Игрушка

Лобанов Владимир Алексеевич

"Вот, вот, - явно обрадовался Найдёнов, - греете на газе утюг. Это хорошо, а то сейчас всё электрическими гладят. Но ведь прежде чем взять утюг с газа вы степень его нагрева проверяете? Так?"

"Да, плюну на палец и - к утюгу. Если зашипит - можно гладить".

"Ага, - продолжая чему-то веселиться,обрадованно вскричал Найдёнов.
– Вот это и есть проверка опытом. Если схватите утюг без проверки, а он окажется горячим - знаете что будет. Ту же самую схему перенесите теперь на вопросы общечеловеческого значения. И поймёте, что пока гипотеза не проверена на опыте, она остаётся гипотезой. А стоит вам гипотезу - что данный утюг холодный, принять волевым порядком за истину,

а он окажется горячим - тут же будете наказаны, обожжётесь. Вот мы с марксизмом и обожглись. Марксисты стали вдалбливать нам, что их учение не гипотеза, а истина и все мы как бараны пошли за ними строить гипотетический коммунизм и теперь сидим с этим в дерьме. Вот, а размышляя дальше, я нашёл определение понятия "научная вера", - он взял с кухонной плиты, по всей видимости, заранее приготовленную тетрадь и прочёл: "Научная вера" 313- это такая вера при которой человек из ряда гипотез по одному и тому же вопросу выбирает одну, делает её рабочей и на опыте проверяет её истинность или ложность.- Он замолчал и уставился на Каретникова, но тот тоже молчал. Тогда Найдёнов продолжил.
– И вот людям нужно научиться не допускать в процессе своего мышления чтобы научая вера переходила в религиозную. А Ленин с этим не справился и уверовал в марксизм, как верят в Триединого бога наши христиане, то есть он уверовал в марксизм по религиозному".

Найдёнов замолчал и уставился на Каретникова. Теперь он явно с нетерпением ожидал: что тот скажет. Каретников заговорил минуты через две.

"Феноменально! Я не знаю истории философии, но, мне кажется, что вы, Владимир Михайлович, сделали великое открытие в этой области".

"Ну уж, - просиял Найдёнов, - вы мне льстите".

"Ничуть, - не согласился с ним Каретников.
– Всё гениальное - просто. Вот и вы сделали простое гениальное открытие. У меня есть знакомый профессиональный философ. Я его спрошу".

"Хорошо, - продолжая улыбаться, сказал Найдёнов.
– Спросите и мне доложите о результатах, а сейчас пойдём прогуляемся по воздуху".

Мужчины вышли из дома и направились по тропинке, ведущей в сосновый бор. По этой хорошо утоптанной тропинке Каретников в прошлый раз катался на велосипеде.

"Ленин нам оставил, вместо диктатуры пролетариата, диктатуру партийных чиновников, а я долгое время был инструментом этой диктатуры, в чём и раскаиваюсь", - заявил Найдёнов, когда они входили в лес.

314 "Вы говорите словами одного моего хорошего друга. Просто слово в слово похоже!" - не смог скрыть своего восторга Каретников.

"Да? Тогда познакомьте меня с ним. В наше время очень важно иметь рядом человека, который думает как ты".

"Придётся, придётся познакомить вас!" - тоже радостно ответил Каретников. У него окончательно свалился с души камень, который давил на неё всё время ожидания результатов прочтения Найдёновым книги Тёмкина. Когда они уже, возвращаясь с прогулки, подходили к дому Каретников спросил:

"А перед кем вы собираетесь каяться?"

"Что?" - не понял Найдёнов.

"Только что вы сказали, что раскаиваетесь, что были инструментом партийно-чиновничьей диктатуры. Верующие в бога люди каются перед ним, а вы же не верите, так перед кем вы собираетесь каяться?"

"Перед своей совестью", - был ответ.

