Инфимум
Шрифт:
– Я рада, что твои кошмары закончились, но, Грейс, я не могу опаздывать на работу.
– Прости. – Я понимаю, что проспала почти на час, но самое странное то, что я ощущала, будто моё сознание не хотело выводить меня из сна, а может, я и сама не хотела уходить оттуда.
С извинениями я забегаю в аудиторию философии. Мисс Карен очень молода для этой науки, а может это всего лишь стереотипы, но в любом случае, она очень добрая и на моё опоздание ответила улыбкой. Наверное, посмотрев на мой вид, она поняла, что я всего лишь проспала.
Зои с обеспокоенным видом даже не взглянула на меня.
Раздаётся звонок. Все начинают поспешно собирать принадлежности, а мисс Карен пытается дочитать лекцию.
– Зои, что случилось?
– Как же вы все достали меня! – Подруга так кричит, что привлекает всеобщее внимание. – Со мной всё хорошо, ясно? Отвали!
Она уходит, не обращая ни на кого внимания, но затем все смотрят только на меня.
– Грейс, можно тебя задержать на минутку?
Мисс Карен явно что-то знает. Мы дожидаемся, когда все выйдут. Я, не выходя из своей парты, пытаюсь понять, что могло случиться.
– Грейс, Зои тоже сегодня опоздала и, когда ты пришла, я подумала, что вы поругались.
– Мисс Карен… – Я не успеваю сказать, как преподаватель подходит и садится за парту напротив меня.
– Я знаю, что ты тут не при чём. Зои несколько раз просилась выйти, а когда возвращалась её лицо было каждый раз заплаканное. Может у неё проблемы в семье или с парнем?
– Я… я ничего не знаю мисс. Вчера вечером всё было хорошо.
Мисс Карен будто задумывается о чём-то, а затем переключает внимание на меня.
– В любом случае, Грейс, это работа для психологов. Я не задавала никаких вопросов Зои, сейчас она явно не хочет никого слушать, поэтому лучше подожди пока она придёт в себя и попроси сходить к нашему врачу.
– Она не захочет туда пойти, даже если это будет вопрос жизни и смерти. – Я точно знала, что Зои никогда не пойдёт к психологам, она всегда была сдержанной, поэтому такое поведение для неё необычно.
Некоторые проблемы она рассказывала нам с Джози, а некоторые хранила глубоко в себе. У нас у каждого есть секреты и доверять кому-то всё, что творится у тебя в душе слишком рискованно. Она любила нас, доверяла нам, но иногда стоит немного боли запереть лишь в своём сердце.
Я не встретила Зои за ланчом и не стала рассказывать Френку о случившемся. Если Зои решится мне что-то рассказать, я не уверенна, что она хотела бы, чтобы это знал ещё и Френк. Джози написала, что заболела, и не была с ней последние дни, я лишь ответила, что приеду навестить её и пожелала побыстрее выздороветь.
– А где Зои? – Френк доедает свою картошку с соусом, пытаясь не бубнить с набитым ртом.
– А-а-а… она приболела, ей стало нехорошо и её освободили от занятий. – Я старалась говорить уверенно.
– Надеюсь, всё хорошо.
– Да, думаю она простудилась или просто что-то съела не то. – Я смотрю на Френка, и понимаю, что он поверил моим словам.
– Грейс, может сегодня прогуляемся в парке с Бон? Я купил
Френк любил Бона, как родного пса. Однажды на прогулке он сказал мне пару фраз, а всё остальное время разговаривал и играл с Бон. Я лишь рада, что Бон получает такое внимание, он очень смешной пёс и его слабость всё закапывать, будто он готовится к апокалипсису.
Я бы очень хотела прогуляться сегодня, отойти от всех мыслей про мои сны, забыться на время, но сейчас я понимаю, что нужна Зои, хоть она этого и не признаёт.
– Френк, Зои приболела, и я хотела бы сегодня побыть с ней. Поддержать, так сказать. – Я смотрю неловким выражением на Френка.
Не хочу его обидеть. Я понимаю, что в последние дни я очень мало времени провожу со своим парнем, но сейчас в моей жизни навалилось слишком много всего.
Френк даже не подаёт вида, что расстроен. Я лишь пытаюсь его подбодрить и извиниться. Он несколько раз целует меня, и я отправляюсь в аудиторию. Мне не терпится пойти к Зои, но ещё я хочу прийти домой и лечь спать, чтобы снова очнуться в своей второй жизни.
Как только пары заканчиваются я сразу же вызываю такси и бегу к выходу. Назвав адрес Зои, мы останавливаемся, не доезжая до дома подруги.
Возле дома стоят две полицейских машины, один сотрудник стоит во дворе, что-то записывая, остальные видимо внутри. Я будто встаю в ступор, пытаюсь сказать себе, что может они ошиблись, приехали узнать про соседей или… Но я осознаю, что две машины не стали бы приезжать по пустякам.
Я подхожу к дому, и через минуту выходит Зои. Полицейский, обняв её ха плечи, накрывает большим пледом, её руки полностью покрыты синяками, а по лицу стекает… кровь.
#Глава 8
Зои
Несколькими часами ранее…
– Я дома!
Я захожу домой, даже не думая о том, что кого-то разбужу, потому что как всегда дома никого не окажется.
– Привет, дочь, как дела в колледже?
– Всё отлично.
– Ты у меня такая умница, я тобой горжусь.
– А я тобой пап. – Примерно вот так я разговариваю сама с собой каждый вечер.
Если честно, я уже привыкла, что мне плевать на весь этот «домашний уют». После смерти мамы весь дом в прямом смысле разваливается. Свет в гостиной еле горит, мебель ломается сама по себе, даже чистота в доме не создаёт здесь тепло и уют. Будто дом потерял своего хозяина, на кухне больше не пахнет вкусными блинами, отец больше не сидит на своём любимом кресле с газетой в руках, а вечерами мы не собираемся за ужином.
Отец говорит, что где-то работает, но денег у него никогда нет. Я иногда подрабатываю в маленьком магазине одежды больших размеров, чтобы меня там точно никто не увидел из студентов.
Стесняюсь ли я? Нет. Тогда почему я скрываюсь? Да потому, что в нашем мире люди не видят ничего, дальше своего носа. Во мне они лишь наблюдают девчонку у которой было всё, а потом она потеряла свою любовь, потеряла семью и стала злой стервой. Так пусть лучше считают меня стервой и не трогают, чем пытаются залезть в душу своим лживым сочувствием.