ИНДИЛЬ

Ли Леви

Ветур вернулся на королевское ложе, достал из своих одежд золотой медальон и открыл его. С портрета, скрытого в медальоне, на него смотрел Эльфийский Король – Оннед-Гаиллар. Ветур резко защелкнул медальон и с силой сжал в руке, будто желая раздавить и его. «Я доверял тебе, Индиль!» – прошипел он сквозь зубы.

Из-за трона появилась нимфа. Она проплыла перед Ветуром и тихо опустилась рядом с ним, на край его ложа. Одной рукой она обвила его шею, а другой тихонько взялась за цепочку медальона и осторожно, но настойчиво потянула к себе. Резким движением Ветур вырвал

цепочку из ее руки и оттолкнул нимфу.

– Пошла прочь, Лотимэ! Там, где ты появляешься, одни неприятности!

– Я ли создаю их, Ветур?

– Встань, Лотимэ, и никогда больше не смей садиться сюда! Или, может, ты возомнила себя королевой?

– Но ведь ты обещал мне…

– Я обещал отцу, что буду заботиться о сестре. Я снова дал волю эмоциям, не разобравшись. А если ты ошибаешься?

– Не сестра она тебе! Она не эльфийка, она даже не нимфа, она – недоразумение, которое твой отец притащил в этот замок.

– Уважай память моего отца! И не смей оскорблять Индиль. В отличие от тебя, она хотя бы ведет себя достойно.

– Подобное поведение ты называешь достойным? Она всю ночь провела в эльфийском замке. Чем она, по-твоему, была занята? Точно говорю тебе, у нее договор с эльфами. Откуда у нее украшения эльфийских мастеров?

– Отец дарил ей.

– Откуда у нее этот медальон? Тоже подарил твой отец? – она усмехнулась и встала с трона. – Этот медальон она могла получить только из рук эльфа. Почему она так задержалась? Наверняка опутывала его своими сетями, а он, не будь глупцом, пообещал жениться на ней, дабы завладеть частью твоих земель. Она же наследная принцесса, и часть этих земель станет ее, как только она выйдет замуж.

Ветур молчал.

– Вету-у-ур, – протянула Лотимэ, – ты же слышал, что она сказала: «эльф хочет твои земли в обмен на помощь». Он – хочет – твои земли! А тут и воевать не придется. Демоны не полезут туда, где эльфы. А потом он каким-нибудь хитроумным способом отнимет у тебя оставшиеся земли и престол, и станет полноправным правителем, а ты будешь бегать по его поручениям… Ну или они просто убьют тебя, – она пожала плечами, изобразив полное безразличие.

Ветур умоляюще посмотрел на нее.

– Я должен извиниться перед Индиль. Я оскорбил ее.

– Вету-у-ур, – позвала Лотимэ, – ты что, ни слова не слышал из того, что я сказала тебе? Ничего с ней не случится. Она к эльфам уйдет. Или к своему ненормальному фавну в чащу. Она не пропадет. Ты лелеешь ее, а она твою погибель готовит…

– Считаешь, она лжет мне?

– Да, Ветур. Она лжет тебе!

Лотимэ снова подползла к своему королю и присела к нему на колено. Она обвила его шею руками и, наклонившись к самому его уху, прошептала:

– Ей никогда не быть королевой, правда? Ведь у нас уже есть королева, правда, моя любовь? Зачем нам еще одна?..

Ее рука скользнула по его лицу. Она потянулась

к нему, желая поцеловать, но он встал, оттолкнув ее, и презрительно посмотрел на нее сверху вниз своими каштановыми глазами. Лотимэ не удержалась на ногах и упала.

Он уходил от нее быстрыми неслышными шагами, а она сидела на полу около его трона и смотрела ему вслед. Выходя из залы, он бросил медальон назад, через плечо, будто то была никому не нужная безделушка. Когда он скрылся в коридорах замка, Лотиме встала, подошла к лежавшему на полу медальону и подняла его.

Побег. Эпизод шестой

Вернувшись в свои покои, Индиль упала в плетеное кресло и замерла на несколько минут, положив руки на витые подлокотники. Она откинула голову назад и закрыла глаза. Прохладный нимфийский воздух немного успокоил ее мысли. Некоторое время она неподвижно оставалась в кресле, и могло показаться, что она спит.

Спустя некоторое время Индиль поднялась и подошла к зеркалу. Она расплела косы и принялась расчесывать свои длинные светлые локоны. Потом она долго сидела перед зеркалом и смотрела на себя, не видя своего отражения. Перед ее глазами мелькали отрывки прошедшего дня. Она пыталась вспомнить лицо Оннеда, но изображение все время убегало от нее, и она видела лишь его руки. Тогда она открыла маленький ящичек под зеркалом, в котором хранила свой медальон – и вдруг… Индиль быстро закрыла дверцу. Медальона на месте не было.

– Не это ли ты ищешь?

Она быстро обернулась на голос. В дверях стояла Лотимэ. Она небрежно разжала поднятую руку и выронила заветный медальон – он выпал из ее руки и повис, покачиваясь на тонкой золотой цепочке.

– Что это? – придав своему голосу полное безразличие, спросила Индиль. – Новая безделушка? Ветур подарил?

– Ты отлично знаешь, что это. Это твоя вещь, Индиль. И я хочу знать, откуда она у тебя.

– Впервые вижу. Оставь меня, Лотимэ, я должна отдохнуть с дороги. И впредь прошу не появляться в моих покоях без моего на то позволения и не тревожить меня.

– Не изображай из себя королевскую особу! В тебе нет ни капли королевской крови. А скоро и тебя самой здесь не будет. Я об этом позабочусь.

– Если это все, что ты хотела сказать мне, можешь идти, – едва сдерживая раздражение, медленно произнесла Индиль, величественно подняла голову и повелительно указала нимфе на дверь. Но вместо того, чтобы повиноваться ее жесту, Лотимэ сжала в руке медальон и подошла к ней еще ближе.

– Присягнула чужому королю? – тихо и вызывающе произнесла она.

– Мне не интересны твои интриги, Лотимэ, а твое присутствие тяготит меня, – ответила Индиль, стараясь говорить как можно спокойнее. – Прошу оставить меня и не появляться здесь более.

– Тебе никогда не стать королевой! – бросила ей в лицо Лотимэ, и неожиданно за ее спиной отозвался тихий голос:

– Она станет Королевой. Королевой Света и Королевой Тьмы.