Иконы
Шрифт:
И предаст ли он нас.
И когда он предаст нас.
Изучение средств массовой информации (ИСМИ)
Проведено доктором О. Брэдом Хаксли-Кларком, виртуальным доктором философии
Примечание: Изучение средств массовой информации проведено по личной просьбе Посла Амаре
Исследовательский отдел Санта-Каталины № 9В
Копия текста:
4 августа 2071 года
Вашингтон, Округ Колумбия
Пугающий поворот событий: ученые и представители правительства подтверждают, что фрагменты астероида Персей изменили траекторию движения и теперь направляются прямиком к Земле.
По официальной оценке, столкновение может произойти уже меньше чем через год, и специалисты пытаются вычислить точки удара, чтобы принять все возможные меры в надежде минимизировать разрушения.
Один из чиновников ООН, пожелавший сохранить анонимность, заявил: «Нам известна по меньшей мере дюжина фрагментов, внезапно и необъяснимо изменивших направление движения. Мы не знаем, как или почему это произошло. Мы лишь можем надеяться определить, где именно они упадут, и постараться смягчить последствия. Пока мы не узнаем больше, людям остается жить, как они жили, и молиться».
Глава 14
Решения
Форт Каталины. Так Тима и Лукас называют эту часть Посольства. Но насколько я могу судить, глядя на потайной ящик, где только и есть, что несколько свечей да колода карт, – это просто местечко, куда они приходят для личных разговоров.
Дока здесь нет, потому что мы вышли наружу, на узкую дорожку, что бежит по верху стен Посольства. В стенах нет маленьких круглых решеток. И я знаю также, что виртуальный Док не может жить снаружи – пока не может. Ну, по крайней мере, так мы слыхали в краю грассов. А потом я начинаю осознавать, что мы вообще уже не знаем, где правда, а где ложь, – больше не знаем. Это теперь совершенно ясно. Вчерашние события все перевернули вверх тормашками. И если мы четверо не согласны во всем остальном, в этом, безусловно, единодушны.
Именно поэтому мы с Ро согласились прийти и выслушать, что хотят нам сказать Тима и Лукас, а уж потом решать, как и когда предпринять новую попытку покинуть остров. Побег не будет легким, в особенности теперь, когда симпы постоянно таскаются следом за нами. Этим утром Тиме понадобилось почти три часа, чтобы точно рассчитать моменты, когда нам следует подняться на определенные этажи, используя определенные лестницы, но ее вычисления верны, потому что теперь мы одни.
Форт не так стар, как другие форты в Калифорнии. Он лишь прикидывается старым. Это самая высокая часть огромной площади – комплекса зданий, окруженных стенами, которые и представляют собой Посольство. И эта часть действительно куда больше похожа на крепость, чем все остальное. Если верить Лукасу, форт – это те строения, где находятся казармы и тюрьма Посольства. Он занимает северную часть острова, и с этих дорожек, возвышающихся над крышами, я могу видеть все вокруг.
Кроме Хоула. Сегодня – нет. Я перегибаюсь через крошащуюся бетонную стену и всматриваюсь в темные бурные воды, омывающие остров Санта-Каталина. На мостках стоят старые бронзовые телескопы, но я не беру на себя труд глянуть в них. В тумане смотреть не на что. Я содрогаюсь. Я начинаю думать, что этот туман никогда не рассеется. Может быть, Посольство умеет управлять погодой, как оно управляет всем остальным. Может быть, этот туман и не туман вовсе, а некий созданный симпами оптический обман, который нейтрализует
А может быть, это просто туман.
Я позволяю океану успокоить себя, как это бывало всегда. Если я долго смотрю на волны, наши сиюминутные проблемы выглядят не такими тяжкими, их можно выдержать. Почти.
– Что нам известно? – Лукас поворачивается к Тиме. – Ты у нас любишь всякие планы.
Она небрежно пожимает плечами и начинает говорить:
– Нам необходимо рассмотреть факты. Что изменилось? Почему Ро и Дол притащили в Посольство? Почему именно сейчас?
– Они хотели собрать нас четверых вместе. – Лукас прислоняется к стене, положив руку на ближайший телескоп. – Значит, им что-то нужно от нас. Или они что-то о нас узнали, как говорил мерк.
Тима расхаживает по дорожке перед Лукасом:
– Но наверняка мы можем сказать только то, что в Посольстве знают о нас больше, чем знаем мы сами. По крайней мере, больше, чем нам говорят.
Лукас садится:
– Не только в этом дело. О нас узнали участники Сопротивления.
Сын Посла предельно напряжен, это видно по его лицу. И я это ощущаю глубоко внутри его. В нем как будто катается множество мраморных шариков, сразу во всех направлениях.
И никто не может поймать их все сразу.
– И что? – спрашивает Ро, усевшийся поодаль. – Тут ведь нет ничего плохого.
– Но и ничего хорошего тоже нет, – отвечает Лукас, доставая из ящика колоду карт.
– Ты этого не знаешь. – Ро прислоняется спиной к стене.
Лукас выдергивает из колоды одну карту. Потом вторую.
Ему нечего сказать, потому что Ро прав. Что из всего узнанного нами – плохая новость? А что – хорошая? Мы не знаем, кому верить. Мы не знаем, кого винить во всем.
Тима открывает рот:
– Ладно. Что насчет Сопротивления? Если тот мерк работает на них…
– Мерки ни на кого не работают, – перебиваю ее я.
– Хорошо. Торгует с ними. В любом случае им известны наши имена, они знают нас в лицо, они знакомы с нашим расписанием. Они узнали, когда проще всего будет нас найти и где именно. Это единственное разумное объяснение. Как бы еще они обнаружили нас в классе?
То, что говорит Тима, и без нее понятно. Мы все уже уловили главное, а именно: мы не такая уж великая тайна, как нам казалось.
– Значит, мы должны принять как данность, что они способны проникать в Посольство. По крайней мере, виртуально. – Я вспоминаю Фортиса, лежащего в вагоне на Трассе. – А возможно, и физически, если им того захочется.
– Никто не может добраться до Санта-Каталины, если Посольство того не пожелает. Мы же проверяем все баржи. – Лукас кажется сильно задетым. Его гордость уж точно задета. – Даже те, что грузят отбросами, – добавляет он, как будто нам нужно об этом напоминать.
Мы с Ро поворачиваемся к нему, почти невольно.
– Мы? – резко бросает Ро. – Пуговица, ты имеешь в виду себя и свою мамочку?
– Заткнись!
– А разве не так? Хочешь спросить у нее разрешения? Выяснить, кто тут плохие парни?
Лукас багровеет.
– Довольно! У нас нет на это времени. Вам бы лучше помолчать, чтобы я могла подумать. – Тима смотрит на меня. – Этот Фортис… Ты ему доверяешь?
Доверяю ли? Я колеблюсь.
– На самом деле я не знаю его, знаю только, что он мерк, и все. Я заплатила ему за то, чтобы он помог мне бежать из тюремного вагона.
– Ты ему заплатила? Чем? Как?
Теперь уже Ро поворачивается ко мне и смотрит на меня во все глаза. Ему ведь прекрасно известно, что монет для мерка у меня не было. И подозревает дурное.