Холодные берега

Лукьяненко Сергей Васильевич

– Кто ты, Жан? – тихо спросил я. – Если простой человек – то как живешь тут один, никого не боишься? Если святой – то не слишком-то святую жизнь ведешь. Если ангел Господний – то не к лицу тебе таиться, правды не говорить.

– Э, святых-то я еще встречал, – вздохнул старик. – А вот ангелов – не приходилось… Я всего лишь отшельник.

Отшельников встречать мне доводилось. Но выглядели они…

– Дед, я человек прямой, военный…

Старик ухмыльнулся. Да что такое,

за три дня никто в моем маскараде не сомневался, а этот будто в игру со мной играет!

– Ну ладно. Я простой лекарь. Когда-то им был. А сейчас – доживаю тот век, что мне остался…

– И как это тебя от душегубов хранит?

– А ты подумай, Марсель, – усмехнулся старик. – Подумай.

– Лихих людей лечишь? Нехорошо!

– Лечить всегда хорошо. Я законов не нарушаю – если исцелю душегубца, то Страже о том сообщу. А дальше ее дело… пусть ищет.

– Встречал я таких лекарей. Только клятва Гиппократа от Стражи…

– Может и не спасает. А вот титул – да.

Я оторопело смотрел на старика.

– Я – барон.

– А я – граф.

За окном застучали первые капли дождя. Дед недовольно нахмурился:

– Молодой человек, я не лгу.

– Допустим, и я тоже, – зло огрызнулся я.

Старик захихикал.

– Ладно… хочешь – верь, хочешь – нет. За плитой следи!

Я разлил по тарелкам суп и мы молча поели. Неужели старик не врет? Что лекарь – возможно. Но чтобы барон… и в такой глуши… один… в маленьком доме…

– А где же владения вашей милости?

– В Багдаде. Я барон Жан Багдадский.

– Персия уже сорок лет как не под Домом…

– Ага, – прихлебывая суп согласился барон-лекарь. – Только разве Дом это признал?

– Верно. А за какие заслуги высокий титул пожалован?

– За пятьдесят лет честной службы Дому. За лечение дурных болезней, переломанных костей, за принятие родов, исцеление от мигреней и прочую ерунду.

Я отложил ложку.

– Ваша милость, а ведь вы правду говорите.

– Конечно.

– Значит, самого Владетеля видели?

Старик хмыкнул.

– И лечили?

– Чего не было – то не было, – признал старик. – Те, кто к Владетелю допущен, получше меня мастера. Зато, – он развел руками, – и доживать век по-своему им не позволят. Если в заднице Владетеля ковырялся, значит причастен великих державных тайн.

– Дозволено мне сидеть в вашем присутствии? – пытаясь разрядить напряжение, спросил я.

– Ты же граф, значит дозволено… – хихикнул старик. – Твой титул выше.

Юморист.

– Неужели только титул да мастерство от бед спасают?

– Не только, – без уточнений отозвался дед.

– Ну и дела, – всем своим видом я пытался показать

замешательство перед столь великим человеком. – Простите грубому матросу…

– Ладно, что уж там. Ты человек злой, но не жестокий. Меня это больше устраивает, чем если наоборот… как в Доме.

Он поднялся. Махнул рукой:

– Посуду не трогай, завтра служанка придет убирать… Пошли.

В жилой комнате старик уселся в одно из кресел. Достал из шкатулки на столике две сигары.

– Будешь, матрос?

Ильмар Скользкий модным табачным зельем редко балуется. А вот моряк Марсель, наверное, должен оценить.

– Благодарствую, барон…

– Мелочи, граф…

Ничего я не понимаю! Старик явно потешался надо мной. Может в маразм впал? Да нет, не похоже. Ладно, впустил, накормил, есть с кем поговорить. Но если он так с каждым встречным поступает – недолго ему сельской жизнью наслаждаться.

Впрочем, ему хоть как – все равно недолго осталось.

Мы раскурили по сигаре, старый барон иронически посмотрел на мою борьбу с дешевыми ломкими спичками.

– И где ты бывал в последнее время, Марсель?

– О… – я затянулся, едва сдержал кашель. Сигара была убойная. – В Вест-Индию ходили. Ну, это прошлый год… Там еще спокойно было.

– Говорят, сейчас оттуда собираются возить руду? – полюбопытствовал старик.

– Нет, руду не будут. Невыгодно! Но шахты там богатые. Повелением Дома на месте станут производить товары, и привозить в метрополию. Ножи, мечи, плуги, гвозди… да все, что человеческой душе угодно.

Старик покивал:

– Разумно, но глупо.

– Что, простите?

– Если развить в колонии производство, она может и отделиться. Бросит старушку Европу, начнет сама империю строить. Дело обычное… сколько уж земель так потеряли…

– Возможно. Но Дому виднее. Нет?

– Виднее, виднее… – Жан пустил в потолок струю дыма. – А еще где был?

– Собирались в Австралию направить, – сказал я. – Но тут Лондон взбунтовался… две недели вдоль берегов ходили, народец пугали.

– На «Сыне Грома», стало быть, служил… И как в Лондоне, стрелять довелось?

Откуда мне знать? По слухам – да, по официальным эдиктам – нет…

– Не без этого. Так… утихомиривали.

– А потом что?

Жаден дед до новостей…

– Потом нас к Печальным Островам направили. Там вроде объявился этот… беглый принц Маркус… Серые Жилеты должны были его взять, только принц раньше ушел.

– Молодец, Марк… – кивнул старик.

– Что, простите?

– Молодец мальчик, говорю, – барон иронически посмотрел на меня. – Что, изменой запахло? Рад я, что Марк ушел.