Игры разума
Шрифт:
Мисс Робертсон бежит ко мне и кидает на пол, моя голова прижата к полу. Она бьет меня – это не так уж трудно, хватает за локти, колени скрещены, и мне всего тринадцать. Она снимает один из моих ботинок, а потом другой, тяжело дыша. Мое лицо разбито. Я не могу ничего видеть. Не могу двигаться.
Моя учительница орет:
— Что… зачем ты… Эден! Что сейчас чувствует Софиа?
— Я не знаю! Как я могу…
— Просто скажи, как она себя чувствует сейчас!
— Она – вообще она была спокойной, пока вы ее не схватили. И сейчас
Мисс Робертсон встает, и я поворачиваюсь на спину, слезы текут по моим щекам от боли в голове, но Эден права – я смеюсь.
Я смеюсь, смеюсь, заливаюсь, думая о мисс Робертсон, ищущей нож в ботинке, которого там не было. Я как будто освещаю эту комнату светом, смеясь от души, как будто взяла спички и зажгла ее.
Это место плохое, я думаю о ней, и я все знаю.
— Очень умная девочка, — говорит мисс Робертсон со своей лживой ухмылкой. — Думаю, ты готова для углубленного отслеживания.
Глава 7
Энни
День понедельника
Она должна была уже вернуться к этому времени, почему ее до сих пор нет? Мне надо услышать ее, понять, все ли с ней в порядке. Конечно же, она мне соврет, но я должна услышать ее.
Это все моя вина. Снова. Либо я вижу события и не могу остановить их, либо я сама вызываю их, потому что все неправильно вижу. Из-за меня погибнет вся моя семья. Я уже итак разрушила Фию, затащив ее в эту школу. Я не могу убить ее.
Я выхожу за дверь и выхожу в холл. Кто-то тут же встает – Дарен, это его звуки. У него привычка выдыхать, когда он собирается что-то сделать.
— Я могу чем-то помочь, Мисс Анабель?
— Ну да, можешь, Дарен! Там окно в конце холла, не так ли?
— Да.
— Можешь открыть его?
— Тебе жарко? Я могу включить кондиционер.
— О, нет, окно не для меня. Это для тебя. Ты можешь просто выброситься из него.
Минутная пауза и затем:
— У вас такое потрясающее чувство юмора, мисс Анабель.
— У меня всего 4 чувства, надо ж как-то это компенсировать. Ты можешь продолжать сидеть в кресле и читать свои любовные романы. А мне надо увидеться с Эйден.
— Дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится.
— Чтобы вы могли вновь разочаровать меня, не послушав? Да будет тебе, Дарен. — Я продолжаю идти по коридору, касаясь руками гладкой деревянной обшивки. Пропускаю дверь в пустую комнату. Еще одну. Стучусь.
Открывается дверь, и она тут же протягивает руки ко мне.
— Что-то не так? Что стряслось?
— Они послали Фию на миссию.
Эйден вскрикивает:
— Она в порядке?
— Мне нужно, чтобы ты увидела, что с ней, когда она вернется. Она соврет мне.
Она вздыхает
— Мне очень жаль. Правда. Думаю, это неправильно. Но я не могу находиться с ней рядом. Ты понятия не имеешь, на что это было похоже, когда мы виделись в последний раз, втянутая во весь этот гнев. У меня голова кругом. От нее у меня головная боль, чувство будто я наглоталась кислоты. Она – яд.
— Моя сестра не яд. — Я выдергиваю свою руку обратно.
Она снова вздыхает, и ее голос становится мягче:
— Прости. Просто я уже говорила тебе, как она будет себя чувствовать. Она будет в гневе. Это первый раз с тех пор, как мы приехали из Европы. Я бы хотела помочь ей, но не могу, также как и ты!
— Почему ты еще здесь? — Я так разъярена, что хочу тряхнуть ее, и уверена, она это чувствует. — Почему ты вернулась? Почему не вернулась к Кейну, не осталась его маленькой шпионкой?
Мне не обязательно быть ясновидящей, чтобы почувствовать боль в голосе Эйден:
— Я не хотела, чтобы ты была одна.
— Как ты можешь работать на них? — Шепчу я. — Они держат меня здесь как в тюрьме, чтобы контролировать Фию.
— Ты когда-нибудь задумывалась, что они держат тебя здесь лишь для того, чтобы обезопасить от Фии?
— Это ложь.
— Ты не можешь чувствовать ее так, как ее чувствую я. Она опасна, Энни, и меня пугает каждый раз, когда она остается с тобой наедине. Она — … — Я слышу ее резкий вдох. — Хорошие новости, она здесь. Я чувствую ее на первом этаже. Полагаю, институт искусства отменяется. Приходи, как она уйдет, и мы сделаем маникюр, договорились? — Эйден начинает закрывать дверь, но колеблется. — Прости меня. — И вот дверь закрыта.
Я смотрю с надеждой на лифт в конце коридора. Я бы хотела спуститься и встретиться с ней, но в отличие от Эйден, которая может ходить когда и где угодно, без ключа—карты Дарена я не смогу спуститься вниз.
Чтобы защитить меня. Отлично. Да я самый защищенный заложник во всем мире.
Я сосредотачиваюсь на звуках из лифта: приглушенный звон, звук дверей. Звук шагов Фии, спускающихся вниз. Она всегда ходит громко, чтобы я услышала ее.
Но вдруг вместо звуков я вижу вспышку света, да – это он, я вижу свет! – и все эти огни и темнота, которые заполняют мои видения, везде темнота и дым, пожар ли это? Должно быть пожар! Слишком много людей умрут.
Нет, это не огонь, это тела танцуют, ритм музыки. Вспышки меняются так быстро, что я не могу запомнить их лица и имена. И Фиа, О Фиа – ты так красива, что у меня разрывается сердце, все танцуют, но она двигается так, как никто другой. Ее глаза закрыты и ее рука поднята. Только одна рука, ей очень больно, кто посмел причинить ей боль? Как скоро это произойдет? Но она потеряла себя, и я знаю, что в тот момент она была по-настоящему счастлива.
Я хочу что-нибудь сделать, но продолжаю стоять и видеть, как моя сестра танцует.