Хранители
Шрифт:
– Ангар!
– крикнул Эйсай.
– Срочно!
– вскочил правитель.
– Наряд военных к ангару. Без моего ведома, никого не впускать и не выпускать! Обыщите там все. Будьте осторожны, - правитель с сочувствием посмотрел на Эйсая.
– Беглянка может быть крайне опасна. Через минуту я присоединюсь к вам.
Отдав честь, военный скрылся.
– Таманэмон-сан, - император собрался уходить, но нихонец остановил его. Голос был едва слышный.
– Как вы думаете, почему она это сделала?
– Не знаю, Эйсай, - как можно мягче ответил
– Видимо, она также не та, за кого мы ее принимали. Может случиться, мы никогда и не узнаем.
– Еще одно, Таманэмон-сан…
– Да.
– Если… вдруг она не улетела… если она еще в Нихонии, обещайте мне. Я знаю, во время задержание всякое бывает, но обещайте мне, что с ней ничего не случится.
– Сделаю что смогу, - кивнул император.
– Правда, любопытно?
– Баалин неторопливо прохаживался по камере.
– Вот и мне стало любопытно, так как я уже знал, чем вызываются подобные исчезновения. Я дал команду изучить все миры, населенные монголоидами. Остальное - дело техники и времени. Так я вышел на вас и ваш любимый Тай-Суй.
– Это был молодой император Таманэмон, - тихо сказал Рип.
– Тот старик? Может быть, какая разница. Еще вопросы? Сегодня я добрый.
– В некоторые времена, например, когда похитили принцессу, мы не могли проникнуть. Твоя работа?
– Да, я умею блокировать тот, или иной отрезок времени, впрочем, это не самое удивительное. Я много чего могу, ты даже представить себе не можешь.
– Откуда такие знания? Клетка, в которую ты поймал меня, или то, как вы исчезли в Дельфах…
– Зачем тебе? Могу только сказать, что Тай-Суй и остальные установки это нечто большее, нежели машины времени. Обладая ими, я стану…
– Чудовищем? Ты уже стал им.
– Вот как, - глаза Баалина налились недобрым блеском.
– Я так понимаю, разговор по душам закончен. Что ж, приступим к тому, зачем пришел. Предлагаю, заметь, последний раз, скажи, где Тай-Суй.
Рип покачал головой.
– Я так и думал, поэтому припас вот что, - жестом фокусника Баалин выудил из складок одеяния небольшой шприц-тюбик с изумрудно-зеленым содержимым.
– Что это?
– Рип напрягся.
Довольная физиономия Баалина сулила мало хорошего.
– Это триэк. На Каломбии аборигены употребляют его, вместо выпивки. Не слышал? Чертовски дорогая штука, но, утверждают, он стоит того. После укола, испытываешь такое удовольствие, что потом еще долго вспоминаешь о нем. Единственный недостаток - быстрое привыкание. Особенно это касается неприспособленного человеческого организма. Три инъекции, и ты уже вечный раб зеленого зелья. Первой не выдерживает психика. Рушатся барьеры. Моральные, этические. Наркоман не способен думать ни о чем другом, кроме очередной порции триэка. Такие готовы на все. Они ползают на коленях, лижут, словно собаки ботинки хозяина, воруют, убивают, предают. Единственной целью и смыслом жизни становится очередная доза. Именно тогда, Рип, ты мне все расскажешь. Возможно, я даже приведу Марико, полюбоваться на женишка.
–
– Рип бы бросился на него, но гориллоподобные охранники молча стали по бокам господина.
– Обычный человек. Не больше и не меньше. Просто имеющий цель и знающий, как ее достичь. Сейчас на пути у меня стоишь ты. Если тебе от этого станет легче - мучения не продлятся долго. Не получившие дозы, умирают в страшных муках. Не советую даже поле смерти смотреть на их перекрученные тела. Впрочем, и продолжающие принимать, не особенно переживают собратьев. Первыми отказывают почки, потом печень, или наоборот. Да и какая разница. Противоядий нет. Три дозы и назад дороги нет. Или бросаешь принимать и умираешь в мучениях, или продолжаешь, живешь несколько дольше, но тоже умираешь. Держите его!
– последняя фраза относилась к охранникам.
Рип не предполагал, что они способны двигаться столь стремительно. Он еще лелеял надежу побороться, или как минимум подороже отдать собственную жизнь… Гориллы не дали ни единого шанса. Рип приготовился защищаться, а в следующую секунду оказался лежащим на полу с плотно прижатыми руками и ногами. Относительно подвижной частью тела оставалась голова. Но что он мог ей сделать…
Баалин подошел ближе.
– Вижу, ты готов.
– Я убью тебя!
– прошипел Рип.
– Не знаю как, не знаю когда, но, клянусь, мы еще встретимся, и ты десять раз пожалеешь о своем поступке.
– Мечтай, мечтай. Последний совет: расслабься и постарайся хотя бы из этого извлечь максимум удовольствия, люди не зря платят сумасшедшие деньги.
– Ни за что!
– извивался Рип.
– Как знаешь, - Баалин поднес шприц-тюбик к плечу Рипа и впрыснул содержимое в мышцу пленника.
Зелье подействовало мгновенно. В тот же миг, Рип почувствовал, как от места укола по всему телу распространяется приятное тепло. Члены расслабились, на губах, помимо воли, появилась довольная улыбка.
Здоровяки отпустили его, но Винклеру было уже все равно. Последнее, что он услышал, были слова Баалина:
– Приятных сновидений.
И неземное блаженство поглотило юношу.
Крики приближались. Девушке казалось, они раздаются почти за дверью.
Поспешно, боясь что-либо пропустить, Оля нажимала последние кнопки. Тай-Суй отвечал недовольным гудением и россыпью разноцветных огней на пульте.
Девушка кинула напряженный взгляд на дверь. Теперь скоро. Она передвинула последний рычаг и блаженно опустилась на пол рядом с установкой.
Именно в такой позе ее застали ввалившиеся через мгновение вооруженные солдаты Нихонии.
Под дулами их бластеров Ольга и не думала шевелиться. Солдаты расступились, и девушка увидела знакомое лицо императора. Обычно невозмутимые глаза старика метали молнии.
Рип парил. Над ним курчавились цветные, как лоскутное одеяло, облака. Под ним простиралась зеленая равнина. Изредка на равнине попадались деревья с пестрыми, как все здесь, кронами. Рядом носились разноцветные птички, дракончики, единороги.