Дома Найдёновым овладело такое восторженное настроение, такая радость охватила его целиком и он до того воодушевился, что извлёк из ящика комода трофейную губную гармошку и сыграл на ней Каретникову марш "Прощание славянки". Каретников от души хлопал в ладоши исполнителю до тех пор, пока они ни заболели. Воодушевление переполнило обоих мужчин. Старший из них вдруг понял, что

обрёл смысл жизни и теперь не просто будет доживать свой век, а младший - что обрёл старшего друга.

Такая восторженная оценка Каретниковым философских выкладок Найдёнова натолкнула последнего на мысль о необходимости разговора с генералом.

315 Он не стал откладывать задуманное и позвонил генералу прямо на следующий день - в понедельник. Генерал ответил сразу, как будто ждал этого звонка.

"А, Василий Михайлович, долго жить будете. Я только что вас вспоминал"

"Да?!
– Обрадовался Найдёнов.
– Вот и хорошо, что не забываешь сослуживцев. А я хочу записаться к тебе на приём".

"Зачем же так официально. Какой "приём". В любой день подходи в бюро пропусков, звони мне и - милости прошу - тебя сразу пропустят.
– И, сделав паузу, генерал спросил.
– Так когда пожалуете?"

"А прямо завтра и пожалую", - не задумываясь, ответил Найдёнов.

"Если так, то я прямо сейчас вам пропуск закажу. Так что подходите, берёте пропуск и поднимаетесь ко мне. Надеюсь, не забыли, где я обитаю?"

"Не забыл, не забыл. До свидания, до завтра".

Положив трубку на рычаги аппарата, Найдёнов подумал: "А вот этот телефон уже пора менять - старый, чёрный, тяжёлый и диск набора заедает. Недавно в магазине видел приличные аппараты, с такими приятными обтекаемыми формами; пластмасса блестит, как отполированная и цвет любой можно выбрать. Польского производства. Интересно, наши-то что: не умеют выпуск телефонных аппаратов наладить? Или это искусственная кооперация в рамках Совета экономической взаимопомощи?" - вопросы остались без ответа, а Василий Михайлович отправился колоть дрова. На прошлой недели привезли уже напиленных. "Хорошие дрова - одна берёза".

– ------------------------------------------

Генерал встретил Найдёнова в коридоре и сразу провёл в свой кабинет через отдельную дверь - минуя приёмную. Сегодня генерал был одет в 316гражданский костюм с галстуком. Но от этого его внешний вид не проиграл. Выглядел он всё также представительно. Седина тронула его виски. Волевой подбородок, высокий лоб и ясные, умные глаза. Стройная фигура, упакованная в дорогой костюм, наталкивала умного наблюдателя на вывод о том, что этот человек и с физкультурой дружит.

"Большинство наших генералов - безобразно брюхатые. Много едят и мало двигаются. Живут в брюхо Да и мужиками, наверное, уже прекратили быть. А этот другой", - отметил про себя Найдёнов.

"Чай, кофе?" - привычно спросил хозяин кабинета.
– Мы теперь по западным меркам пытаемся жить", - пояснил он свой вопрос.

"Нет, спасибо, пойдём, лучше, прогуляемся. Погода хорошая", - сказал Найдёнов и многозначительно посмотрел на товарища. Их взгляды встретились и от того, что Найдёнов не отвёл глаза, а продолжал смотреть на генерала, как будто мысленно пытаясь сообщить ему что-то, тот понял, что разговор предстоит интересный.

Они вышли на Литейный проспект. На перекрёстке Литейного и улицы Войнова перешли на противоположную сторону и пошли по Литейный мосту. Нева мощно несла свои свинцовые воды в Балтийское море и делала это уже, видимо, не один миллион лет. Но и люди тоже делали. Вот, одели её в гранит, построили город на её берегах, перебросили через неё мосты. Только как-то уж очень тяжело у них это получалось. На костях Пётр I выстроил свою новую столицу. А вот теперь новые власти наполняли людской кровушкой и так полноводную Неву. Ходили слухи, что из вновь выстроенного здания ленинградского НКВД канализация была выведена прямо в Неву и в 1937 году стоки этой канализации были густо окрашены в красный цвет.