Хакер
Шрифт:
— Здесь и посидим. Что-то мне сегодня выпить хочется. Сладкого вина, — призналась Ольга. — Сколько надо? — спросила она, влезая в кошелёк.
— Да ну, брось! — махнул рукой Лобстер. — На ресторан у меня действительно нет, а уж на посидеть… Я сейчас, — сказал он и вышел за дверь.
Итак, машина есть, и она наверняка не защищена как следует. Никому не придёт в голову ломать компьютер Музея антропологии, потому что денег за это никаких не снимешь. Остаётся только до него добраться. И тут есть два варианта: войти в компьютер по сети — если, конечно, у этих нищих антропологов есть деньги на Интернет — либо сесть за «клаву» и скачать всё непосредственно с жёсткого
Лобстер купил еды и сладкого вина, которое сам не пил. Вернулся в университет. По коридору шёл намеренно медленно, надеясь встретить кого-нибудь по дороге. Навстречу ему попалась толстая девица с таким же, как у Лобстера, рюкзаком за плечами — из тех, что в тусовке играют роль «своих парней».
— Девушка, извините, вы не можете мне помочь? — обратился к ней Лобстер.
— Могу, — с готовностью кивнула девица, оглядев его с ног до головы. — Чего надо?
— Позвонить по телефону, назначить свидание, только если девушка трубку возьмёт. Текст я вам сейчас напишу. — Лобстер развязал рюкзак, вынул из него записную книжку, вырвал листок.
«Ольга Геннадьевна? Это Шляпникова, аспирантка. Игорь Фёдорович просил принести часть рукописи. Я могу вам её передать? Я, к сожалению, аспирантское удостоверение дома забыла. Давайте через полчаса внизу около охраны. У меня будет прозрачная зелёная папка. Вы меня сразу узнаете», — написал он на листке.
— Это что, розыгрыш? — Девица посмотрела на него подозрительно. — Нехорошо обманывать девушек!
— Это — просто свидание, — сказал Лобстер, протягивая ей сотовый телефон и листок.
— Здравствуйте, Ольга Геннадьевна. Это Шляпникова Лариса, аспирантка Игоря Фёдоровича. Он просил принести рукопись… — У девицы получалось весьма естественно.
Лобстер выложил на стол продукты, выставил пару бутылок дорогого вина. Ольга заперла дверь, и они сели пировать. Оказалось, в лаборатории нет штопора, и пробки пришлось пропихивать внутрь бутылок ножницами. Лобстер наблюдал за тем, как девушка то и дело поглядывает на часы. Говорила в основном она — о театральных премьерах, о новом проекте Меньшикова… Когда до назначенного «аспиранткой» срока оставалось пять минут, Ольга встрепенулась, встала из-за стола.
— Олег, мне надо рукопись получить. Я тебя тут закрою, а то, не дай бог, кто заглянет.
— Хорошо, — кивнул Лобстер.
Ольга вышла, звонко щёлкнул замок в двери. Лобстер подскочил к компьютеру, включил его, вытащил из рюкзака две коробки с дискетами. Он боялся, что программа может оказаться слишком большой, а компьютер слишком медленным, и тогда он не успеет.
Появилась надпись «Введите пароль».
— Только этого ещё не хватало! — проворчал Лобстер. Он задумался на несколько секунд, потом набрал латинскими буквами «OLGA». Пароль оказался верным, и Лобстер усмехнулся: интуиция для настоящего хакера — оружие не хуже «троянца», сидит себе, укрывшись в тёмных уголках подсознания, а в нужный момент как выскочит, как выпрыгнет — и пойдут клочки по закоулочкам!.. Даже если бы не вышло с первого раза — в рюкзаке у него всегда была дискета с комбинациями наиболее распространённых паролей. Время доступа — не более минуты. Компьютер загрузил рабочую среду, Лобстер пощёлкал мышкой и довольно быстро нашёл нужную ему папку. Теперь, как говорится, — дело техники…
Когда Ольга вернулась в лабораторию,
— Скучаешь?
