоминание о том, как в детстве я записал свой собственный голос на магнитофон, пропев популярную тогда песенку, вызывало теперь улыбку. Единственного прослушивания оказалось достаточно, чтобы я немедленно стер запись и никогда больше не пытался петь вслух.
На звукозаписывающих студиях я никогда не был, но и того, что я видел на экране телевизора о реальных записях песен, было достаточно, чтобы получить и еще одно, косвенное подтверждение моей теории. Прижимающие микрофоны вплотную к лицу, певцы и певицы шептали написанные другими людьми песни, стараясь удержать тот самый диапазон частот своего голоса, при котором инфоматрица не успевала развеяться и достигала звукозаписывающей аппаратуры.
Биополе тела сохраняло колебания и человеческое ухо слышало весь спектр частот собственного голоса. Но, покинув ротовую полость, спектр звуковых волн утрачивал вложенную в них информацию. Долетая до микрофона, они хоть и записывались на информационный носитель, но в сильно «кастрированном» виде и мало чем походили на оригинал.
– Валек! Привет! – позвонив школьному товарищу в пять тридцать вечера, я гарантированно попадал в промежуток между окончанием рабочего дня и временем, когда он садился играть в онлайн игры и становился недоступен для всего человечества.
– Здорова Митя, я к тебе по делу, денежному, - сразу же обозначил я тему предстоящего разговора.
– Решил игровой валюты через меня прикупить? Так ты это не по адресу, я все что фармлю сразу в шмот кидаю, мне с лута хорошо сыпет, но и мобы с каждым уровнем все жирнее становятся, - зачастив малопонятным сленгом, парень мог говорить об играх бесконечно.
– Тысяча долларов, - произнес я и с удовольствием прислушался к воцарившейся тишине на том конце трубки.
– Что тысяча долларов?
– уточнил Митя и опять затих, боясь спугнуть удачу.
– По штуке зеленых каждому, надо восемь человек, ты собираешь команду, все топ игроки у которых руки растут не из жопы, - обозначил я свои желания: - один человек хочет выйти на рынок с новым движком для компьютерных игр, супер графика и все такое. Сам понимаешь, это уже не развлечение, а работа, так что никаких пока красивостей и огласки. Если все пойдет нормально, после испытательного срока в один месяц будете получать по две штуки каждый.
– Ну, я, - бывший одноклассник замялся, с трудом подбирая слова: - Валя, ты знаешь, я ведь не очень крутой геймер, есть ребята и покруче, так что я наверное не подойду.
– Митя, набираю людей я, ты мой друг и я тебя беру, остальные люди на твоей совести, их могут выгнать, тебя могу выгнать только я, - мое заявление прозвучало безапелляционно.
Одновременно с разговором, я менял настройки модуля, проверяя на парне воздействие собственного голоса. Для того, чтобы он признался, что не очень хороший геймер, пришлось добавить «ответственности», а в последней фразе, про дружбу, я выкрутил «благородство».