Хром
Шрифт:
— Я больше ни секунды не позволю вам использовать меня. Больше никогда! — В прошлый раз я не смогла защищаться от Блэра — он оглушил меня и связал, но сейчас я в сознании и мои руки свободны. Я буду бороться до последнего вздоха!
Я снова делаю попытку броситься на Хрома. Но в этот раз он не отступает, а ловит меня.
Он обхватывает меня руками за талию.
— Да ты просто дикая кошечка. Мне нравится это, а по тебе и не скажешь. — При этом он так хитро улыбается, что на щеках появляются ямочки.
«Сейчас я покажу тебе,
Вцепиться бы ему ногтями в глаза — тогда бы Воин меня отпустил. Но я могу лишь обхватить его ногами, чтобы не упасть. Пока он пытается справиться с моими руками, я что есть силы сдавливаю его ногами, чтобы придавить ему почки.
— Эй! — рычит Хром, бежит со мной через комнату, разрывает захват моих ног на себе и скидывает меня спиной на кровать. — Ты чертовски неблагодарная!
Впервые в мою голову проникает мысль, что он спас меня — от Блэра и от пули. Почему он это сделал? Рабыня типа меня не должна иметь для него никакой ценности. Он в любой момент может выбрать другую.
Не важно… я не доверяю ему.
— А ты хороша, — говорит он с усмешкой, потирая бока.
Это что, капли пота у него на лбу? «Сейчас тебе станет ещё жарче!»
— Да нет, я потеряла форму, — кричу я и бью его ногой.
Он хватает меня за ногу и переворачивает на живот. Я в панике ловлю ртом воздух, и разом теряю силы. Я почувствовала себя слишком уверенно, хотя понимала, что против Хрома у меня нет ни малейшего шанса.
Моё платье задирается, обнажая голую задницу. Я ожидаю, что Воин сорвёт его и изнасилует меня, но вместо этого он даёт мне пространство, чтобы дышать, и спрашивает:
— Почему он так тебя ненавидит?
— Что?! — с трудом перевожу дыхание я.
— Блэр. Я прочитал это по его взгляду — у него к тебе что-то личное.
Почему его это интересует?
— Я сбежала, а он меня поймал, — выплёвываю я сквозь зубы. — Я отбивалась руками и ногами, и при этом хорошенько двинула ему между ног. Я могла бы ускользнуть, но этот трус выстрелил мне в ногу.
Его хватка ослабевает.
— Покажи мне это место.
Хром отпускает меня, после чего я поспешно переворачиваюсь и прикрываю себя между ног платьем. Я отползаю как можно дальше к изголовью и показываю круглый шрам на правом бедре.
Уперев руки в бёдра, Хром остаётся стоять в изножье кровати.
— Ты действительно улизнула от него? — Зелёные глаза светятся весельем.
Моё сердце сбивается с ритма. Чёртов демон выглядит так хорошо, особенно когда улыбается. Но его внешности меня не обмануть. Сколько ему может быть лет? Кажется, он на несколько лет старше меня. В уголках глаз и рта залегли крошечные морщинки. У него много тревог? Нет, Воины не знают горя! Определённо, он много смеётся или это из-за жаркого климата Аутленда. Всё-таки солдатам приходится сражаться за городской стеной в суровых условиях.
Но его тело, напротив, практически безупречно. Кожа мерцает как бронза, только на плече под татуировкой у него светлый шрам.
Хром спокойно смотрит на меня,
Боже мой, о чём я только думаю! Я ненавижу в Хроме абсолютно всё.
Забавляясь, он качает головой:
— Это должно было порядком взбесить Блэра. Ты использовала на нём свои маленькие приёмчики? Где ты научилась так хорошо драться?
— В своей прошлой жизни я была телохранителем, — отвечаю я с гордостью в голосе, но сразу же прикусываю язык. «Ты с ума сошла, Мираджа? Ещё расскажи ему в точности, какими боевыми техниками обладаешь, чтобы его предупредить».
Хром заинтересованно поднимает брови.
— Значит, ты почти солдат.
— Лишь почти, — говорю я, спрыгиваю с кровати и устремляюсь к двери. Проклятье, было же ясно, что я не смогу её открыть!
Я разворачиваюсь, Хром стоит на том же месте у кровати и наблюдает за мной. И тут мой взгляд падает на осколки стекла на столе, но прежде, чем я успеваю до них добраться, Хром снова оказывается рядом и притягивает меня к своей груди. Она твёрдая как камень, хотя кожа на ощупь словно шёлк. Я сразу же начинаю колотить Хрома руками.
Пока он отбивается от моих ударов, моё платье разрывается на плече, обнажая одну грудь.
Хром бросает быстрый взгляд на следы от укусов, затем хватает меня за руки.
— Ты когда-нибудь перестанешь сопротивляться, кошечка?
— Не раньше, чем ты умрёшь! — Я пытаюсь ударить его головой в подбородок, но Хром слишком высокий. Поэтому я поднимаю колено, но Хрому всегда удаётся предугадать мои действия.
— Успокойся! Я не причиню тебе вреда, — говорит он постоянно, но я на это не куплюсь. Как только я перестану сопротивляться, он, как и Блэр, свяжет меня.
— Вы все одинаковые! — кричу я и пытаюсь его укусить.
И что он делает? Упирается ладонью мне в лоб и отталкивает мою голову на расстояние вытянутой руки, чтобы я не могла до него добраться.
О, как же он меня бесит! Мой пульс зашкаливает, равно как и дыхание. В то время как Хром почти не прилагает усилий, я уже почти выбилась из сил и чувствую себя ребёнком, который сражается с великаном. От разочарования я впиваюсь ногтями в его предплечье, но это едва ли производит на него впечатление.
Он преувеличенно вздыхает.
— Когда ты сравниваешь меня с Блэром, я чувствую себя оскорблённым. — Он убирает руку, и я падаю вперёд.
Он ловит меня и надавливает большими пальцами на точку у меня между лопаток. Что он там делает? Я тут же обвисаю у него в руках, постепенно теряя сознание. Тем не менее, я остаюсь в этом сумеречном состоянии (прим.: помрачение сознания с расстройством всех видов ориентировки и автоматизмом поступков и действий), а не проваливаюсь в забытьё полностью и воспринимаю всё, происходящее вокруг, но моё тело парализовано. «Караул, я больше не могу двигаться!»