Игра теней
Шрифт:
– Где Морган? – спросила она громко, ни к кому в особенности не обращаясь. Проталкиваясь, она оказалась рядом с представительным мужчиной с обвисшими усами. С некоторым облегчением она увидела Моргана, снова стоящим около поручней. Он смотрел вперед, пытаясь лучше разглядеть суд но, которое сейчас опустило сходни и разгружалось матросами, с любопытством поглядывающими на «Амазонас».
– Мисс Сент-Джеймс?
Она обернулась, и увидела Антонио Пепино, чиновника таможни, пьяно улыбающегося ей.
– Не хотите
Уикэм, стоящий рядом, улыбался и кивал.
– Замечательная идея, сэр, и пока мы будем на нашей экскурсии, люди капитана могут начать убирать палубу для нашего отплытия.
– Проходите вперед, моя дорогая, – сказал Пепино. Покидая корабль, она шла вместе с Пепино, Уикэмом и Норманом к двухэтажному кирпичному зданию в конце доков. Она оглядывалась назад на Моргана, но его невозможно было различить среди матросов и таможенников, которые высаживались как с «Амазонас», так и с более мелких судов, которые пришвартовались ранее. Судовые команды сливались, слышались раскаты разудалых песен.
– Проходите вперед, дорогая, – снова сказал таможенник. – Вы не должны бояться этих людей. Это всего лишь матросы с «Розы». Она загружена бананами с Коари, которые они выгрузят ниже по течению.
– Коари? – переспросила она, и сердце ее часто забилось. Она пыталась разглядеть что-нибудь по их лицам, но все они в это момент отвернулись и…
– Кроме того, у нас стоит корабль из Испании, – продолжал Пепино. – Он загружен кастильским мылом, винами, фигами и лимонами. Это судно из Африки, и в его трюме – слоновая кость и мирра, а эти – с корицей, гвоздикой и перцем с Островов Пряностей.
Она выдавила из себя улыбку.
– Как интересно.
Ей показалось, что она видела, как Морган промелькнул вниз по сходням, но тени плясали так неустойчиво, а огни с пирсов и кораблей слепили ее. Затем она вошла в здание таможни с низкими потолками, забитое людьми. Контролер представил ее своемум заместителю и целой команде весовщиков и измерителей, потом таможенному чиновнику, который рассказал, как измеряют алкогольное содержание жидких грузов. И так далее, и так далее, пока она не потеряла счет минутам, лицам и именам.
Удивительное чувство страха давило на нее, пока она под каким-то предлогом не выскользнула в менее наполненную людьми комнату, чтобы перевести дух. Она только закрыла глаза и возблагодарила Бога, как услышала голос Уикэма.
– Я приношу свои извинения, джентльмены, но капитан сообщил мне, что он почти готов.
– Какая досада! – вскричал кто-то. – У меня даже не было возможности поговорить с молодой леди.
– Может быть, в следующей нашей экспедиции.
– Разумеется.
– Сейчас мы действительно должны спешить или капитан будет вынужден отправиться
Сара торопливо вышла из комнаты и, улыбаясь подвыпившему чиновнику, заняла свое место между Норманом и сэром Уикэмом, позволяя им проводить себя до двери.
– Не оглядывайся, – сказал Уикэм, задыхаясь, – ублюдки так напились, что не могут смотреть прямо.
Они быстрым шагом пошли по пирсу, огибая двигающихся в беспорядке матросов, не обращая внимания на тех, кто свистел и кричал что-то Саре, перешагнули через одного или двух пьяных, которые не способны были вернуться на свои корабли до их отхода. Когда они дошли до сходней, капитан, стоящий на юте, закричал:
– Приготовиться отдать концы!
Моторы ожили, и матросы заняли свои места. Сара скользнула взглядом вдоль палубы и внезапно похолодев, обернулась к пирсу и спросила:
– Где Морган?
– Я думаю, что он где-нибудь… – начал Уикэм.
– Я не поднимусь на борт, пока не увижу его.
– Но я уверяю вас…
– Морган!
– Сара, – сказал Норман с нескрываемым раздражением.
– Где Морган? – подхватив свои юбки она двинулась назад к пристани.
– Сара, – сказал Норман, – я требую, чтобы ты немедленно опомнилась.
Уикэм согласился:
– Мы должны немедленно отплывать. Мы не можем подвергать себя риску остаться…
– Говорю вам, я не двинусь, пока не увижу его!
А затем она увидела его, и сердце ее похолодело. Он стоял под газовой лампой в конце пирса; он был не один.
Сара на мгновение закрыла глаза. Перед тем, как броситься назад, она отпихнула Уикэма, сделавшего попытку подхватить ее; смутно слыша, как он звал капитана на помощь, она сбежала на пирс, бросилась к Моргану и…
Кинг. Всемилостивый Господь, это был Кинг!
Невозможно было ошибиться, видя эти струящиеся светлые волосы, которые так походили на волосы Моргана. В одно мгновение все подошли к ней. Откуда-то Морган знал, или чувствовал, что его время уходит; в сущности, он попрощался с ней; он пытался подготовить ее к худшему. И вот, он остался (или сдался?!), отказываясь бежать, отказываясь подвергать опасности ее возвращение в Англию. Он давно решил, что никогда не покинет Бразилию. Вот почему он отдалялся от нее в последние недели и ничего не отвечал на ее разговоры о браке.
– Морган, нет! – пронзительно закричала она.
Потом была драка двух мужчин, был револьвер: она видела, как блеснул на нем оранжевый свет лампы в тот момент, когда Морган пытался отвести его от себя. Он ударил Кинга, так что тот отлетел назад, врезавшись в штабель корзин. Стоя на деревянном пирсе, они пихали друг друга ногами, и, когда она приблизилась, ей были слышны их рычание и проклятия. Потом Кинг завопил как сумасшедший, револьвер исчез между ними, и…
Выстрел разорвал ночь надвое.