Ищейки в Риге

Манкелль Хеннинг

— Случается, — ответил Валландер. — Иногда приходится подождать.

Полковник Путнис был прямой противоположностью майору Лиепе — высокий, энергичный, с резко очерченным профилем и серыми глазами, которые, казалось, замечали все, что происходит вокруг. Он напомнил Валландеру какого-то зверя. Может, рысь или леопарда, одетого в серо-синюю форму.

Интересно, сколько ему лет? Может, пятьдесят. А может, и значительно больше.

Громыхая, подъехала багажная тележка, которую вез трактор, окутанный облаком выхлопных газов. Валландер сразу заметил свой чемодан, и полковник Путнис проворно подхватил его. В стороне от выстроившихся в ряд такси стояла черная милицейская «Волга».

Шофер, откозыряв, распахнул дверь. Валландер крайне удивился, но все же нерешительно приложил руку к шапке в ответ.

Видел бы Бьёрк, подумал Валландер. И что подумал майор Лиепа, увидев в маленьком шведском городке следователей в джинсах, которые никогда не отдают честь?

— Мы забронировали для вас номер в гостинице «Латвия», — сказал полковник, когда они выехали из аэропорта. — Это лучшая гостиница города. В ней более двадцати пяти этажей.

— Прекрасно, — сказал Валландер. — Я хотел бы передать привет и соболезнования от моих коллег из Истада. Хотя мы работали с майором всего несколько дней, мы успели полюбить его.

— Спасибо, — сказал Путнис. — Для нас смерть майора — тоже большая утрата.

Валландер ожидал, что полковник продолжит разговор, но тот снова умолк.

«Почему он ничего не говорит — не понимал Валландер. — Почему не расскажет, как все произошло? Почему убили майора? Кто его убил? Как? Зачем они просили меня приехать? Подозревают ли они, что убийство связано с поездкой майора в Швецию?»

Валландер смотрел на пейзаж за окном. Пустые поля, на которых то там, то тут белели островки снега. Кое-где — одинокие серые домики, обнесенные некрашеным забором. Время от времени попадались поросята, копающиеся в навозной куче. Все это производило бесконечно грустное впечатление, и Валландер вспомнил о своей недавней поездке в Мальмё с отцом. Возможно, Сконе зимой не слишком привлекательный край. Но такого запустения, как тут, он себе никогда и вообразить не мог.

Наблюдая этот пейзаж, Валландер поневоле ощутил глубокую печаль. Казалось, сама горестная история этой страны окрасила ее природу в безнадежно-серый цвет.

Вдруг его охватило желание что-нибудь предпринять. Он приехал в Ригу не за тем, чтобы грустить над зимним пейзажем.

— Я хотел бы как можно скорее получить рапорт, — сказал он. — Что же все-таки произошло? Кроме того, что майор Лиепа был убит в тот же день, как вернулся в Ригу, я больше ничего не знаю.

— Когда вы устроитесь в номере, я приеду за вами, — сказал полковник Путнис. — Вечером у нас запланирована рабочая встреча.

— Я хочу лишь оставить чемодан, — сказал Валландер. — Это не займет много времени.

— Встреча назначена на половину восьмого, — ответил Путнис.

Валландер понял, что полковник не намерен менять согласованный и утвержденный план.

Они въехали в пригороды Риги, а затем в центр города. Постепенно опускались сумерки. Валландер задумчиво смотрел на мрачные городские дома, тянувшиеся по обе стороны улицы. Он думал о том, что ему предстоит, и его охватывало неприятное чувство.

Гостиница располагалась в центре, в конце широкого бульвара. Валландер увидел статую, которая, как он понял, изображала Ленина. Гостиница «Латвия» устремлялась в небо темно-синей колонной. Полковник Путнис быстро провел его через пустой вестибюль к дежурному администратору.

Валландеру показалось, будто он очутился в гараже, который в силу необходимости использовался как вход в гостиницу. У одной стены сверкал ряд лифтов. Над головой располагались ведущие в разных направлениях лестницы.

