Инкогнито
Шрифт:
Спустя минуту шеф-пилот выпрямился и запустил вспомогательные двигатели:
– Ухожу на Интер. Конец связи.
– Конец связи,- слабым голосом отозвался дежурный.
...Несколько суток, которые занял перелет к Интеру, Крамер потратил на осмотр наиболее доступных узлов двигателя. Он ничего не обнаружил, да в глубине души и не рассчитывал на успех: сложную, новой конструкции систему подачи топлива можно было проверить только приборами, которых не было на борту. Остаток времени Крамер отвел на ознакомление с районом непредвиденной посадки.
Искусственная планета Интер была создана в 2... году по настоянию
Спустя около десяти лет после рождения Интера, интенсивность испытаний пошла на убыль и отдельные его районы понемногу стали использоваться как промежуточные базы для рейдеров дальнего следования, ремонт-но-восстановительные и астронавигационные центры. В ближайшие месяцы масштабных испытаний не планировалось, и Крамер не без оснований предполагал, что рискует оказаться единственной живой душой на всей планете, населенной роботами и покрытой мощным панцирем монолитона1.
Крамер еще не бывал на искусственных планетах, и однообразный серебристо-серый ландшафт Интера со светящимися многоугольниками посадочных площадок произвел на него довольно гнетущее впечатление. Пока группка похожих на огромных плоских жуков-роботов расползалась по обтекателю неисправного двигателя, Крамер с тоской поглядывал на клубящиеся тучи, с невероятной быстротой проносившиеся над головой. Это походило на земную грозу, только без привычных вспышек раскалывающих небо разрядов. Сеялся дождь - мелкий и, наверное, холодный. Крамер знал, что специальные зонды регулярно обследуют атмосферу Интера, и все же не мог отделаться от неприятного чувства, когда несколько мутноватых капель осело на прозрачной броне шлема.
Массивное и довольно неуклюжее создание, предусмотрительно застывшее в нескольких шагах от пилота, проскрежетало стандартное приветствие. Судя по эмблеме на груди, в обязанности робота входило встречать прибывающих на Интер. Это был аппарат явно устаревшей конструкции, возможно, ровесник искусственной планеты. Подобные автоматы обычно берегли и хранили как своеобразные талисманы, не спеша обменивать на их более совершенных собратьев.
Пластиковое подобие лица, напоминавшее увеличенную физиономию Микки-Мауса, расплылось в радушной гримасе. Крамер, отвыкший от подобных нехитрых игрушек, рассмеялся. Он хотел похлопать робота по вы-, пуклому плечу, но аппарат проворно уклонился.
– Вам необходимо пройти антибактериальную обработку, - педантично чеканил он слова.
– Прошу сдать скафандр и проследовать в двенадцатый сектор. В семнадцатом можно принять озоновый душ и отдохнуть.
Крамер помедлил, снова бросив взгляд на переменчивое негостеприимное небо Интера, потом освободился от скафандра, положив его на поданную роботом платформу. Микки-Маус сноровисто упаковал эластичную, похожую на человеческое тело оболочку в прозрачный кокон и двинулся к видневшимся невдалеке приземистым строениям. Шеф-пилот последовал за ним, отмечая про себя, что со стороны это шествие, очевидно, выглядит, довольно-таки комично.
То, что затем произошло, впечаталось в память Крамера отдельными, словно выхваченными вспышками из тьмы, мгновениями.
Почти
Крамера подхватило и, как пушинку, отбросило в сторону, в глубокий наклонный желоб для стока воды. Потирая ушибленный затылок, он осторожно поднял голову. Рваные, невесомые хлопья пепла летали вокруг, оседая на плиты. Рядом дымилась бесформенная груда - все, что осталось от платформы и скафандра. Оттуда донеслось глухое металлическое скрежетание знакомого голоса,- и тотчас слева снова ударил огонь. Расплавленное крошево посыпалось на сжавшегося в комок пилота, обжигая спину. Крамер ощутил под пальцами что-то липкое, взглянул и невольно отдернул руку - то была закопченная, с намертво застывшей улыбкой маска Микки-Мауса,
Из-за монолитонной возвышенности выплыл, слегка покачиваясь, большой, сплюснутый металлический шар. По его гладкой, тускло отсвечивающей поверхности были рассыпаны черные пятна, напоминающие огромные, хищно поблескивающие зрачки.
Крамер прижался всем телом к скользкому дну желоба и пополз, помогая себе руками и лихорадочно извиваясь.
Когда позднее Крамер будет пытаться анализировать свои действия в эти минуты, то так и не сможет толком объяснить, что же заставило его, не раздумывая, сломя голову, бежать. Просто он чувствовал, как от овальной, тускло блестевшей сферы исходит угроза. Чувствовал всем своим существом.
Вскоре Крамер очутился у мелкоячеистой решетки фильтра. Он рванул решетку, и та плавно ушла в сторону, открывая вход в колодец. Крамер нырнул в пропитанную теплой сыростью тьму. Откуда-то снизу доносился плеск воды и приглушенное гудение невидимого механизма. Плотные лепестки лифтового устройства сомкнулись вокруг Крамера и стремительно понесли его вниз.
Через несколько секунд похожий на падение спуск замедлился и Крамер очутился в скупо освещенном подземном зале, большую часть которого занимал заполненный водой резервуар. От него расходились по сторонам радиальные лучи каналов.
Он отыскал глазами блок управления и некоторое время изучал расположенную рядом схему.
Сверху посыпались сверкающие капли, пронзительно, по-змеиному, зашипев в воде. В ноздри Крамера ударил кисловатый запах горячего металла.
Пилот поднял голову и понял, что интуиция его не подвела. Крамер оказался в роли живой мишени. Несмотря на то, что преследователь избрал далеко не оптимальный вариант действий, вспарывая огнем мешающую ему решетку, через считанные секунды он будет внизу.
Пальцы Крамера уперлись в светящиеся контактные пятна. Вода в резервуаре всколыхнулась, забурлила и хлынула в темные жерла каналов. Она вряд ли поможет скрыть следы. Но иного способа хоть как-то защитить себя у него не было.
Он рассчитывал уйти по одному из быстро заполняющихся водой тоннелей, а затем свернуть в боковой, полого восходящий к поверхности колодец и через него выбраться наружу в районе восстановительного центра. Там можно попытаться раздобыть оружие или хоть что-то, способное заменить его. Легкий излучатель, входивший в комплект снаряжения скафандра, был опрометчиво доверен погибшему Микки-Маусу.