— Скучаю, — соврал Лобстер. — Ну что, получила?
— Странно, я её пятнадцать минут прождала. Может, потерялись? Да нет, там никого с зелёной папкой не было. — Ольга вздохнула, уселась за стол. Лобстер налил ей в стакан вина. — Шеф, если она на меня пожалуется, убьёт.
— Да ладно, разминулись, ничего страшного. Сюда поднимется.
— Она удостоверение дома забыла. — Ольга отпила вино. — Может, ещё раз спуститься?
— Сиди, не суетись, — сказал Лобстер. — Давай-ка лучше за тебя, милая лаборанточка!
— Олег, пожалуйста, не надо так пошло! — попросила Ольга.
— Ладно, не буду, — кивнул Лобстер и пригубил вино. — Ты извини, мне пора.
— Ты же говорил — посидим! Ещё часа не прошло!
— Видишь ли, у меня после смерти бабушки дед тоже слёг, приходится за лекарствами, за продуктами ходить. — Лобстер поднялся из-за стола, закинул рюкзак на плечо, направился к двери.
— Олег, ты что, обиделся на меня? — В Ольгиных глазах он прочитал испуг — ну да, сейчас опять исчезнет, и всё! — женская интуиция, она иногда хакерской покруче. — Ну, прости, прости.
— С чего ты взяла, что обиделся? Просто о деле вспомнил.
— Ещё пять минут назад у тебя никаких дел не было! — сказала Ольга.
— Были, но я о них не помнил. Старческий маразм, понимаешь? Пока! — Лобстер улыбнулся на прощание и закрыл дверь.
— Олег! — запоздало позвала Ольга. Она смотрела на закрывшуюся дверь, думая, что сейчас она откроется, Олег вернётся, обнимет её, поцелует в губы, попросит прощения за столь неожиданный уход, назначит свидание на завтра, но дверь не открылась… Она вернулась за стол, села, подперев подбородок рукой, посмотрела на полупустую бутылку, потом встала, подошла к подоконнику, на котором лежали подаренные Лобстером пурпурные розы, неожиданно разрыдалась, схватила их и стала остервенело рвать бутоны, ломать стебли. Несколько раз укололась о шипы.
…Лобстер шёл, не оборачиваясь. Не первый раз случалось с ним такое, когда срывался, уходил, стараясь обойтись без долгих объяснений, хлопал дверью. Уходил от женщин, от друзей. Чувствовал ли он себя в этих ситуациях подлецом? Нет! Всё было тихо, мирно, он никуда не собирался, шутил и радовался чужим шуткам, но потом вдруг в сознание, как немецкая «свинья» в войско Александра Невского, вклинивалась идея, которую нужно было немедленно реализовать. И тогда он вставал и шёл, как зомби, зацикленный на одной функции, на одном поступке, пёр как танк, и никто не мог его остановить. Окружающий мир видоизменялся, мутировал, превращаясь в узкий коридор, ведущий его к намеченной цели, но вот цель была достигнута, и тогда пространство резко распахивалось перед ним, как раскрывается автоматический зонтик, если надавить на кнопку, и всё было так же, как раньше: те же краски, те же звуки, те же прекрасные девушки, которых опять хотелось любить.
Лобстер заехал домой за деньгами, затем направился в ближайший магазин видеотехники. Те цифровые камеры, которые там продавались, его категорически не устраивали. Пришлось взять машину и болтаться по городу в поисках нужной вещи. В конце концов нашёл то, что искал, на «Преображенской».
Лобстер поставил череп на крутящуюся подставку, закрепил камеру на маленьком штативе, включил компьютеры. Пока сворованная программа перекачивалась на жёсткий диск, он установил настольные лампы так, чтобы череп почти не отбрасывал тени.