Индекс убийства. Мишень
Шрифт:
Элла почувствовала, что краснеет. В смущении она запустила пальцы в волосы, слегка хриплым голосом произнесла:
— Подождите минутку, я принесу вам одежду.
Она зашла за зеркальную ширму. Наверное, он уселся на кровать, вытянув больную ногу. Как все глупо получилось!
Элла перебирала вешалки, пока не нашла костюм, который Тейлор оставил у нее, когда его отозвали на Землю. В офисе Тейлора Маклеода ей, не задавая вопросов, помогли протолкнуть запрос о Родни Бэтоне, избавив от длиннейшей очереди. Тейлор не возражал, когда она
Но без этого нельзя. Тейлор возвращается через две недели, и к тому времени она купит новый костюм, если, конечно, останется в живых. Правда, сложновато будет достать настоящую шерсть на Луне, но ничего…
— Вот костюм, Сэм. Он достаточно свободный, поэтому, думаю, вам подойдет.
Костюм был шерстяной, светлый, брюки со складочками, галстук из репса.
Сэм, не вставая с кровати, подозрительно разглядывал принесенную одежду.
— В обычное время я не стал бы это надевать, но сейчас, видимо, придется.
В его словах звучала неприкрытая насмешка, но Элла не поняла это сразу. Она осторожно положила одежду на кровать, протянула вешалку.
— Я буду в комнате. — Ее голос прозвучал натянуто. Она не желала обсуждать вкус своего знакомого с этим невежей.
— Это все вашего приятеля? — задал Сэм вполне уместный вопрос, протягивая руку не за одеждой, а лишь за тем, чтобы пощупать материю.
— Моего знакомого, — холодно ответила Брэдли и добавила после паузы: — Он сотрудник дипломатического корпуса.
Элла стояла и ждала, пока Йетс заберет у нее вешалку. Он встал с видимым усилием и медленно подошел к ней. Вешалка уперлась ему в грудь. Он обнял ее своей длинной рукой и притянул к себе. Элла сказала, глядя ему прямо в глаза:
— Сэм, не надо.
Но он уже наклонился, целуя ее.
Ей надо было отвернуться, чтобы его губы лишь скользнули по щеке, но она не сделала этого. В конце концов, он спас ей жизнь. Это стоит поцелуя. Сухие губы Сэма встретились с ее плотно сомкнутыми губами.
— Не бойся, он не узнает, — прошептал Йетс, целуя ее шею. Надо было что-то предпринять, пока он не зашел слишком далеко. Она внезапно почувствовала страх — он был такой громадный. Она его совсем не знала. В его руках таилась огромная сила.
— Нет, не сейчас. Не надо… — Элла отступила на шаг, и Сэм не стал ее удерживать. — Мы едва знакомы… У меня был тяжелый день. Я не могу…
Они стояли на расстоянии вытянутой руки. Элла видела, как тяжело он дышит.
— Ты же сама позвала, Элла, — тихо сказал он. — Остальное ничего не значит.
— Ты ошибаешься, — твердо ответила Брэдли и подошла к двери, бросив через плечо: — Выходи, когда переоденешься, посмотрим, как сидит костюм.
Она не захотела бы этого, даже если бы они с Тейлором были просто друзья. Ее покоробило, каким тоном Йетс сказал «он не узнает». Если он готов переспать с первой попавшейся женщиной, то это еще не дает ему повода думать, что
С Эллой Брэдли нельзя лечь в постель только потому, что представилась такая возможность!
Элла пришла к выводу, что ей не нравится инспектор Сэмюэл Йетс. Совсем не нравится. Разве может быть иначе? Всего лишь полицейский, никарагуанский ветеран с хроническим стресс-синдромом. Люди из окружения Эллы Брэдли не бывали в Никарагуа, разве только по дипломатическим поручениям или на практике после окончания Вест-Пойнта.
Богатые, с хорошей родословной и изысканным воспитанием, они не участвовали в той войне. Они вообще не участвовали в войнах — это стало немодным после корейского конфликта. Пушечного мяса вроде Сэма Йетса всегда было в избытке.
Хотя нельзя сказать, что ее знакомые вообще не занимались рискованными делами. Некоторые, как сама Элла, например, по нескольку месяцев жили в джунглях, выполняя поручения Корпуса Мира или ООН. Тейлор участвовал в невидимой и опасной войне, где ненависть была скрыта под изящной маской дипломатического этикета. Ее друзья были пионерами, они несли факел цивилизации, который американцы называли словом «демократия».
Демократия для всех — это свобода учиться, думать, жить и голосовать… Борьба велась и на Луне тоже, штаб-квартира ООН была местом непрекращающихся схваток, это не идиотские джунгли, где узколобые громилы взрывают друг друга гранатами. Тейлор как-то сказал ей, что каждый выбирает себе свое личное поле боя, а вся история человечества — история одной бесконечной войны, в которой документы часто имеют больший вес, чем пушки.
Элла специализировалась на изучении племенных отношений. Большинство больших племен, вроде кабилов и зулусов, провозгласили свою национальную самостоятельность и поэтому имели представителей в ООН. Они из всех сил сопротивлялись процессам объединения и унификации, которые приходили с цивилизацией и приводили к тому, что малые народы растворялись в больших. Сопротивление велось отнюдь не мирными методами. В данный момент на Земле ждали своего разрешения пятьдесят два локальных конфликта.
У каждой нации было собственное представительство на Луне. Все режимы, опирающиеся на штыки, боялись Америки, потому что она олицетворяла демократию — самую мощную объединяющую силу. За попыткой похищения Брэдли мог стоять любой диктаторский режим, опасавшийся американизации.
Американизация приводила к демократии. Демократия давала всем равные права: один человек — один голос. Элла прекрасно понимала, почему так много людей считают демократию злом.
Когда Йетс вышел из спальни, Элла заговорила первой:
— Перед тем как вы уйдете, инспектор, должна сообщить вам, что я посылала запрос о Родни Бэтоне на Звездный Девон.
— Ну и ну! — присвистнул Йетс. — Вам придется рассказать об этом подробнее.
13. Центральный госпиталь