Игра Нептуна

Варгас Фред

– Данных много, – объявила через некоторое время Жозетта. – Но все кончается восемьдесят седьмым годом.

– Он умер в восемьдесят седьмом. Думаю, потом он изменил имя.

– Так всегда делают после смерти?

– Зависит от работы, которую собираешься делать. Поищите Максима Леклерка, купчая девяносто девятого года.

– Есть. – Леклерка Жозетта нашла быстро. ~ Купил «Schloss» в провинции Нижний Рейн. Больше на это имя ничего нет.

Пятнадцать минут спустя Жозетта выдала Адамбергу список всех приобретений Трезубца начиная с 1949 года, выяснив попутно, что фирма Дешво приняла на себя ведение всех его дел. Вассал судьи работал на него не только при жизни, но и после смерти.

Адамберг

сидел на кухне и взбивал деревянной ложкой яичный крем, следуя указаниям Клементины. Мешать нужно было без остановок, с определенной скоростью, выписывая восьмерки, чтобы не было комков. Адреса и названия домов судьи подтверждали то, что ему было известно о прошлом Фюльжанса. Каждый был связан с одним из убийств, выявленных Адамбергом за время долгого расследования. Десять лет судья вершил правосудие в департаменте Атлантическая Луара и в Кастеле-Лез-Орм. В 1949 году он убил свою первую жертву в тридцати километрах от Кастеле: Жана-Пьера Эспира, мужчину двадцати восьми лет.

Четыре года спустя в том же районе была убита молодая девушка Анни Лефебюр: обстоятельства ее смерти были очень схожи с убийством Элизабет Винд. Снова судья убил через шесть лет: его жертвой стал юноша по имени Доминик Ванту. Тогда же он продал Кастеле и переехал в другой департамент – Эндр и Луара. Документы нотариуса засвидетельствовали покупку небольшого замка XVII века «Башенки». На новой территории Фюльжанс убил двоих: Жюльена Субиза сорока семи лет, а через четыре года – старика Роже Лантретьена.

В 1967 году он покинул эту местность и поселился в «Крепости», в родной деревне Адамберга. Он выжидал шесть лет, прежде чем убить Лизу Отан. Молодой Адамберг представлял для него серьезную угрозу, и судья немедленно переехал в Дордонь, в «Голубятню». Адамберг хорошо знал эту старую ферму, но в свое время он туда опоздал – как в Шильтигем. Судья сбежал, убив тридцатипятилетнего Даниеля Местра.

Потом Адамберг нашел его в Шаранте, где тот убил пятидесятишестилетнюю Жанну Лессар. На сей раз Адамберг действовал быстрее и обнаружил Фюльжанса в его новом жилище «Башне Мофура». Впервые за десять лет он наконец снова увидел судью, чья невероятная властность нисколько не потускнела. Фюльжанс посмеялся над обвинениями молодого инспектора и пригрозил ему всеми карами земными и небесными, если он не прекратит досаждать ему. Судья завел двух новых псов – злобных доберманов, их яростный лай доносился из псарни. Адамберг с трудом выдерживал взгляд судьи – в точности как в «Крепости», хотя теперь ему было уже не восемнадцать. Он перечислил имена восьми жертв – начиная с Жана-Пьера Эспира до Жанны Лессар. Фюльжанс ткнул Адамберга кончиком трости в грудь, заставив отступить, и произнес на прощание несколько слов издевательски-вежливым тоном.

– Не задевай меня, не приближайся ко мне. Я нанесу тебе удар, когда найду нужным.

Положив трость и взяв ключи от псарни, он повторил фразу, сказанную десять лет назад в сарае.

– Не теряй времени, парень. Я считаю до четырех.

Как и тогда, Адамберг во всю прыть бежал от доберманов и перевел дыхание только в поезде, проклиная высокомерного мерзавца. Нет, этот негодяй, вообразивший себя аристократом, не сотрет его в порошок ударом трости. Адамберг продолжил охоту, но судья скрылся из «Башни Мофура», и лишь четыре года спустя, узнав о его смерти, комиссар выяснил, что тот обитал в Ришелье, в департаменте Эндр и Луара, в собственном особняке.

