Харшини
Шрифт:
Р'шейл прикрыла глаза, и Гарет обменялся взглядами с Брэком.
— Когда ты покинул Приют? — спросил Брэк.
— Мне было четырнадцать. Меня не слишком привлекала судьба дровосека, и я убежал в Тестру. Там я выяснил, что уметь жить на земле еще не значит быть готовым к жизни в городе. Меня поймал за кражей еды лейтенант защитников. Он предложил мне выбирать — вступить в их ряды или быть отосланным в Гримфилд. Так я сделался защитником. Этот лейтенант замолвил словечко за меня, и меня приняли в кадеты. С тех пор я не возвращался в Приют.
— Тебе повезло,
Гарет кивнул.
— Повезло. Я до сих пор обязан ему. Его звали Палин Дженга.
Р'шейл широко открыла глаза.
— Значит, тебе есть за что мстить и есть за что возвращать долги.
Он кивнул.
— Именно поэтому я настаиваю на том, чтобы оба моих требования были приняты. Я не допущу, чтобы твои планы помешали моим. Другого случая у меня не будет. Мы договорились?
Р'шейл посмотрела на стоящего за ее спиной Брэка. Харшини еле заметно наклонил голову.
— Да, Гарет. Договорились.
Глава 37
Гарет Уорнер назначил собрание офицеров, разделявших его стремление свергнуть сразу и кариенцев, и сестер Клинка. Р'шейл была поражена, увидев их. Знакомых лиц почти не было — только несколько однокашников Тарджи. Все это были господа офицеры, которых трудно было бы заподозрить в измене. Она была уверена, что все защитники в Цитадели желают освободиться от кариенской оккупации, но для нее стало откровением, что большинство из них желают свергнуть заодно и Сестринскую общину.
Они собрались в небольшой комнатке на задах таверны «Серая вдова» на Трактирной улице. Приходили по одному, чтобы не привлекать внимания кариенских солдат, которых теперь всюду было полно. Окна были прикрыты потрепанными ткаными занавесками, а желтый свет стеклянных светильников, развешенных по стенам, создавал особенно заговорщицкую атмосферу. Когда все собрались, Гарет запер дверь и оглядел пришедших. Было пятнадцать защитников, все офицеры в чине не ниже капитана. Единственными штатскими в комнате оказались Брэк и Р'шейл.
— Начну сразу с сути дела, — объявил он. — Если не все вы знаете имена товарищей, то, может быть, это и к лучшему. Но вот этих двоих следует вам представить. Большинство из вас знает Р'шейл. А ее друга зовут Брэк.
— Им можно доверять? — спросил незнакомый офицер.
— Иначе бы их здесь не было.
Защитник кивнул, и больше к этой теме не возвращались.
— Насколько я понимаю, это собрание означает, что мы переходим к действиям, — высказался другой.
Гарет кивнул.
— Начнем в выходной на рассвете.
— У нас почти не останется времени на подготовку, — отметил кто-то. Р'шейл помнила этот голос, но сейчас не видела говорящего.
— В том-то и дело, — ответил Гарет. — Выйдя отсюда, мы должны будем посвятить еще многих в тайну нашего существования. Чем больше людей о нас узнает, тем больше шансов, что мы будем раскрыты. Соответственно, чем меньше времени останется до начала действий, тем лучше для нас.
— Я помню, что все это мы уже обсуждали, —
— И еще придется как-то справиться со жрецами, — тревожно добавил его сосед. — Во всякие сказки про магию я не верю, но я был на северной границе, когда их армия напала на нас. И то, что я там видел я не забуду.
— Возьмите их в заложники, — предложила Р'шейл. Все, включая Брэка, удивленно посмотрели на нее.
— Если все пройдет как надо, — продолжала она, — то, когда вы возьмете Цитадель, все герцоги Кариена окажутся у вас в заложниках, и их жрецы вместе с ними. Если вы не сможете прийти к соглашению с Ясноффом, имея на руках такой козырь, как совет герцогов, будет просто смешно. Это же очевидно. Убивайте их по одному, пока он не сдастся. Начинайте со жрецов и постепенно поднимайте планку. До короля Ясноффа должно быстро дойти, что к чему.
Брэк развернул ее к себе и негромко, так что она одна слышала его, прошипел ей в ухо:
— Ради всего святого, что ты затеяла?
— Верь мне, Брэк. — Она высвободилась из его рук и отодвинулась от него.
— Как-нибудь в другой раз, Р'шейл. Я не буду молча смотреть, как ты убиваешь невиновных, пытаясь перещеголять матушку.
Она раздраженно вздохнула. Ну почему он всегда думает о ней так плохо?
— Я не считаю, что кариенских герцогов и их жрецов стоит называть невиновными. Кроме того, мы никого не должны убивать — достаточно припугнуть их. В конце концов, мы просто объясняем им, ради чего они должны вернуться к себе домой.
Брэк очень подозрительно взглянул на нее, но времени на разговоры не было.
— Вы всерьез предлагаете нам хладнокровно убивать заложников? — это спрашивал Рилан, шталмейстер Цитадели. Р'шейл с раннего детства помнила его. — Защитники так не поступают.
— Вы неплохо справлялись с этим во время чистки, командир, — ответила она. — Я думаю, что несколько голов противника над главными воротами уже ничего не изменят.
Комната наполнилась возмущенными голосами. Гарет гневно поглядел на нее.
— Ты слишком многое берешь на себя, Р'шейл.
— Я просто констатирую факты, Гарет. Защитникам ведь есть в чем покаяться.
— Самой большой нашей ошибкой было то, что мы не удостоверились как следует, уничтожены ли все харшини, — вызывающе выкрикнул кто-то.
Р'шейл повернулась к сказавшему это офицеру.
— Ты делаешь еще большую ошибку, полагая, что мог бы сделать это, не запачкав безнадежно рук. Поглядите на себя! Вы прячетесь в задней комнате таверны и собираетесь свергать свое правительство, а исповедуете отвращение к ненужному кровопролитию. Но ваша драгоценная честь защитников не спасла Мэгину. Она не помешала кариенцам захватить Медалон, и она не поможет вам вернуть его. Вы сражаетесь с фанатиками, капитан, с людьми, которые мыслят иначе, чем вы. Если вы хотите победить, вам придется играть по их правилам, не дожидаясь, пока они начнут играть по вашим.