Инкуб
Шрифт:
— Тогда перестань меня целовать, а то я не могу думать… — попросил я, чувствуя, как снова сползаю в пучину безумия обуревающих Элли чувств.
— У тебя есть минут десять… Потом я за себя не ручаюсь… — ухмыльнулась она и, преодолевая внутреннее сопротивление, перебралась на кресло у окна…
Через двадцать минут первый этаж особняка превратился в развалины — добрая половина строительных роботов, выйдя из консервации, курочила стены и строила аппарель. Вторая половина укрепляла несущую стену гостевых апартаментов и заливала быстро твердеющей пеной необходимую мне демпферную подушку. Я терзал Систему, настраивая её компоненты так, чтобы господин Робертс, закончив анализ оборонительных возможностей особняка, решил вломиться через его «самую уязвимую часть» — дверь, ведущую к открытому бассейну.
В компьютерах отставной офицер волок не очень — глядя на его кривящееся от очередной неудачи лицо, я даже немного посмеялся — явно выходящий из графика мужчина терзал комм на пределе своих интеллектуальных способностей. Видимо, поэтому, получив сигнал, что его программа заработала, он чуть не подпрыгнул от радости. А зря — знай он, что основным фигурантом съёмки стал он сам, желания веселиться у него поубавилось бы…
…«Вихрь» окутался сиянием поляризующего излучения и исчез. Во всех диапазонах частот, доступных гражданским приборам обнаружения. Я довольно ухмыльнулся и мысленно поздравил себя с первой победой — подключиться к линиям контроля СБ было неплохой идеей. Хотя и небезопасной. Впрочем, другого выхода отслеживать положение Робертса я не видел и не стал забивать себе голову правовыми проблемами такого подключения. Тем временем силуэт бойца, преодолевшего два километра в режиме «мерцания», возник у ограды особняка и на мгновение замер. Клон Системы, отключённой мною перед началом атаки, оказался уничтожен в считанные секунды — возможности системы подавления штурмового комплекса оказались просто сумасшедшими! Удостоверившись, что его проникновению в дом ничто помешать не может, гость автоматически активировал защитное поле и, приподнявшись на антигравах, молнией метнулся через ограду…
Система, загруженная мною в фоновый режим, включилась в работу в то же мгновение: дверь, выбитая вышибным зарядом Робертса, ещё висела в воздухе, а древние двигатели «Шеви-Файра», упёртого носом в стену напротив, дали полную тягу, когда-то называемую форсажем. Чудовищный выхлоп флаера, предназначенного для полётов за пределами атмосферы, оказался так силён, что не выдержала ни стена, ни подушка, ни сам корпус древнего гоночного аппарата. Оба двигателя, сорванные с силовой рамы, пробили все стены, встретившиеся у них на пути, и, истошно чихая от прерванной подачи топлива, кувыркаясь, покатились вверх по склону примыкающего к особняку холма…
— Фонит! — побледнев, прошептала Эль. — Видишь?
— Это ерунда… — считав показания датчиков радиации, ухмыльнулся я. — Ты видишь Робертса?
— Кого? — не поняла девушка.
— Гостя! — рассмеялся я. — Его не стало… «Шеви» оказался помощнее его «Вихря»… Раз эдак в восемнадцать…
— И что мы будем делать дальше? — щёлкая камерами внутреннего обзора, поинтересовалась она. — Жить тут теперь невозможно…
— Съездим куда-нибудь… Дом — это ерунда. Трое суток, и будет как новенький. А вот люди, которые стояли за старшим лейтенантом, так просто не успокоятся… Так что собирайся: мы едем на курорт…
Глава 15
Бренда Джоуи
— Ну что ты мне скажешь на этот раз? — мрачно глядя в окно, трясущимся от сдерживаемого гнева голосом поинтересовалась женщина.
— Я не понимаю, что там могло произойти… — Остин, правая рука Бренды Джоуи, стоя в дверях кабинета, нервно мял в руках обшлаг дорогого костюма.
— Если первую неудачу ещё можно было списать на сбой компьютерной программы, то эта — не более чем признание вашей некомпетентности, дорогой мой! — язвительно подчеркнув слово «дорогой», Бренда окинула подчинённого таким взглядом, что мужчина побледнел как полотно и был вынужден вытереть со лба мгновенно выступившие на нём капельки пота. — Позвольте вас процитировать! Как вы там говорили? «Одинокая, сломленная смертью отца соплюшка вряд ли станет для нас сколько нибудь значимым препятствием»… Я не ошиблась? Это ваши слова?
— Угу… Кто же знал, что так повернётся?