Адамберг усердно крутил восьмерки в яичном креме. Нехитрые движения помогали ему сохранять трезвость мысли, отгоняя страшное видение: он, в дьявольской личине Трезубца, пронзает Ноэллу на тропе – в точности так, как сделал бы Фюльжанс.

Слушая мерный стук деревянной

ложки о стенки миски, он мысленно составлял подземный маршрут для Жозетты. Сначала комиссар усомнился в ее таланте, подозревая, что женщина на склоне лет впала в эйфорию и манию величия, но оказалось, что в тело старушки с чинными манерами и впрямь вселился дерзкий и опытный хакер. Он восхищался Жозеттой. Доведя содержимое кастрюли до нужной консистенции, он снял ее с огня. Комиссар полиции сумел не загубить яичный крем, и то хорошо.

Он взял шпионский мобильник Жозетты и позвонил Данглару.

– Пока ничего, – сообщил его заместитель. – Дело будет долгим.

– Капитан, я нашел короткий путь.

– Сомнительный?

– Надежный. Делами Фюльжанса до самой его смерти занимался один и тот же «карманный» нотариус. Он же заключал сделку в Агно, для последователя судьи. – Адамберг не хотел раздражать Данглара.

– Где вы обретаетесь, комиссар?

– В нотариальной конторе на бульваре Сюше. Разгуливаю тут в свое удовольствие. Чтобы не шуметь, надел теннисные туфли. Шерстяные ковры, полированные шкафы и вентиляторы. Шикарная обстановка.

– Ясно.

– После смерти судьи собственность приобреталась на другие имена, в том числе на Максима Леклерка. Я могу проследить сделки за последние шестнадцать лет – при условии, если выявлю имена и фамилии, близкие фамилии Фюльжанс.

– Верно, – согласился Данглар.

– Вот только я на это не способен. Ничего не смыслю в этимологии. Можете составить для меня список слов, обозначающих молнию, свет, вспышку, величие, могущество по аналогии с сочетанием «Максим Леклерк»? Записывайте все, что придет в голову.

– Писать ничего не потребуется, могу назвать прямо сейчас. Есть чем записать?

– Диктуйте, капитан, – ответил восхищенный Адамберг.

– Сочетаний немного, итак, «свет» – это Люс, Люсьен, Люсне и так далее, еще годятся Флам, Фламбар. «Сияние» – это производные от «clarus», ослепительный, знаменитый, значит, годятся Клер, Клар и уменьшительные – Клере, Кларе. Что касается «величия», то тут подойдут Меем или Месмен – просторечные формы от Максима, Максимена, Максимильена. Ищите фамилии Легран, Мажораль, Мажорель или еще искаженные Местро и Местрод – все они означают «высший» и «превосходный». Включите в список Примата и уменьшительные от него – Примар и Примо. Попробуйте на Огюста и Огюстена – «власть». Не исключайте имена, косвенно связанные с понятием «могущества»: Александр, Алекс, Цезарь или Наполеон, хотя последнее имя слишком претенциозное.

Адамберг немедленно отнес список Жозетте.

– Комбинируя имена, попытайтесь найти потенциальных покупателей за период после смерти судьи и до появления Максима Леклерка. Ищите недвижимость – замки, усадьбы, уединенные особняки.

– Я поняла, – кивнула Жозетта. – Теперь мы гонимся за призраком.

Адамберг сидел, сцепив руки в замок на коленях, и с тоскливой тревогой в душе ждал, когда старушка завершит свои тайные манипуляции.

– Получилось три подходящих сочетания, – наконец объявила Жозетта. – Наполеон Гранден, но у него небольшая квартира в Курнев. Не думаю, что это он. Ваше привидение – не призрак пролетария. Еще я нашла некоего Александра Клара, купившего в восемьдесят восьмом году замок в Вандее, в коммуне Сен-Фюльжан. Перепродан в девяносто третьем году. Следующий – Люсьен Легран, владелец имения в Пюи-де-Дом, коммуна Пьонса, с девяносто третьего по девяносто седьмой год. Следующий – Опост Прима, с девяносто седьмого по девяносто девятый год владел средневековым замком на севере, коммуна Солесм. И последний – Максим Леклерк, с девяносто девятого по настоящий момент. Зазоров во времени нет. Я распечатаю вам все это, только дайте замести следы.