Идол

Каллихен Кристен

Музыка пульсирует и гремит в основном помещении, но здесь на удивление тихо.

Через мгновение официантка в джинсах приводит к нам Уипа и Райа.

Как только они нас видят, наш басист Рай идет вприпрыжку. И хотя я выше него, он почти сбивает меня с ног, когда обнимает до синяков на ребрах.

– За то время, что тебя не было с нами, уебок, - когда я смеюсь, издавая хрипы, он опускает меня, давая подзатыльник.
– Я уж начал думать, что ты можешь стать гребаным отшельником.

Рай по конституции тела похож на

полузащитника, но энергии в нем как в щенке. Страшное сочетание. Сейчас парень широко усмехается, но в его глазах мерцает опасение. Он быстро бросает взгляд на Джакса, и тем самым говорит мне всё, что нужно знать. Они тоже не уверены в нем.

– Я был в отпуске, мудак.

– Грел задницу на солнышке, пока мы работали, - говорит Уип, подходя к нам.

Люди часто думают, что мы родственники, потому что очень похожи, вот только у него голубые глаза. В школе мы любили говорить девчонкам, что мы - двоюродные братья, но это всё фигня. Он до мозга костей ирландец, и слабый акцент это доказывает.

Уип быстро похлопывает меня по плечу.

– Скажи, что ты нашел какую-нибудь горяченькую девицу и был занят ею всё это время.

Я никогда ничего от них не скрываю. Но по какой-то причине не хочу рассказывать парням о Либби прямо сейчас. Не в тот момент, когда знаю, что они станут задавать вопросы.

– Со слов Бренны, - говорит Рай, - у него была маленькая соседка-милашка.

Моя спина застывает.

– Ты снова сплетничал с Бренной?

Щеки Райа немного краснеют. Все мы знаем, что он испытывает слабость по отношению к моей двоюродной сестре. И, да, я использую это преимущество прямо сейчас.

Но он быстро фыркает.

– Приму эту отмазку за "да".

Мы присоединяемся к Джаксу за столом.

– От чего он отмазывается?
– спрашивает Джакс.

– От разговоров о друге, которого Килл завел в летнем лагере, - шутит Уип.

Возвращается официантка и расставляет по кругу заказанное Джаксом пиво. Рай бросает на нее взгляд, и она широко улыбается.

– Мне не стоит спрашивать... но ты Дж. Дж. Ватт? (известный футболист – прим. пер.)

Мы все давимся своим пивом, пытаясь скрыть смех. Особенно Рай, который снова краснеет. Он просто улыбается.

– Не говори никому, что я зависаю тут с группой One Direction, ладно? Можешь сделать со мной фотку.

– Хорошо, - девушка немного хмурится, когда я показываю Райю средний палец, а Уип толкает его ногой под столом, отчего звенят бутылки.

– Иисусе, -говорит Рай, когда она уходит.
– Один год о нас ничего не говорили в СМИ, и меня незаконно захватил полузащитник.

– Ты немного на него похож, - говорит Уип, кривясь и глядя на Райа.
– Только пониже. Хотя ты мог бы сыграть его в групповушке.

– В групповушках я всегда буду лучшим и останусь самим собой, так что пошел ты к черту, - Рай возвращает свое внимание ко

мне.
– Итак, что за летняя катастрофа? Рассказывай.

Я делаю большой глоток пива до того, как тупо посмотреть на него.

– Да, была соседка. Но нет, она не летняя катастрофа, - Либби намного больше этого.
– Мы тусовались вместе. Она крутая. Ее папа был студийным гитаристом. Джордж Белл.

– Да ладно?
– заинтригованный Рай наклоняется вперед.

– Ты знаешь его?
– спрашивает Уип.

– Я не знал его лично, - говорит Рай.
– Но, конечно, слышал о нем.

Неудивительно, что Рай знает о папе Либби. Всякий раз, как мы ехали в тур, Рай утыкал нос в книги о истории музыки. Нет инструмента, на котором парень не умеет играть, и нет отрывка музыкальной композиции, названия которого он бы не знал. Мы пытались поставить его в тупик своими вопросами. Много раз. Но всегда терпели неудачу.

– А вы, ребята, не слышали?
– спрашивает он, когда пустые взгляды устремляются на парня.

– Даже слова, - говорит Джакс.

– Он был охренительным музыкантом. Сам мог бы стать звездой. Но, думаю, не хотел. Просиживал кучу времени, создавая студийные записи вместе с известными группами конца восьмидесятых - начала девяностых.

– Это же рассказывала и Либби. Он научил ее играть, - я бросаю взгляд на их ухмылки.
– Иисусе, прекратите уже думать только своими членами. Она вообще-то помогла мне написать песни.

– Да ладно, - растягивает слова Джакс.

Я не упускаю выражение его лица, по которому видно, что он уже причислил Либби к дешевым развлечениям. Я мог бы распинаться, рассказывая им о своих отношениях с ней, но не сейчас. Вместо этого я откидываюсь на спинку стула и пожимаю плечами.

– Она поет и играет на гитаре. И, честно говоря, она офигенно феноменальна, -смолкаю, размышляя, но к черту, это же мои лучшие друзья. Я не могу ничего скрывать.
– Я просил ее приехать и играть с нами.

– Что за нах?
– Джакс бросает на меня такой взгляд, словно у меня вырос член на лбу.

– Не волнуйся, она отказалась, - но в этом всё еще есть смысл. Потому что она рождена для выступлений. Как и я сам.

– А как насчет того, чтобы сперва спросить у нас?
– говорит Джакс, еще раз кривясь от отвращения.
– «Килл-Джон» не нуждается в еще одном члене группы.

– Она могла бы выступать с нами на трех песнях в качестве гостя. Бля, Джек Уайт делает так всё время, и это великолепно.

– Ты не Джек Уайт.

– Я бы сказал, что я лучше, но с того места, где сижу прямо сейчас, должен признать готовность Джека к расширению своего дела и испытанию собственных границ. Мы же к этому не готовы.

Рай мрачно смеется.

– Он прав, мужик. Нам нужен новый материал.

Джакс всё еще дуется, когда я кошусь на его кукурузные хлопья.

Я качаю головой.