Идол
Шрифт:
– Бренна занимается нашим пиаром.
– Рада познакомиться, - говорю я, обращаясь к Бренне и мистеру Скотту. Это не совсем правда, но мне не хочется ненавидеть людей из обыденной жизни Киллиана.
– Могу я вам что-то предложить?
– Спасибо, но нет, - мистер Скотт улыбается мне так, что эта улыбка превратила бы воду в лед.
– Мы уже уходим.
Он бросает взгляд в окно. И только теперь я замечаю маленький грузовик и ребят, что пакуют вещи Киллиана. Из дома выходит еще один парень, заботливо
Паника поглощает меня, и Киллиан притягивает мое тело ближе, будто бы ощущая мой страх.
– Я встречусь с вами через минутку, - говорит он ребятам.
Мистер Скотт кивает и после того, как бросает мне резкое "хорошего дня", уходит. Бренна действует более медленно, целуя Киллиана в щеку и слабо улыбаясь мне.
– Встретимся снова, я уверена, - говорит она мне.
Моя голова автоматически делает кивок. Я бормочу что-то на прощание, но на самом деле даже не знаю, что говорю. Кровь шумит в ушах, заглушая внешние звуки. Мое сердце подпрыгнуло и застряло в горле.
Тишина после их ухода болезненная и всепоглощающая.
Киллиан откашливается и пытается обнять меня. Но я отстраняюсь.
– Ты уезжаешь.
Солнечный свет проникает сквозь окна, падая на Киллана. Купаясь в этом золотом свете, он кажется нереальным. Его крепкая грудь и твердый пресс, выразительные черты лица, выразительная сила во взгляде - всё это лишь сильнее подчеркивает данное освещение. Часть меня всё еще не верит в то, что я прикасалась к каждой частичке тела Киллиана, что целовала его.
Теперь это не кажется чем-то настоящим.
Он смотрит на меня, и я вижу боль в его глазах. Видит ли он во мне лишь мимолетное увлечение?
– Я не хочу уезжать, - в конце концов, говорит он спокойно.
– Но Скотти забронировал несколько ранних шоу до нашего осеннего тура. И все ребята хотят поскорее начать, -парень проводит рукой по ежику из коротких волос.
– Я один сейчас не с ними.
– Вы впервые все соберетесь с тех пор, как...
– я прикусываю губу.
– Джакс, - заканчивает он за меня.
– Да.
Он переминается с ноги на ногу, а затем обратно. Так, словно его тело разрывается между тем, чтобы уйти через эти двери, и тем, чтобы остаться здесь. Знаю, я странная, но также понимаю, что ему сейчас сложно. Я вижу это по тому, как сжимаются его губы, по жалобному выражению глаз.
– Тогда ладно, - произношу медленно.
– Тебе нужно к ним присоединиться.
Килл моргает, словно я ударила его кулаком в живот. Не знаю, что, по его мнению, я должна была сказать. Он должен понимать, что я бы никогда не стала отрывать его от обыденной жизни.
Когда Киллиан отвечает, его голос резкий, словно он вот-вот закричит.
– Я думал, у нас будет больше времени. Я хотел больше времени.
Я
– Всё должно было закончиться с возвращением к реальной жизни. Просто ты не знал наверняка, когда это случится.
– Закончиться?
– он вскидывает голову.
– Вот как ты думаешь?
Я хмурюсь.
– А разве не это ты пытаешься мне сказать? Прощай?
– Нет!
– Киллиан притягивает меня к себе и крепко обнимает. Ярость искажает его черты.
– Ты хочешь от меня избавиться, но тебе придется лучше постараться, куколка.
Не будучи в состоянии сопротивляться, я опускаю руки ему на грудь. Под теплой кожей его сердце стучит быстро и гулко, отдавая болью в унисон с моим.
– Я не хочу говорить тебе "прощай", - признаю я тихо.
Он целует меня, словно хочет поглотить, запомнить мой вкус. Несмотря на его слова, этот поцелуй кажется прощальным. Киллиан прерывисто дышит, когда отстраняется и прижимает свой лоб к моему.
– Так не говори.
Я глажу кожу на его шее. По ощущениям она словно сделана из стали.
– Ты отправишься в тур. На сколько? Четыре месяца? Пять?
Он притягивает меня еще немного ближе.
– По практике могу сказать, что с учетом концертов перед туром выходит где-то пять с половиной месяцев, - Килл наклоняет голову и встречается со мной взглядом.
– И что? С глаз долой, из сердца вон? Вот как ты это видишь, Либс?
Мои пальцы сжимаются.
– Я пытаюсь быть реалисткой. Мне известно, что происходит во время подобных туров.
Он фыркает и прищуривает глаза.
– Расскажи-ка.
Румянец злости заливает мою кожу.
– Не прикидывайся дураком. Клише "секс, наркотики, рок-н-ролл" появилось не без причины.
– О, мне об этом известно лучше других, сладенькая, - парень издает раздраженный звук.
– Но если ты думаешь, что именно это происходит со мной в турах, то вовсе меня не знаешь.
– Я пытаюсь вести себя зрело, -говорю я, пытаясь не закричать.
– И позволить тебе уехать, не волнуясь обо мне.
– О, ну, спасибо, что так заботлива. А может, вместо этого стоило бы дать мне хоть какой-то знак, что на твой взгляд мы значим для тебя больше, чем типичный летний флирт?
– он вскидывает руку вверх.
– Блядь, ты так говоришь, словно я реально хочу тебя бросить.
Я прикусываю губу. Даже когда злюсь на него, всё равно люблю этого мужчину. И это пугает меня до чертиков.
– А что нам делать, Киллиан?
– спрашиваю я тихо.
Он встречается со мной взглядом.
– Не знаю. Но всё по-настоящему. Это единственная реальная вещь в моей жизни прямо сейчас.