Император-дракон
Шрифт:
Я молча последовал за Винсентом в холл, уставленный множеством разнообразных канделябров и подсвечников. Череп, злобно скалившейся с книжной полки, и клетка с совой, висящая под потолком, несколько портили роскошь интерьера. Зато на втором этаже царили порядок и уют. Огонь в камине, дорогие ковры на стенах и полу, бархатные портьеры на стеклянных дверях, ведущих на балкон, а за ними звездная ночь. Я насторожился, только услышав смех и болтовню. Нестройный хор голосов доносился из-за стенки.
– - Один нижний зал открыт для гостей, - пояснил Винсент, предлагая мне сесть за круглый столик на гнутых ножках.
– -
– изумленно переспросил я. Помниться у Винсента не было никого, кроме преследователей готовых свернуть ему шею, так кого же он мог пригласить в гости.
– - Скажем так, людей, которые ценят мои таланты, - тут же поправил он.
– Получив этот дом, я на манер заведений в Ларах устроил что-то вроде модного салона для посетителей, признающих мою одаренность и готовых платить за...
– - За предсказание судьбы, - закончил я, высыпав из шкатулки стоявшей на столе колоду карт Таро. Их я бы не с чем не перепутал, обороты карт с изящными виньетками скрывали таких козырей как "колеса фортуны", "отшельник", "чародей", "висельник", "сила", "солнце". На столешнице красного дерева угрожающе белела карта "жестокий жнец" или в просторечии смерть.
– - Она вам никогда не выпадет, - как бы между прочим заметил Винсент, поспешно собирая рассыпавшиеся карты.
– Между прочим, не хотите, чтобы я погадал для вас.
– - Нет, - оборвал я его, настолько твердо и решительно, что Винсент тут же захлопнул шкатулку и полез искать другую колоду простых карт и не найдя таковой на столе, извлек ее из своего кармана. На этот раз нераспечатанная колода, к счастью, оказалась ни гадальной и ни крапленой. Хотя, от Винсента всего можно было ожидать.
– - Ты опережаешь время, - похвалил его я.
– Открыл модное заведение в стране, где знать уделяет все свое внимание турнирам, пирам, охоте и предпочтет приобрести еще пару мечей для арсенала, чем шахматную доску или колоду карт. Правда, я забыл спросить, всем ли открыл вход сюда?
– - Если честно, то немногим, - неопределенно признался он.
– - Не смеши, честным ты не бываешь никогда.
– - Ладно, здесь бывает только избранная публика. Я решил пригласить вас, прежде, чем повториться то, что произошло в Ларах. Не хочу, чтобы вы снова застали меня врасплох. Проблема в том, что вы чересчур талантливы и можете очень не кстати увидеть то, что другим покажется всего лишь пустым местом, - Винсент распечатал колоду, перетасовал и раздал карты. Он деловито постукивал пальцами по столешнице, подсчитывая, сколько козырей ему выпало. С расчесанными до шелкового блеска кудрями и чистой, очень бледной кожей он, несмотря на вечно плохое настроение, был удивительно хорош собой. Весь в черном, как и подобает злому духу, Винсент внутренне был так же коварен и мрачен, как внешне миловиден.
Стараясь даже теперь применить свою ловкость на практике, он неизменно проигрывал. С минимальным применением колдовства я выиграл у него больше дюжины партий, но гордо отказался от горсти монет, поблескивавших на столе.
– - Вам должно быть очень не повезло в любви, - резонно заметил Винсент, сокрушаясь над своей неловкостью. Ведь он мог бы и выиграть.
– - Вы правы, - галантно кивнул я и усмехнулся, простил ему проигрыш, как это делают напыщенные персонажи романов, и продолжил беседу уже обычным тоном.
– Выбирай соперников себе под стать, Винсент, не пытайся прыгнуть
Винсент задумчиво и долго смотрел на меня, будто подбирая более верную оценку ситуации, а потом лукаво усмехнулся и сказал:
– - Только девушка без сердца и ума могла дать отворот поворот ангелу.
– - Ты просто никогда не встречался с княжной.
– - И я чувствую, что в этом случае мне сыграло на руку мое постоянное везение, - ловко парировал он.
– - Она умна, Винсент и гораздо более коварна, чем ты или я. Упаси тебе бог попасться ей на дороге.
– - Простите, господин Эдвин, но, смотря на вас, я упорно продолжаю считать ее подслеповатой, - Винсент то ли шутил, то ли говорил серьезно. Его глаза часто озорно сверкали, а иногда взгляд становился отстраненным и задумчивым.
– Утром, в лесу вы были неотразимы. Наверное, я тоже должен поблагодарить вас за спасение короля и его свиты от волков.
– - Ты тоже состоишь в свите короля?
– меня осенила внезапная догадка. Вот откуда все эти бредни монарха про призраков.
– - Пока еще нет, - осторожно подбирая слова, возразил Винсент.
– Просто его величество единственный человек в этой стране, с кем мне удалось добиться хм...взаимопонимания.
– - Понятно, - кивнул я, вспоминая разговор в охотничьем доме и некоторые излюбленные стратегии Винсента.
– - На этот раз я ничего плохого не замышляю, - поспешно начал объясняться он.
– Просто хочу получить титул. Это моя заветная мечта с тех пор, как...
– - С тех пор, как твой отец из-за одного неосторожного предприятия лишился и титула и поместья, - закончил я вместо него.
– - Какая осведомленность, - Винсент взял в руке хрустальный бокал с вином, словно произнося тост в мою честь.
– Это Поль вам рассказал?
Я снова коротко кивнул.
– - Вы никогда не были в опале и не можете понять, как я хочу восстановить свои права, - обиженно буркнул Винсент, будто обвиняя меня в чем-то.
– - Я бы не брал на себя смелость утверждать, что какой-либо из твоих собеседников прошел путь жизни без бед и лишений, - воспоминания о темницах Ротберта снова начали преследовать меня, но я промолчал. Откуда Винсенту знать подробности моих злоключений?
– - Зачем тебе положение при дворе?
– подумав, поинтересовался я.
– Сейчас подозрений относительно твоей личности не возникнет, но через двадцать - тридцать лет все обратят внимание на то, что, прожив достаточный срок для вхождения в почтенный возраст, ты выглядишь чуть старше подростка. Что тогда? Разоблачение? Костер? Бега? Все эти три пути тобой уже пройдены, не так ли?
– - Поживем - увидим, - беспечно отозвался Винсент, но на его юное белое лицо, как будто опустилась тень. Предчувствия и воспоминая смешались. Всего лишь на миг я заглянул в его разум и увидел лобное место, застывшую в ожидании толпу, услышал дьявольский смех. Вся жизнь Винсента была борьбой за достижение цели и опасностью. Ее путь изобиловал крутыми поворотами, как никакой другой. Прежде чем Винсент успел заслонить свои мысли, я даже успел увидеть образ девушки с черным томиком в руках. Поверх изысканного наряды на ней был одет балахон инквизитора, а бескровные уста выносили беспощадный приговор Винсенту, уличенному в чародействе.