Хранители времени
Шрифт:
— Выход один — он же вход, — я переключилась на дела насущные. — Чтобы выйти, нужен отвлекающий маневр. Идио, у тебя в карманах ничего не завалялось?
— Есть идея, — подумав, сообщил брат.
— А как же! — Идио порылся в шмотнике и вытащил две шашки. На одной ещё сохранилась надпись Made in USA. — Так… вот это — дым. А вот это… да, сернистый алкалоид, соединённый с химически активным веществом.
— Переведи.
— Бомба-вонючка.
— Сойдет. Саша…
— Я! — радостно воскликнул братец.
— Подожди в сторонке, пока
— Откуда такое недоверие к Посвященным?! — возмутился Саша.
— Ты имел в виду себя, пироман-недоучка? А как же огненный шар в кусты? И молния в клён?
— Но на сей раз это всего-навсего…
— …телепорт, — возразил он. — Чудное заклятье, раз, два — и в дамки.
Да, на первый взгляд Тирон казался совершенно безобидным, но ведь он был родным братом Дженайны! Никто не верил, что эта тоненькая хрупкая дриада способна одолеть тролля, пока она не швырнула его через весь трактир как теннисный мячик*. А Тирон на моих глазах с лёгкостью разнёс лабораторию отца, накрытую тремя слоями магической защиты, и из четырёх стихий без колебаний выбрал огненную, маги которой славились умением взрывать, поджигать и крушить. Но никак не перемещаться.
В книгах по истории ведовства за словами «огнемаг», и «перемещение» обычно следовали такие фразы, как "огненный шторм затопил землю", "оставил обугленную массу костей и плоти", "облако, похожее на гриб, видели многие" и "никто не уцелел".
Именно эти фразы, дорогой читатель, я и вспомнил, услышав слово «телепорт».
— Я надеюсь, не понадобится, но если понадобится… уверен, что сможешь? — засомневалась Дженайна.
— Если не смогу — нас убьют. Но я смогу. Я же маг прирожденный! Кто хочет спорить?
Я!!!! Но меня слушать не стали, и получилось, что спорить не хочет никто.
*Метательный снаряд, которым обмениваются маги-воины во время дуэли.
Саша порылся в карманах и извлек на свет божий шарики, жвачку, какое-то мальчишечье барахло и исписанный, скомканный листок. "Мясо трех болотных змей разварись и разопрей…" — прочла я.
— Шекспир?!
— Ага! За вдохновением надо обращаться к классикам!
— Использовать рифмованный аарт двойной кольцевой структуры для перемещения троих… нет, четверых?! — почему-то испугался Идио. — А Силы у вас хватит?!
— Конечно, хватит! Я эти аарты как семечки! — отмахнулся брат. Знал ли он вообще, что такое аарт? Навряд ли. — И, предупреждая твой вопрос, Яна, отвечаю: был бы маг хороший, а остальное приложится. Идио! За мной!
Саня устроился в сторонке, налил в котелок воды и принялся бросать туда травки и ингредиенты, поднесенные услужливым оборотнем.
— Мясо трех болотных змей разварись и разопрей… Ветчина? Мням-ням-ням… Пясть лягушки, глаз червяги, шерсть ушана, зуб дворняги… Что ты мне кость суешь!
— Сань, давай в темпе. Вот тебе тряпка,
— Шерсть ушана, зуб дворняги… — брат даже головы не поднял. — Яна, если мы выживем, я прощу тебя за то, что ты нас в это втравила.
— Лю-ю-юди! А ну, навались всем миром! — донеслось с улицы.
— Ну… с Богом! — из-за платка голос звучал так, словно я дня два глушила водку.
Шашки, брошенные уверенной рукой25, бухнулись в самую середину толпы, и улица потонула в клубах едкого, вонючего дыма.
"Sit tibi terra levis", — отчётливо произнес внутренний голос.
5. Операция "ХВ против всех".
Люди рыдали, кашляли, ругались из-за отдавленных ног, и во всеобщем хаосе никто не заметил, как отворилась калитка, и трое неизвестных (плюс одно тело) затерялись в толпе. Навьюченный как верблюжонок Идио шёл первым, за ним Саша, бормоча в платок заклинание, следом я тащила на плечах26 бесчувственного «упыря». Он был нетяжёлый, но неудобный какой-то, всё время сползал, и меня заносило то вправо, то влево, на чьи-то ноги и головы.
— Посторонись, сиволапые! — орал Идио, бесстрашно проталкиваясь сквозь чихающий и кашляющий люд. — Слово и дело Империи! Именем Дарта Вейдера, с дороги! Я кому сказал, тви'лекк желтомордый?! К ситховой бабушке тебя!
Рассказанная на ночь сказочка имела успех не только у Огонька.
— Я сказал, всем разойтись!!! Не то под суд пойдёте за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, неоказание помощи больному, оставление в опасности, нарушение равенства прав и свобод человека и гражданина, терроризм, организацию незаконного вооруженного формирования и массовые беспорядки! Каждому, кто не уберется с дороги, гарантирую по двести лет лишения свободы в колонии строгого режима!
Я мимоходом отметила, что Саша не врал, и я действительно цитирую во сне Уголовный кодекс, а в следующий момент как пробка из бутылки вылетела из проулка и врезалась в Сашину спину.
— Хвост и лапки ящеренка… Осторожней! — взвыл он, едва не роняя котелок.
— Прости… — я поудобнее перехватила сползающее с плеч безжизненное тело и обнаружила, что на улице чересчур многолюдно. Без удивления — глупо было надеяться, что всё местное население соберется в одном узеньком переулочке, и без страха — все страхи растворились в адреналине. Но колени вдруг противно задрожали.
Деревенские жители с недобрым интересом смотрели на нас, спасительная дымовая завеса колыхалась где-то за спиной, а Саша вдруг поднял голову от котелка и громко заявил:
— Похоже, сегодня к списку бесславно погибших кандидатов в герои добавятся ещё три имени… Зло станет правдой, правда злом. Взовьёмся в воздухе гнилом.
— Живьем брать демонов! — завопил знакомый дуболом, стоявший в первых рядах, и грозно взмахнул молотком. Односельчане поддержали его дружным рёвом и вооруженная толпа неотвратимо, как лавина, двинулась на нас.