Хефец
Шрифт:
(Глядит на платье). Говно. Тряпка, послушно прикрывающая то, что госпожа хочет прикрыть. Болтается, ко гда госпожа танцует, и мнется, когда госпожа валяется на травке. Впитывает пот госпожи изнутри и пыль снаружи. Дерьмовое платье, выполняющее роль временного прикрытия, пока оно не порвется или не износится. И тогда его выбросят иди отдадут сиротам. А в этом время тело госпожи по -прежнему будет цвести и обновляться и сверкать белизной, и свежестью, и забудет об этом платье , будто его и не было. А платье это будет выглядывать из мусорнике вместе с другими
Фугра: Видимо, мне веление судьбы - выходить замуж в трусах.
Картина 19
Тот же день.Улица. Адаш держится за сердце. Хана в поварском колпаке стоит напротив него с озабоченнным видом.
Адаш: Валерьянки!
Хана: Здесь нет валерьянки. Поблизости - ни одной аптеки
Адаш: Валерьянки!
Хана: Успокойся, это пройдет через пару минут. Это с тобой часто случается?
Адаш: Почти каждый день. Лучшие мировые специалисты разевают рты, когда меня обследуют. Радость, подобная той, чтоб была у меня сегодня, может меня попросту угробить. Валерьянки!
Хана: Я же сказала - здесь нет валерьянки.
Адаш: Чего ты сердишься? Я очень чувствительный.
Хана: Я чувствую, что мне и в личной жизни придется оставаться официанткой.
Адаш: Мне нужно, чтобы за мной ухаживали, ничего не поделаешь.
Хана: А я-то, как каждая женщина, думала, что выхожу замуж, чтобы отдыхать, а не для того, чтобы лекарства подавать.
Адаш: Что ты хочешь этим сказать?
Хана: Что свадьбы не будет.
Адаш (хватается за сердце, скрючивается): А!
Хана: Извини. Как бы это ни было больно, я должна быть с тобой откровенна. Хоть я и Хана Чарлич, официантка и все такое, но и у меня есть минимальные запросы. Я ведь не собиралась жениться в порядке оказания медининской помощи. Я снова буду одна и буду ждать. Ведь не может быть, чтобы ты был тем единственным, что судьба мне соизволила подкинуть. Я подожду еще пару лет, а если не... если я не достигну своего минимума, объявлю о полном отчаянии и пойду туда, куда судьба поведет.
Адаш (пауза. Себе): Она, в общем-то не красавица. Мне кажется, меня вообще к ней не тянет. (Хане) Так сколько, ты думаешь, тебе нужно времени, чтобы отчаяться?
Хана: Пару лет.
Адаш: Вот и мне всегда говорят про пару лет. Сердце больше не выдержит, говорю я им. А если я приду через пару лет, а тебе понадобится еще пару?
Хана: Это невозможно. Я старею.
Адаш: Пару лет - это в любом случае много. (Делает шаг ей навстречу и падает на задницу. Хана бросается его поднимать). Ну вот, даже ноги протестуют против этого брака. Нет, не надо! Я сам встану.
Хана: Ты можешь?
Адаш: Да. (Она выпрямляется. Он командует себе
Хана: Почему ты не встаешь?
Адаш: Пусть так остается.
Хана: Что значит "так"?
Адаш: Я останусь так. Мне так удобней.
Хана: Да что ты говоришь? Вставай!
Адаш: Ладно, оставь.
Хана: Вставай!
Адаш: Нет, нет. Ладно. Зачем? Ну, допустим, я встану, ну и что? Ладно, оставь.
Хана (Пауза): Это шантаж? Чего ты от меня хочешь добиться?
Адаш: Ничего. До встречи через пару лет.
Хана: Вы никогда не поступали порядочно по отношению ко мне! (Уходит).
Адаш (мягко): Хана Чарлич. (Она останавливается). Можно пригласить тебя немного поплакать?
Хана (оборачивается к нему): Почему бы и нет?
Она подходит к нему, нагибается, он кладет голову ей на бедро. Оба плачут.
Картина 20
Вечер трудного дня. Комната Хефеца. Хефец в парикмахерском халате сидит в кресле. Входит Хана.
Хана: Я вернулась. Замужество отменяется. Но ничего. Еще немного - и тебе будет гораздо хуже, чем мне. (Хана выходит, возвращается с поварским колпаком на голове и подносом в руках): Твоя катастрофа будет для меня утешением.
Выходит с другой стороны. Появляется Адаш. Он на низкой грузовой тележке (джек), какие употребляются для перевозки холодильников. Он отталикивается ногами от пола, подъезжает к Хефецу:
Адаш: Все отменяется - брак, стояние на ногах, все. Она мне не нравится. Кроме того, я уже начал сомневаться - действительно ли я рожден для радости. В любом случае - тебе будет скоро еще менее весело, чем мне сейчас. (Входит Хана). А вот и официантка вернулась.
Хана: Да, вернулась. Еще немного - и все наши проблемы будут просто тьфу по сравнению с тем, что предстоит Хефецу.
Адаш (с энтузиазмом): Тебе будет очень плохо, очень! Ему будет гораздо гораздо гораздо хуже, чем нам!
Хана: Мне уже не терпится начать его жалеть.
Адаш: Каким несчастным станет мой друг совсем скоро. Жаль, что я больше не смогу увидеть его рыдающим на моем плече.
Входят Тейгалех и Кламнаса, она - в его одежде, он - в ее.
Кламнаса: Свадьба Фугры состоялась, слава Богу! Сейчас она придет.
Тейгалех (Хефецу): А как себя чувствует тот, кому хуже чем нам?
Кламнаса: Как с отчаянием? Как с досадой?
Адаш: Ох, как он начнет мучиться скоро! Можно просто лопнуть! Что все наши мучения на диване по сравнению с тем, что с ним скоро случится!
Хана: И что остается официантам, кроме как подавать и улыбаться!
Адаш: Я уйду отсюда совершенно счастливым! Я еще буду Бога благодарить!
Тейгалех: О сегодняшнем вечере никто не пожалеет, кроме кое-кого, кто будет распростерт во дворе...
Адаш: И слава Богу, это буду не я! Тысячу раз я благодарю Бога - утром, днем и вечером - это не я буду лежать там, во дворе!