Император
Шрифт:
– Другие… я не…
– Так спроси, если не вызнал! Вон, у этих бродяг и спроси.
Вандервельде кивнул на только что развернувшийся фургон – запряженную парочкой мулов телегу с красно-желтым шатром с веселыми зелеными звездочками и треугольниками и забавными рисунками, издалека напоминавшими граффити. Мулов вел под уздцы высокий атлет в разноцветном трико и коротком, накинутом на плечи кафтане.
– И вам не проехать? – глянув на растрепанного Герхарда, улыбнулся атлет. – Тут нынче можно и до вечера простоять – обоз из Вормса пришел.
– А вы через какие поедете?
– Мы – через ворота Рыбаков, там потом у реки и встанем.
Юный воин довольно тряхнул локонами:
– Ну и мы за вами.
– Так вам круг получится.
– Ничего, мы у реки коней напоим.
– Ну, дело ваше, поехали. Первый раз в Аугсбурге?
– Угу, первый.
– Тогда смотрите, не отставайте, Аугсбург – город большой, людный. Да и ярмарка нынче.
Еще раз улыбнувшись, атлет повел своих мулов вперед и даже любезно дождался, когда воины развернут «автозак» с узником.
Значит, Аугсбург… Вожников задумчиво почесал бородку, пытаясь вспомнить, что он об этом городе знает. Выходило, что ничего. Абсолютно. И это было очень плохо, поскольку именно здесь князь и намеревался бежать – а чего еще ждать-то? Тем более – здесь народишку много, поди-ка беглеца сыщи, особенно когда города не знаешь. Быстро продумав план, князь уже совершил кое-какие предварительные действия и к вечеру, оказавшись во всеоружии, лишь молился, чтобы все прошло гладко.
Первым делом нужно было усыпить бдительность охраны, а уж потом, освободившись от ножных оков, бежать с первым проблеском рассвета. Ночью побег не имел смысла – князь не знал города, да и главные улицы, скорее всего, перегораживались на ночь решетками, к тому же беглеца могла схватить ночная стража. Поэтому – на рассвете. Егор уповал и на то, что воины вряд ли поднимутся с первыми лучами солнца.
Такой вот был план… и князь начал действовать, в первую очередь пожаловавшись Вандервельде на оковы:
– Натерли, совсем уж сил нет. Нельзя ли перековать? Хоть с кузнецом местным договориться.
И в самом деле, кожа под оковами сочилась кровью – Егор специально расковырял, расцарапал, стараясь не слишком усердствовать, дабы не подхватить какую-нибудь заразу.
– М-да, – подняв факел повыше, чтобы лучше рассмотреть, протянул голландец. – Что ж, сейчас пошлю кого-нибудь за хозяином – пусть позовет кузнеца. Думаю, у него таковой имеется, я слышал звон – кто-то правил подковы.
Путники остановились на небольшом постоялом дворе, заняв его целиком и заплатив – Вожников это хорошо видел и слышал – за три дня вперед. Видать, шкипер почему-то решил не торопить события… быть может, собирался выторговать себе куда более солидное вознаграждение за сановного пленника?
– Вам так нужны деньги, герр Вандервельде? – Дожидаясь кузнеца, узник и его пленитель мирно уселись за стол в небольшом, освещенном тусклыми свечками зале – немного
Голландец ухмыльнулся:
– Знаю! Потому что кое-кто потребует с вас сумму гораздо большую! Но деньги мне не нужны…
– Не нужны-ы?!
– То есть нужны, но не это главное.
– А что же? – вскинул брови князь.
– Титул имперского рыцаря, – мечтательно улыбаясь, герр Вандервельде горделиво расправил плечи. – Его может мне дать только один человек – славный господин Зигмунд, германский король и император Священной Римской империи! А ему нужны вы. Вот и обменяемся.
– А титул русского боярина… барона… вам бы не подошел?
И оба поняли, что проговорились. Егор теперь точно знал, что голландец все про него знает – впрочем, князь об этом и раньше догадывался, а вот теперь, по сути, признался, пообещав то, что может дать только правитель Руси!
– Нет, господин… э-э… великий герцог… Титул русского барона мне не нужен, я вовсе не собираюсь жить в Русии.
– Великий герцог? – Егор сурово нахмурил брови. – Я не герцог, герр Вандервельде, а великий князь. По-вашему – король Русии!
– О, ваше величество, прошу меня извинить. Надеюсь, я за время нашего общения не нанес урон вашей чести?
– Так, – отмахнулся Вожников. – Самую малость. Но я вас прощаю… Жаль, что мы не смогли договориться – теперь все денежки получит жадный король Сигизмунд!
– Император!
– Он что, уже короновался?
– Н-нет… но – вот-вот. Его поддерживают почти все курфюрсты.
– Вот именно, что – почти. Черт побери, так вы найдете наконец купца, Вандервельде?
– Да-да, – поспешно закивал голландец. – Я лично этим займусь. Сейчас! А вы пока кушайте, ваше величество, думаю, охрана вам не будет слишком уж докучать.
– Охрана… – Князь едко хмыкнул вслед поспешно уходящему шкиперу. – Скорей конвой.
Вожников хорошо понимал: то, что он великий князь, ничего здесь не значило – в эти времена томились в плену и короли, как французский Иоанн Добрый после битвы при Пуатье. Венценосных особ точно так же, как простых рыцарей, отпускали за выкуп, а могли и казнить. Или убить в бою, как погиб Иоанн, король Чехии, сражаясь на стороне французов. Так что титул титулом, а… а бежать надо! Тем более он, Егор, – православный… для многих здесь – хуже, чем еретик. Схизматик!
Впрочем, голландский авантюрист Вандервельде относился к нему уважительно. Вот и сейчас привел не только кузнеца, но еще и молотобойца с переносной наковальней и горном.
– О! – Глянув на кандалы, дюжий чернобородый кузнец поправил свой кожаный фартук и оглянулся на шкипера. – А вы говорили – подковы.
– Так вы с этим не справитесь, что ли? – герр Вандервельде вскинул левую бровь. – Просто перековать.
– Да справлюсь, конечно, – усмехнулся кузнец. – Но будет стоить дороже – пять флоринов!