— Позволю себе ещё одну цитату: «На нас работает группа блестящих аналитиков, противостоять объединённым возможностям которой практически бесполезно»… Ну и где эта группа
— Двадцать три дня, Бренда… Но мы уже сделали практически всё! Ещё четыре шага, и мы — у цели! Правда, что делать с господином Свордманом, мы пока не придумали… — сокрушённо вздохнув, признался Остин. — Пока он стоит во главе Комитета, шансов на пересмотр интересующего нас вопроса до истечения положенного срока, то есть в течение ещё семи лет, практически нет… И я плохо представляю себе, на что вы надеялись, начиная эту операцию сегодня…
— Я тебе говорила, что Свордман не проблема? — победно усмехнулась Джоуи.
— Да, Бренда. И не раз…
— Так вот! Этот вопрос я УЖЕ решила. И он, и господин Смирнов, «убрать которого не представляется возможным», через десять дней уйдут с политической арены как минимум лет на пятьдесят… Этого нам хватит?
— Как? — вытаращив глаза, вскрикнул Остин.
— Ну не обязательно же убивать… — стряхнув с блузки невидимую соринку, пробормотала Бренда. — Иногда достаточно подумать и найти способ поэлегантнее… Нет, не надо смотреть на меня умоляющим взглядом. Ничего я рассказывать не буду. Вы всё услышите сами… Надо только немного потерпеть… Решите вопрос с Беолли и оставшимися конгрессменами, иначе я решу вопрос с вами… И гораздо менее элегантно, чем решила со Свордманом. Вам понятно? — внимательно рассматривая ногти на правой руке, нейтральным голосом пробормотала Джоуи и, вздохнув, посмотрела на перепуганного помощника. — Через двадцать минут подайте мне машину. Кстати, завтра утром наше пребывание на этой вшивой планетке заканчивается. Мы вылетаем в двенадцать. Постарайтесь не забыть…
Ресторан «Звёздный ветер» выглядел как заштатная забегаловка в какой-нибудь дыре на окраине деревеньки в три дома: дешёвые пластиковые столы и сиденья, не обладающие возможностями к трансформации, исцарапанные и заляпанные чем-то непонятным терминалы выбора блюд, устаревший интерфейс связи с коммом и жуткая, вызывающая приступы тошноты, вонь. Брезгливо присев на краешек затёртой до ржавых пятен когда-то никелированной табуретки, претендующей на гордое звание кресла, Бренда мысленно порадовалась сделанному ею выбору: будь на ней любимая короткая юбка, сесть на него она бы не смогла. А широкие брюки от ремонтного комбинезона, находящиеся приблизительно в таком же состоянии, как и поверхность «чистого» стола, позволяли садиться на что угодно. Кроме, разве что, кровати в её доме. Заткнув надоедливое меню, в пятый раз заладившее: «Что будет заказывать уважаемый господин?», Бренда ткнула в картинку первого попавшегося алкогольного коктейля два раза и, стараясь не морщиться, заставила себя прислониться к спинке кресла и развалиться в позе, приличествующей образу портового работяги, который изображала надетая ею голограмма. Сидеть, расставив в сторону ноги, и ковыряться в зубах было непривычно, но стоило вспомнить те дивиденды, которые должно было принести задуманное, как всякое неудобство как рукой сняло…
Дешёвые, отдающие сивушными маслами, коктейли возникли на столе буквально через минуту. А мгновением позже в зал заглянула высокая, хорошо сложенная женщина в «неприметном» красном костюме и, задержавшись у терминала на входе, чтобы считать информацию о заказанных столиках, быстрым шагом направилась к Бренде.
— Вы уверены, что сидите за своим столиком? — брезгливо поморщившись при виде голообраза, прошипела она, а потом потянулась к сумочке…
— Не надо, зайка… — синтезированным голосом произнесла Джоуи. — Этой модели голомаски плевать на твой блокиратор. Можешь, конечно, и попробовать, но толку от этого не будет никакого… Удостоверилась? Теперь садись, поговорим…
— А почище место найти было трудно? — Скривившись, госпожа Олинна опустилась на самый краешек сиденья, стараясь не касаться его поверхности голыми ногами, плохо прикрываемыми короткой юбкой.
— Увы, это самое безопасное место в плане конспирации… — стараясь не рассмеяться, ответила Бренда. — Ну, может, стоит перейти к делу?
— Я надеюсь, пить эту дрянь вы меня не заставите? — покосившись на одноразовые стаканы с мутной бурдой, стоящие на столе, пробормотала Зайко.
— Если у вас нет особого желания, то пить и правда не стоит… Хотя было бы весело…