Иметь королеву
Шрифт:
— Я поняла, — сказала женщина, — иначе бы ваш друг был далеко отсюда.
Она взяла с подоконника огромный тесак для рубки мяса и спрятала в стол.
— Прошу в комнату.
Она повела их по длинному полутемному коридору.
Комната, куда они вошли, явно носила отпечаток индивидуальности. Белый стол посередине причудливых плавно изогнутых форм, кресла из каменной березы с резьбой и подушечками на сиденьях, книги на вращающейся, оригинальной формы, этажерке до самого потолка. И картины — Калчевская
— Рисуете? — вежливо спросил Дима, осторожно опускаясь в указанное хозяйкой кресло.
— Пишу в свободное время, — кивнула женщина.
— И пишете тоже, — восхищенно сказал Дима, оборачиваясь к этажерке. — Это все ваше?
— Мы, собственно, к вам случайно, — перебил Владимир, — извините еще раз за вторжение. Когда тут началось это… — он повертел пальцами, — ушли в тайгу. Думали, все образуется, а получилось наоборот.
— Вы, наверное, голодны, — сказала женщина. — Сейчас я что-нибудь придумаю. Только не обессудьте — из здания нас не выпускают, сидим на подножном корме. Каша вас устроит?
— Если можно.
Женщина пошла на кухню.
— Не возражаете, если мы вам поможем?
Она усмехнулась, поняв их опасения.
— Валяйте. Заодно и познакомимся. Меня зовут Юлия.
«Нет, ты все-таки неисправимый бабник, — убежденно подумал Владимир, следя, как Юля грациозно колдует с посудой. — Стреляли в тебя, отравить хотели, а стоило только увидеть женщину, как сразу в стойку. Интересно, а она замужем?»
— Вы только не съешьте меня раньше каши, — сказала Юлия, посмотрев на Владимира. — Взгляд у вас голодный.
— Не съем, — серьезно сказал Владимир. — Не из тех. Но скажу честно — когда я вижу таких женщин, как вы, на улицах города, то сразу вспоминаю, что я мужчина, а не облако в штанах.
Комплимент не бог весть, но Юлия улыбнулась и как-то помягчела лицом.
— Какого города?
— Я имел в виду «тридцатку».
— Я так и подумала.
Они сметали горячую кашу в пять секунд и принялись за чай.
— Спасибо, хозяйка, — искренне поблагодарил Владимир. — Вы нас спасли. Заплатить за гостеприимство, увы, нечем. Нам пора.
— Не уходите, — вдруг попросила Юля. — Я не боюсь, нет, но… мне одной с ними не справиться.
У нее задрожали губы, и она беззвучно заплакала.
— Кто? — спросил Владимир. — Те двое?
Она кивнула головой.
— Уже два раза приходили. Первый раз, когда мужа забрали, я отбилась кое-как. Вот.
Она закатила рукав блузки и показала синяки на предплечье.
— А вчера вечером снова заявился один из них. Хорошо, что я джинсы надела. Пока со мной боролся, у него… В общем, не получилось. Сказал, что сегодня придет, и если я не соглашусь, то убьет. Я и тесак для него приготовила. Но ведь не справиться же мне!
Она снова заплакала.
— Не стоят они ваших слез,
Юлия отвела их в спальню.
Владимир заглянул в платяной шкаф.
— Отлично. Уберите часть одежды, чтобы я в платьях не запутался. И когда сюда с ним войдете, инициативу возьмите на себя. Ну, китель сами расстегните, оружие примите из натруженных рук. И поставьте автомат к этой дверце. — Владимир показал на шкаф. — Мужики это любят — женскую инициативу.
— Да? — сказала Юля, глянув на него с полуулыбкой. — И вы, Володя, тоже?
— Ну… — свернул со скользкой темы Владимир. — Только не переиграйте, пожалуйста. Чуть напуганы, волнение, смущение.
— Я смогу, — пообещала Юля. — Мы, женщины, кошки — хитрые, коварные и вероломные. Я смогу.
Быстро накатывался вечер. Дима задремал, сидя в кресле. Владимир с Юлей перешли на кухню и негромко беседовали о том, о сем.
В двадцать один в дверь громко заколотили. Владимир скользнул в спальню и толкнул спящего Диму:
— Лезь под кровать! И без дела не высовываться.
Плотно прикрыв дверцы, он затаился в шкафу.
Из коридора донеслись приглушенные голоса. Похоже, автоматчик был один. Что-то брякнуло на кухне, раздался Юлин смех. Через десять-пятнадцать минут дверь в спальню открылась.
— Да ты не бойся, — басовито гудел мужской голос. — Перепихнемся пару раз и отвяну. У меня же месяц бабы не было. Соображаешь?
— Соображаю, — раздался голос Юли. — Бедненький, ты бы в первый раз поласковее был, я бы и не ломалась.
— Баба любит ласку, а машина смазку, — захохотал мужик. — А сама-то ласковая?
— Я все умею, — успокоила Юлия. — Останешься доволен. Да погоди ты. Пушку свою убери, ты с ней или со мной трахаться пришел?
Вояка попался веселый — снова захохотал и грохнул железом.
— Убери подальше. Вон к шкафу. Я ее боюсь.
Ствол «Калашникова» царапнул дверцу. Владимир приготовился.
Скрипнули пружины кровати. Послышалось сопение.
Владимир неслышно открыл шкаф, схватил автомат за ствол и шагнул из укрытия.
— Ах ты, неверная, — сказал он, передергивая затвор. — Муж за порог, а ты в постель с любовником?
С кровати вскочил, путаясь в спущенных штанах, вояка. Даже в темноте было видно его перепуганное лицо. Владимир сделал шаг вперед и припечатал мужчинку прикладом по голове.
— Спасибо, — дрожащим от испуга голосом сказала Юля, застегивая халатик.
— Рано благодарить, — ответил Владимир. — Перед домом еще один страдалец. Вскоре должен пожаловать.