К своему удивлению, он обнаружил, что ему не пришлось заполнять никаких документов. Полковник Путнис просто

взял у дежурного администратора ключ от номера. В одном из тесных лифтов они поднялись на пятнадцатый этаж. Валландеру достался номер 1506, окна которого выходили на городские крыши. Он подумал, сможет ли увидеть отсюда Рижский залив, когда снова встанет солнце.

Полковник Путнис спросил, доволен ли гость своим номером, и сказал, что вернется через два часа и отвезет его на вечернее совещание в Управление внутренних дел.

Валландер встал у окна и принялся рассматривать остроконечные крыши. Где-то внизу на улице прогромыхал грузовик. Из рассохшихся оконных рам тянуло холодом. Валландер потрогал батарею, она оказалась чуть теплой. Где-то беспрерывно звонил телефон.

«Кальсоны, — снова вспомнил Валландер. Завтра же с утра надо будет купить».

Он раскрыл чемодан и отнес туалетные принадлежности в большую ванную комнату. В аэропорту он купил бутылку виски. И теперь, поколебавшись, налил немного в стакан для полоскания рта. Включил радиоприемник советского производства, стоящий на столике у кровати. Диктор говорил возбужденным голосом и так быстро, как будто комментировал спортивные соревнования, в которых события развиваются стремительно и непредсказуемо. Валландер откинул покрывало и лег на кровать.

«Вот я и в Риге, — думал он. — И все еще не знаю, что случилось с майором Лиепой. Знаю только, что он убит. Но главное, мне неизвестно, чем, по мнению полковника Путниса, я должен здесь заниматься».

Лежать под одним покрывалом было холодно. Валландер решил спуститься на лифте в вестибюль и поменять немного местных денег. А может, в гостинице есть бар, где можно выпить кофе?

Внизу он, к своему удивлению, заметил тех двоих датчан-бизнесменов, которые так раздражали его в аэропорту. Один из них, тот, что постарше, стоял возле стойки администратора и с недовольным видом размахивал картой. Это выглядело так, словно он пытался объяснить женщине-администратору, как сделать бумажного змея, и Валландер рассмеялся. Затем он увидел табличку «Обмен валюты». Пожилая женщина приветливо кивнула ему, и Валландер протянул две банкноты по сто долларов. Взамен он получил целый ворох разноцветных купюр. Когда он вернулся в вестибюль, датчан уже не было. Он спросил у администратора, где он может выпить кофе, и та указала ему на большой ресторан. Официант провел его к одному из первых столиков у окна и подал меню. Валландер заказал омлет и кофе. За большим окном мелькали закутанные в шубы люди, с шумом проезжали троллейбусы. Тяжелые портьеры шевелились от сквозняка, тянувшего из щелявых рам.

Комиссар оглядел пустынный зал. За одним столиком в полной тишине обедала пожилая пара, за другим сидел одинокий мужчина в сером костюме и пил чай. Больше никого не было.

Валландеру вспомнился прошлый вечер, когда он прилетел в Стокгольм дневным рейсом из Стурупа. Его дочь Линда встретила его на автобусной остановке возле Центрального вокзала. Они отправились в гостиницу «Сентраль» близ Васагатан. Поскольку Линда снимала комнату в пансионе в Бромме, неподалеку от Народного университета, он забронировал для нее номер в той же гостинице. Вечером Курт Валландер пригласил ее на ужин в ресторан в Старом городе. Они не виделись уже несколько месяцев, и Валландер чувствовал, что разговор течет вяло и в основном вертится вокруг случайных тем. Он спросил ее, правду ли она писала ему в письмах — что ей хорошо в Народном университете. Но получил лишь односложный ответ. Когда же он, безуспешно пытаясь скрыть раздражение, поинтересовался, чем она думает заниматься дальше, она ответила, что понятия не имеет.